Пункт назначения — Дикий мир - Таша Ким

— Теперь пришло время жить. Пришло время благодарить духов за милость и готовиться к лету — времени большой охоты и свадеб.

По толпе пронёсся одобрительный гул. Весна пришла. И вместе с ней пришла уверенность: они не просто выжили. Они стали племенем, которому по плечу любые испытания.

Весна набирала силу. Снег сошёл полностью, обнажив землю, которая жадно дышала, наполняя воздух запахом прелых листьев и влажной почвы. Лес наполнился гомоном вернувшихся птиц, а на полянах проклюнулись первые, нежные ростки мать-и-мачехи и подснежников.

В эту пору всеобщего пробуждения и зародилась тайна.

Это случилось ранним утром. Наташа проснулась от того, что луч солнца, пробившись сквозь приоткрытый оконный проем, щекотал ей нос. Она потянулась и села на лежанке из шкур. Полина ещё спала, завернувшись в одеяло с головой.

Наташа подошла к окну — вдохнула свежий, прохладный воздух. На узком деревянном подоконнике, сложенные в небрежный, но очаровательный букет, лежали они: несколько веточек ивы с уже распустившимися пушистыми «котиками», один-единственный фиолетовый цветок сон-травы и пара ярко-жёлтых цветков мать-и-мачехи.

Наташа замерла. Сердце пропустило удар. Кто-то был здесь. Кто-то приходил на рассвете, пока они спали, и оставил этот знак.

Весь день она была сама не своя. Она пыталась работать — помогала женщинам плести новые корзины для сбора ягод, — но её мысли постоянно возвращались к букету на подоконнике. Она украдкой наблюдала за мужчинами племени. Кто из них? Кто осмелился вот так открыто проявить интерес?

Кай? Он часто помогал им, его взгляд задерживался на ней чуть дольше, чем того требовала вежливость. Но он был таким открытым, таким простым... Если бы это был он, он бы, наверное, просто принёс цветы и вручил ей в руки с какой-нибудь неуклюжей шуткой.

Другой молодой охотник? Рык, Бор, Лок? Она не могла понять. Никто из них не смотрел на неё иначе, чем на других.

Вечером она решила действовать.

— Полин, — сказала она как бы невзначай, когда они готовили ужин у очага. — Мне кажется, или сегодня утром у окна пахло чем-то... особенным?

Полина помешивала варево в котелке и лишь пожала плечами:

— Весной всё пахнет особенным. Дымом, талой водой и этими... как их... котиками с ивы.

Наташа разочарованно вздохнула. Полина была слишком практичной для таких тонкостей.

На следующий день цветов не было. Но через день букет появился снова — ещё больше и красивее. На этот раз к иве добавились какие-то мелкие белые цветы, а сон-траву заменил стебель медуницы.

Наташа решила устроить засаду. Вечером она сказала Полине, что очень устала и хочет лечь спать пораньше. Сама же, вместо того чтобы лечь, села у окна в темноте, закутавшись в шкуру, и стала ждать.

Время тянулось мучительно долго. Она слышала, как затихает поселение: смех у общего костра становился тише, шаги стихали. Дом погрузился в тишину. Она уже начала клевать носом, когда снаружи послышался тихий шорох.

Кто-то шёл очень осторожно, стараясь не наступать на сухие ветки. Наташа затаила дыхание. В проёме окна на фоне светлеющего неба показался силуэт. Это был мужчина. Он был высок и широкоплеч.

Он замер на секунду, словно прислушиваясь к её дыханию. Затем его рука протянулась вперёд и положила что-то на подоконник. Развернуться и уйти он не успел.

— Я знаю, что ты здесь, — тихо сказала Наташа по-русски.

Силуэт вздрогнул и застыл каменным изваянием. Затем он медленно повернул голову.

— Я... я думал, ты спишь, — раздался в темноте знакомый голос с сильным акцентом.

Кай.

Он не пытался убежать или оправдываться. Он просто стоял и смотрел на неё. В предрассветных сумерках его лицо было едва различимо, но Наташа чувствовала его взгляд.

— Это ты... — прошептала она уже мягче.

Он сделал шаг ближе к окну, теперь его лицо было совсем рядом.

— Я видел такие цветы в твоих волосах, — сказал он тихо. — В тот день, когда мы ходили к твоему старому дому. Они были похожи на тебя. Такие же... живые.

Он протянул руку и очень осторожно коснулся её волос кончиками пальцев.

— Я не умею говорить красиво, как шаман или вождь Та-Гар. Я только охотник. Но я хотел... показать тебе это.

Наташа почувствовала, как щёки заливает румянец, хотя в темноте этого никто не мог видеть. Весь день её попытки «выяснить» были бессмысленны. Тайный поклонник стоял прямо перед ней.

— Спасибо, Кай, — сказала она так же тихо и улыбнулась.

Он улыбнулся в ответ — той самой открытой и немного мальчишеской улыбкой, которую она так хорошо знала. А потом он исчез так же бесшумно, как и появился, оставив её одну у окна с букетом весенних цветов и теплом в сердце.

Глава 15

Весна окончательно вступила в свои права, и вместе с теплом пришла пора, которую девушки между собой называли «генеральной уборкой». После зимы, проведённой в дымных домах, всем хотелось смыть с себя не только грязь, но и саму память о холодах.

— Нам нужна баня, — заявила Полина однажды утром, когда они с Наташей грелись на солнце у своего дома.

— Баня? — переспросила Наташа, жуя травинку. — Ты имеешь в виду просто помывку в озере?

— Нет, — Полина хитро прищурилась. — Настоящая парилка. Шалаш, где жарко, как в печке. Где можно лить на камни травяные отвары и дышать паром. Это не только чистота, это... это очищение. После такой бани чувствуешь себя заново рождённым.

Идея была встречена с энтузиазмом, но вот процесс её реализации вызвал массу курьёзных ситуаций.

Место выбрали у реки, которая уже полностью очистилась от мусора и спокойно несла свои воды.

— Здесь будет самое то! — радовалась Наташа.

К строительству привлекли Кая и ещё пару молодых охотников. Девушки руководили процессом, вспоминая всё, что знали о русской бане.

— Нужен шалаш! Плотный, чтобы жар не уходил, — командовала Полина.

— И очаг! С большими камнями, которые хорошо держат тепло, — добавляла Наташа.

Когда каркас был готов и его начали обкладывать дёрном и ветками, к ним подошёл старый охотник по имени Гур. Он долго смотрел на их работу, хмуря седые брови.

— Вы строите дом для злых духов? — наконец спросил он. — Зачем запирать себя в тесноте с огнём? Можно свариться.

Пришлось проводить разъяснительную работу. Полина объяснила все, как смогла.

— Это не для духов. Это для силы. Пар выгоняет из тела слабость зимы. Посмотри на меня — я здорова