Резонанс любви - Роберт Фадер

— Мы не собираемся причинять вам вред, — сказала капитан. — Напротив. Мы хотим вас спасти.

Наталья усмехнулась, но без тени веселья.

— Конечно. Именно так обычно и говорят люди, которые увозят человека ночью без его согласия.

— Вам угрожает опасность, — вмешалась женщина-агент. — Вы просто ещё не понимаете, насколько всё серьёзно.

Наталья покачала головой.

— Я никуда с вами не поеду без Луиса.

При имени Луиса лицо капитана мгновенно изменилось. В её взгляде вспыхнуло раздражение — резкое, почти болезненное.

— Вы будете делать то, что я скажу, — холодно произнесла она. — И точка.

Наталья отвернулась к окну. Спорить сейчас не имело смысла. Но внутри у неё всё восставало против этого тона, против этой властности, против самого факта, что кто-то в этом безумном городе решил распоряжаться ею.

Машина уже оставила позади Исаакиевскую площадь. В окне мелькнула знакомая перспектива канала. И вдруг Наталья увидела грифонов.

Тех самых.

Они были рядом.

В этот миг у неё внутри будто что-то дрогнуло, отозвалось, поднялось из глубины.

— Ни вы, ни кто-либо ещё в этом городе не будете мной командовать, — тихо, но отчётливо сказала Наталья.

Капитан даже не сразу поняла, что произошло. Она лишь презрительно усмехнулась, будто сочла эти слова пустой попыткой сопротивления.

Но водитель внезапно побледнел и резко затормозил.

— Что?.. — выдохнула женщина-агент.

Машина остановилась.

Перед ней стояли грифоны.

Живые.

Их каменные тела пришли в движение с пугающей естественностью. Крылья чуть дрогнули, когти царапнули мостовую, а глаза засветились тем особым золотистым светом, который бывает только у существ, переступивших грань между памятником и жизнью.

Капитан замерла.

— Это не было запланировано, — сказала она едва слышно.

Один из грифонов шагнул ближе к машине и ударил хвостом по двери. Металл дрогнул. Женщина-агент сжалась на сиденье.

Наталья и сама была напугана. Её сердце колотилось так сильно, что ей казалось — это слышно всем. Но вместе со страхом в ней росло и другое чувство: необъяснимая уверенность, будто эти создания не причинят ей вреда.

Она посмотрела на троих в машине.

— Спокойно, — сказала Наталья, стараясь, чтобы голос не выдал волнения. — Сейчас я выйду. И никто не узнает, что здесь произошло.

Капитан молчала.

— Лучше забудьте обо мне, — продолжила Наталья. — И надеюсь, мы больше не встретимся.

С этими словами она открыла дверь и вышла на улицу.

Ночной воздух показался ей невероятно холодным и свободным.

Перед ней стояли грифоны. Теперь уже совсем близко. Огромные, величественные, почти невозможные.

Наталья смотрела на них во все глаза. Потом, словно подчиняясь какому-то внутреннему зову, подошла к одному из них и осторожно коснулась его.

Грифон склонил голову, будто признавая её.

— Держитесь крепче, — прозвучал в её сознании не то голос, не то ощущение, смысл которого она поняла без слов.

Наталья вздрогнула, но всё же села ему на спину и крепко ухватилась.

Второй грифон остался позади, настороженно охраняя место остановки.

Первый расправил крылья.

Капитан смотрела на это с потрясением, в котором впервые было больше растерянности, чем злости.

— Это не было предусмотрено, — повторила она.

— Совсем не было, — тихо ответила женщина-агент.

А через мгновение грифон уже взмыл в ночь, унося Наталью прочь — над каналом, над каменным городом, над всем, что ещё час назад казалось ей просто странным отпуском в Петербурге. Теперь же она окончательно поняла: назад, в обычную жизнь, дороги уже не будет.

Глава пятнадцатая. Самокат против хаоса

Луис проснулся резко, будто кто-то выдернул его из сна за воротник.

Он открыл глаза и несколько секунд не понимал, где находится. В комнате было полутемно: белая ночь всё ещё просачивалась в окна, смешиваясь с холодным предрассветным светом. Старые портреты на стенах смотрели на него с обычным неодобрением, виолончель темнела у стены, а на столе среди бумаг лежал телефон.

Голова кружилась.

— Странно… — пробормотал Луис.

Он попытался подняться из кресла, но тело слушалось плохо. Будто в кровь подмешали свинец. Руки были тяжёлыми, ноги — ватными, а в висках глухо стучало. Луис нахмурился и медленно провёл ладонью по лицу.

Это была не обычная усталость.

Кто-то добрался до него.

Он повернул голову к окну — и замер.

За стеклом, на фоне бледного неба, двигались тени.

Сначала ему показалось, что это искажение света. Потом одна из теней ухватилась за выступ фасада, подтянулась выше, и Луис отчётливо увидел силуэт человека. Потом второго. Потом третьего.

Они карабкались по стене.

Люди в тёмной форме, в масках, с тонкими страховочными тросами и короткими крюками в руках. Они двигались бесшумно и уверенно, будто штурм старой квартиры на Васильевском острове был для них обычным утренним упражнением.

Луис с трудом встал.

— Ну конечно, — тихо сказал он. — Вежливо постучать было бы слишком просто.

Первый удар пришёлся в оконную раму. Стекло дрогнуло. Второй удар выбил шпингалет. Через несколько секунд створка распахнулась, и в комнату ворвался холодный воздух с запахом Невы.

Первый агент полиции хаоса перелез через подоконник.

— Луис Фадер, вы задержаны по протоколу временной нейтрализации, — произнёс он сквозь маску.

— Какая радость, — ответил Луис, держась за край стола. — А я как раз думал, что утро слишком спокойное.

Он хотел шагнуть вперёд, но ноги снова подвели. Комната качнулась. Агент это заметил и сделал знак остальным.

— Он под действием подавителя. Берём.

Луис посмотрел на стол. На бумаги. На телефон. На вазу с мандаринами, которую Наталья вчера переставила с подоконника на стол, потому что, по её словам, «нормальный человек не хранит фрукты рядом с пыльными картами и непонятными амулетами».

Луис медленно улыбнулся.

— Господа, у меня к вам только одна просьба.

Агент насторожился.

— Какая?

— Не рассказывайте никому, чем вас победили.

С этими словами Луис из последних сил толкнул красный диван.

Старинный, тяжёлый, ненавистный Наталье диван с глухим скрежетом сдвинулся с места и рухнул боком между Луисом и агентами, превратившись в нелепую, но внушительную баррикаду. Первый агент отскочил. Второй, уже перелезавший через окно, выругался и зацепился ремнём за ручку рамы.

Луис схватил мандарин.

— Привет от витаминного отдела службы небесных дел.

Мандарин полетел через комнату и угодил первому агенту прямо в защитные очки.

— Ай!

Второй мандарин попал другому в лоб. Третий отскочил от стены и невероятным образом ударил третьего агента по носу.

— У него снаряды! — крикнул кто-то.

— Это фрукты, идиот! — раздражённо ответил другой.

— Тогда почему так больно?

Луис, всё ещё шатаясь, перебрался через низкий столик, схватил ещё два мандарина и метнул их почти без прицела. Один попал в лампу, второй —