Устремленная в небо. Непокорные - Брендон Сандерсон

– Мне не нравится, что нам снова придется так воевать, – сказала Киммалин. – Совсем не нравится. Я видела… Звезды, я видела, как гибли десятки гражданских кораблей!

У меня внутри все сжалось.

– А у нас есть выбор? – прошептала Сэди. – Мы же воины, верно? Мы крушим то, что попадает в прицел. И людей убиваем. В этом наша суть, так?

Она взглянула на меня в поисках поддержки. Я заставила себя кивнуть.

– Тебе легко говорить, Спенса, – проворчала ФМ, хотя я не сказала ничего. – Ты… ну, это ты.

Да. Так и есть. Это я. В основном.

– Остальным труднее, – согласился Артуро. – Мы не настолько закаленные. Сражаться, зная, что внизу паникуют мирные жители… это было ужасно. Я больше не хочу такого.

– Эти склады снабжения… – сказала Сэди. – Там же будет полно гражданских. Рабочих. Даже если мы не попадем по горнодобывающим станциям в «нигде», а только по порталам на этой стороне… кто, по-твоему, обслуживает эти станции? Перемещает породу? Перерабатывает ее в чистый подъемный камень? Это не солдаты Винзика.

Мы посидели еще какое-то время. Я напомнила себе, что я – оружие. Что мне все равно. Что я не могу позволить себе беспокоиться. Но потом Киммалин, к моему удивлению, положила вилочку и отодвинула десерт, не съев и половины.

– Нужно разобраться с этим, – сказала ФМ. – Йорген хочет завтра нанести удар по станциям и уничтожить их все.

– Надо ли уничтожать предприятия? – спросила я. – Может, просто захватить и удерживать?

– Удерживать сложно, – сказал Артуро, – особенно если у врага больше сил. Лучше вывести их из строя.

– Если мы это сделаем, не окажутся ли в ловушке те, кто работает в «нигде»? – сказала Сэди. – Не лишатся ли они возможности вернуться в «где-то»?

– Необязательно, – сказала Аланик. (Мой значок перевел ее слова.) – Могут быть и другие порталы. Места, где нет горнодобывающих станций.

– Есть такие, – сказала я. – Но большинство из них заперты. С ними произошло нечто странное много лет назад.

– Можем ли мы отпереть один из них? – с нажимом сказала Аланик. – Кажется, Йорген сделал нечто подобное, когда освободил киценских цитоников.

Она была права, но мне не хотелось экспериментировать. После того как Бабуля и Кобб застряли в одном из этих порталов, мне казалось опасным испытывать что-нибудь на них.

В то же время казалось важным знать, что такой вариант есть. Если мы уничтожим базы, не получится ли так, что Верховенство просто пошлет корабли через другие порталы, они прилетят в «нигде», потратив чуть больше времени, и все равно заберут добытые камни?

Если я узнаю ответ, наши планы, возможно, изменятся. Йорген откажется от атаки.

Внезапно меня покинуло стоическое ощущение того, что я – оружие. Нужно найти другое решение. Да, я предаю своих предков-воинов, но мне хочется лишь одного – не идти завтра в новый бой.

Поэтому я, не сказав остальным ни слова, подхватила Погибель и совершила гиперпрыжок с намерением посетить Россыпь. И узнать – для себя, – что можно сделать с неактивным порталом, скрывающимся в пещерах под ее поверхностью.

10

В эти дни вхождение в «нигде» было странным процессом. Мы с Погибелью проскользнули между мгновениями в место, где обычно находилось множество глаз. Искорок света, которые в прошлом смотрели на меня с невероятной злобой.

Теперь же, как и при каждом моем посещении в последние двенадцать дней, их не было. Передо мной предстала чистая чернота. Никаких глаз. Никаких делверов.

Когда-то я думала, что не понимаю этого места, не могу его понять. Я была смертной, и мой разум слишком привык к течению времени и линейным взаимосвязям. Но теперь моя душа стала наполовину делверской. Как ни удивительно, я знала, чем они занимаются. Они были здесь, просто замаскированные, обратившие свое внимание внутрь. Прятавшиеся не только от меня, но и друг от друга. Возникло чувство, что они так делали, лишь когда я находилась там, лишь когда время входило в «нигде», потому что я совершала гиперпрыжок.

Секрет в том, как я взаимодействую с ними, подумала я. Вот способ победить их раз и навсегда. Возможно, это связано с тем, как они прячутся.

Рядом со мной внезапно возникла пара глаз.

«Привет! – сказал М-Бот. – Добро пожаловать в мой дом! Правда, он размером с бесконечно малую точку, но я такой же, и этого хватает!»

В следующий миг мы с Погибелью вышли из «нигде», попав в обыденную тьму другого рода. В пещеры под поверхностью Россыпи.

Цитоники могли «видеть» благодаря своим способностям – как та же Бабуля, хотя она не осознавала, что делает это, – но у меня получалось плохо. К счастью, среди моих инструментов был фонарик. Я сняла его с пояса и включила мягкий зеленый свет, озарив большую пещеру и напугав множество ее обитателей, которые кинулись врассыпную.

Я невольно ухмыльнулась. Я знала эту пещеру. Я охотилась здесь – и, похоже, в мое отсутствие крысы буйствовали и беспрепятственно питались грибами.

– Не бойтесь, – обратилась я к ним, – я вернулась, но не за вашей кровью. Как оказалось, мне больше по вкусу арахисовое масло. Наслаждайтесь передышкой, свирепые твари.

Похоже, они не были склонны верить мне на слово и продолжали прятаться в укромных уголках и щелях. Я зашагала по пещере, испытывая легкую ностальгию. Я теперь пилот. Спенсы, охотницы на крыс, больше не существует.

Не странно ли скучать по тем дням? Они были ужасными во многих отношениях. Эта постоянная угроза – креллы. А еще моя семья страдала от нехватки еды, дискриминации и каторжного труда.

Но тогда я отвечала лишь за добычу крыс, которые шли на продажу. Теперь от меня зависела судьба планет.

Я немного промахнулась при гиперпрыжке. Портал находился не в этой пещере, а в близлежащем туннеле. Память не подвела меня, невзирая на прошедшие месяцы, и я легко пробралась по древнему туннелю – проделанной внутри скалы трубе, по которой вода поступала в другие части пещерного комплекса. Я плелась, касаясь одной рукой каменной стены, пока не добралась до портала.

Он находился в стене. Большой кусок породы, частично сливающийся с окружающей скалой, и на нем вырезаны символы. Много лет назад я поняла, что в этих инопланетных знаках есть нечто сверхъестественное. Необычная поверхность хранила шепот, который нельзя услышать, но можно было почувствовать.

Я коснулась пальцами канавок. В «нигде» я совершила героическое путешествие, чтобы вернуть свои воспоминания. Правда, как оказалось, это путешествие было задумано Четом: он хотел предоставить мне информацию, в которой я нуждалась, и