Истинная для льва. Трудности оборота - Римма Кульгильдина

Он поймал меня за руку и остановил.

Замерла, пойманным зверьком. Сердце билось глухо и дробно. Дыхание перехватило. Я беспомощно глянула на Выскочку, ища поддержки. На бесстрастном лице Ариса губы дрогнули в улыбке. Он, не отрываясь, пытливо смотрел на меня. И молчал.

— Не уходи, Лилу, — услышала смиренную просьбу, и мгновенная дрожь прошила моё тело оттого, что Матарис мягко, но настойчиво, потянул к себе. — Останься со мной, пожалуйста.

Повернула голову и тут же столкнулась взглядом с братом. Он смотрел настороженно. Хмурил брови и покусывал край нижней губы. И тоже молчал.

Мазнув взглядом по равнодушно застывшему в центре кабинета декану, перевела взгляд на Матариса.

Он смотрел на меня доверчиво и с такой нежностью, что слёзы снова навернулись на глаза. Мне до боли захотелось поверить в слова Ариса! Захотелось испытать то самое описанное в детских сказках чувство. А вдруг он прав? Вдруг не сказки и мы действительно… Зажмурилась. Такая гремучая смесь чувств и переживаний одномоментно нахлынула на меня, что сердце в который раз сдавило тоской.

— Хорошо, — смиренно проговорила я.

— Мне одному интересно, что увидел Минотаврус в магической защите принца? — возмущённо воскликнул Ричи.

* * *

Матарис притянул меня к себе. Усадил на широкий подлокотник кресла. Положил мою руку себе на плечо. Прислонился и, запрокинув голову, посмотрел снизу вверх. Такой милой и нежной была его улыбка, что моё сердце наполнилось лёгкой, пузырящейся радостью, смывшей остатки недавнего беспокойства и тягостной тревоги.

Я не сдержалась. Наклонилась, чтобы ласково чмокнуть его в нос. Но хитрец извернулся и подставил под поцелуй губы. Случайный контакт и дыхание сбилось. В голове зашумело, и я не заметила, как губы принца раскрылись, увлекая меня в поцелуй: в головокружительное исследование, в попытку выразить невыразимое, донести свои чувства. Неспешная ласка. В какой момент Матарис стал для меня близким и бесконечно нужным, я не понимала, но сейчас мне были необходимы тепло и нежность его губ.

— Может, вы потом продолжите, — услышала тоскливый возглас брата, устыдилась своего порыва и тут же отпрянула испуганным зверьком. Да что же это такое? Где моя стойкость?

Матарис сжал мою руку и погладил больши́м пальцем запястье. Успокаивал.

— Их поведение, Ричи, только подтверждает мою догадку, что истинную пару для принца можно не искать, — голос Ариса прозвучал, как всегда, взвешенно и ровно, — она уже найдена. Э-э-э, хоть и не признана пока самим Матарисом. Но это частности, к которым предлагаю вернуться чуть позже. А сейчас всё же настоятельно советую выслушать Эверуса.

— Я готов услышать любые новости, что вы вывалите мне на голову, — бодро отрапортовал Матарис, прижав при этом мою ладонь к своей щеке.

— Рад это слышать, Ваше Высочество, — прогремел декан. — Тем более, новости у меня неутешительные… Хотя… как посмотреть.

— Выкладывай, решим по ходу, — поторопил его неугомонный Ричи, и я улыбнулась, понимая, насколько тяжело деятельной натуре брата дождаться момента получения новой информации.

— Что ж, — Минотаврус заложил руки за спину и, тяжело ступая, прошёлся по кабинету. — Я начну издалека.

— Ты не на лекции, Эверус. Кратко и простыми словами, будь добр, — вставил ремарку Выскочка.

Он отошёл вглубь кабинета. Я проследила за ним взглядом, чтобы убедиться в правильности своей догадки. Точно! Он, как и мой брат, любит сидеть на столе! Ну надо же! А я ещё удивилась, почему они так быстро спелись, ведь характеры совершенно разные.

Тут же почувствовала, как мою руку сжали сильнее. Повернула голову и посмотрела на принца. Такого пожара в чьих-либо глазах я не видела никогда. Нахмурилась, не понимая, чем вызвана подобная реакция и тут же поняла. Да он ревнует! Я склонилась к нему и тихо проговорила:

— Не ревнуй, мой господин, — и вновь почувствовала внутри жар: как всколыхнулась магия, потянулся издалека ко мне зверь.

Быстро прижала к груди руку, склонила голову и прислушалась к себе. Почувствовала как медленно и неспешно разгорается внутри магия маленьким несмелым огнём. Как сплетаются, играя тонкими языками пламени. Так что же, прав получается Выскочка?

Подняла голову и посмотрела на ректора. Тот внимательно смотрел на вышагивающего по кабинету Минотавруса. За собственными переживаниями я так отвлеклась, что прослушала начало его рассказа.

— …узор был крайне хитроумный, — вещал декан, расхаживая взад-вперёд, — я бы даже слепок с него снял для изучения и демонстрации на лекциях. Была такая мысль, — он остановился напротив окна, вздохнул тяжело и вновь принялся мерить шагами комнату, — но это, если бы расплетал я его с напарником. А так, отвлекаться было чревато для здоровья принца.

Я украдкой кинула взгляд на Матариса. Его лицо было напряжено. Губы сжаты в узкую полоску, а между бровей пролегли две глубокие складки. Тяжёлым взглядом он неотрывно смотрел на декана.

— Вплетать в магический щит посторонние заклятия стали недавно. Года два примерно, — декан задумчиво уставился в потолок. — Да. Два года и пара месяцев. И если мы принимаем за рабочую версию паскудство со стороны наставника, то, — он опустил глаза и внимательным не мигающим взглядом, — припомните, Ваше Высочество, что-то изменилось в это время? Вокруг или… в вас?

— Мне стала легче поддаваться магия, — хрипло произнёс Матарис.

— Я так и думал, — кивнул декан и, прокашлявшись, продолжил: — Моё предположение такое… Исходя из того, что магия вам стала поддаваться легче, а мы все знаем, что это следствие контакта со своей второй ипостасью, наставник понял, что оборот не за горами, и принялся вплетать в защиту тормозящие заклинания.

Свои выводы Минотаврус произнёс на одном дыхании и замолчал.

— Какие? — быстрее всех среагировал Ричи. Он вытянулся в струну, как гончая, взявшая след.

— На самом деле ничего криминального или необычного, — потирая за спиной запястья, проговорил Эверус. — Простые бытовые, используемые для укрощения агрессивного нрава подростков. Очень часто в этом возрасте дети, только-только познакомившись со своим зверем и совершившие первый оборот, впадают в плохо контролируемую агрессию. Для облегчения этих состояний подбирается заклинание. Индивидуально.

Минотаврус остановился напротив нас и с интересом, как на диковинную зверюшку, уставился на принца.

— В ваш защитный щит были вплетены все двенадцать заклятий. Все известные на сегодняшний день. Не сразу. По одному. Как вы себя чувствовали всё это время, Ваше Высочество? — с любопытством исследователя спросил он.

— Как обычно. Ничего особенного, — пожал плечами принц.

— А я говорил! Силён мужик! — разведя руки в стороны и потрясая ими, с воодушевлением пророкотал декан, развернувшись к Выскочке.

Повернувшись к нам снова, он с