Неприкаянный 5 - Константин Георгиевич Калбанов

на прикол и подступиться к своей новой затее. В смысле, задумал-то я это давно и даже приступил к реализации своего плана, но не всё же мне самому делать. Поэтому данным вопросом занимались мои помощники из числа русского добровольческого, воевавшие в Мексике. Ну и специально доставленная с Дальнего Востока бригада строителей с техникой.

Суть идеи была в том, чтобы создать воздушно десантные войска. Оно и имечко у Флуга вполне созвучное, Василий Егорович. Вот и будут войска дяди Васи. В смысле, пока только усиленный отдельный батальон, даже на полк не замахиваюсь. И с парашютами сейчас не очень, ими едва успеваем комплектовать лётный состав и авиашколы. Опять же солдатиков нужно обучать не один месяц. Так что, в планах был скорее десантно-штурмовой батальон.

Но даже этому следует обучать, вот я и озаботился как полигоном, так и средствами доставки. Моя-то добровольческая рота из ветеранов Мексики и безопасников отрабатывает десантирование уже несколько месяцев. Командует ими Лоздовский, бывший пограничник, мы с ним ещё по Порт-Артуру хорошо друг друга знаем.

Перед войной провели вполне успешный боевой выход, когда накрывали обнаглевшую банду хунхузов. Вот так с неба рухнули им на головы, и эти самые бошки пооткручивали. Правда это уже без меня было, но мне и нет нужды в каждой дырке затычкой быть.

Неподалёку от Сувалков нами был построен, древо-земляной макет фортов Кёнигсберга на котором мы и отрабатывали их штурм. После продемонстрировали свои умения Флугу. Тот подивился моей предусмотрительности. Оценил дерзость замысла и согласился-таки выделить под это дело четыре стрелковые роты. Я их ещё и перевооружил по своему усмотрению, на что командарм закрыл глаза, ибо казне это не стоило ни копейки.

Предоставил я и средства доставки. Под это дело концерн выделил три дирижабля стотысячника. Но только для штурма крепости. Захотят оставить их в армии, не вопрос, мобилизационное предписание и пусть выкупают. Так-то мне для Родины денег не жаль. Но только если я буду точно знать, что пойдут они впрок, а не сгорят в горниле революции и гражданской войны.

А получалось очень хорошо. При минимальном запасе топлива дирижабль с лёгкостью нёс на борту две роты, сиречь четыре сотни солдат и офицеров, с полной экипировкой. При этом ему не требовалось взлётно-посадочная полоса, он садился прямо на грунт с помощью маневровых двигателей…

«110» заходил на посадку под рёв моторов и гул винтов. Форт под нами ещё окутан пылью и дымом от разрывов, несколько деревьев пылают факелами. Во внутренних двориках десятки тел погибших, раненные и ошалевшие солдаты гарнизона. Ежедневная утренняя поверка обернулась трагедией. Никто не ожидал столь внезапного и ошеломительного удара. Авиаудары в новинку, а потому и меры противодействия пока ещё не выработаны.

Первыми зашли на штурмовку наши Ц-2, «цешки». Звено из шести машин отбомбилось по укреплению трёхдюймовыми осколочно фугасными бомбами. В более мощных зарядах попросту нет надобности, потому как перекрытия кёнигсбергских фортов пробить ох как непросто. Так что, ставка именно на урон пехоте находящейся в незащищённых двориках. И она сработала в полной мере, благодаря распорядку дня.

Между фортами сбросили морские дымовые шашки, эдакие бочонки с химией, которые куда удобней в использовании. Мой дымогенератор вот так с самолёта не сбросишь. Зато теперь с других фортов не рассмотреть что творится здесь и противник не сумеет поддержать своих товарищей артиллерийским огнём. А главное подстрелить из пушек столь внушительную цель как приземлившийся стотысячник.

Дирижабль надвигался на форт номер пять с одновременным снижением. По габаритам он практически сопоставим с площадью форта полностью накрывая его в длину, и занимая половину по ширине. Правда, экипаж заходит на посадку со смещением, так чтобы по опустившейся аппарели мы могли выйти на покрытую дёрном крышу тылового капонира. Опять же с фронта растут деревья, которые будут этому помехой.

Точно такая же картина сейчас наблюдается на фортах под номерами четыре и шесть. Флуг решил нанести основной удар по крепости с северо-западного направления. Отсюда же штурмовала крепость и красная армия в сорок пятом. Ну или должна будет штурмовать, если до этого дойдёт.

Не сказать, что новоявленных десантников удалось натаскать в должной мере. Но они получили соответствующее вооружение, хоть какое-то представление о штурме укреплений и теперь не станут тыкаться как слепые котята. А это уже большое дело.…

Сотня бойцов ополченцев заняли позиции у открытых окон дирижабля. А как ещё мог обозначить Василий Егорович моих безопасников, не вводя нас в списочный состав Первой армии. Наша первоначальная задача смести всех с открытого места и загнать в помещения форта, где мы их и передавим, или вынудим сдаться. В успехе у меня сомнений никаких, пусть нас и втрое меньше. Русский добровольческий уже проходил это в Мексике, и местные вояки немногим лучше тамошних.

Я вскинул СКГ-М и прильнул к оптике. Не снайперское оружие, но на дистанции в сто пятьдесят сажен достаточно точное, а на таком расстоянии не помешает усилить зрение. Правда заходящий на посадку дирижабль потряхивает, но тут уж ничего не поделать. Панораму застилает оседающая пыль и поднимающийся в небо дым и картинка малость прыгает, не позволяя взять точный прицел.

Загрохотал пулемёт Николая, пристроившегося у соседнего окна. Открыли огонь остальные бойцы. Я поймал в оптику спину дёрнувшего на себя стальную дверь солдата потянул спусковой крючок. Несмотря на тряску попал первым же выстрелом. Ганс вскинувшись замер и скручиваясь начал опадать на землю.

Я же перевёл прицел на другого ломящегося в эту же дверь, но на этот раз затратил три патрона, уложив его в проходе. Ещё двоих подстрелил в дверях отстучав пять выстрелов, пока они замешкались перебираясь через убитого и толкались плечами.

Без понятия кого наповал, а кого только ранил. Скорее всего второе, калибр пять и шесть миллиметров мелковат и позиция для стрельбы неудобная. Но сейчас это и неважно. Главное вывести из боя как можно больше противников. Всё же против трёхсот пятидесяти человек гарнизона форта, нас только сотня. Неудобное соотношение, но нужно привыкать воевать не числом, а умением.

Цели закончились. Добивать раненых не стал, не та война, когда на уничтожение. Сейчас капитуляция и сдача в плен не являются чем-то из ряда вон. Впрочем, об этом я уже говорил.

Едва опустилась аппарель, как мы посыпались на покрытую дёрном крышу капонира. Бойцы распределились по территории форта, беря под прицел все выходы и окна в оба внутренних дворика. Снайперы начали отрабатывать по зарешёченным окнам.

Я так же вскинул оптику к глазу и повёл вдоль небольших квадратных