Замковый кризис-менеджер - Виктория Крафт

Анна обвела взглядом собравшихся. Марта, которая пятнадцать лет назад попала в этот мир такой же потерянной и одинокой. Элара, лесная дриада, ставшая её подругой. Линнет, ведьма с веснушками, которая поверила в неё с первого дня. Маргарет, спокойно принявшая и скелета, и погремушку из фаланги. Костик, который теперь был не просто скелетом, а полноправным членом семьи. И старый некромант, который дал ей шанс.

— За новый дом, — сказала Анна, поднимая кружку.

— За новую жизнь, — добавила Марта.

— За тебя, — тихо произнёс некромант, и все с ним согласились.

Ник спал в своей колыбельке под светящимся драконом, и в комнате было тепло и уютно. Анна знала: впереди ещё много трудностей. Учёба, работа, заботы. Но она справится. Она всегда справлялась.

Глава 9.

Академия встретила Анну гулом голосов, запахом старых книг и магических чернил, стуком каблуков по каменным плитам и совершенно особым, ни с чем не сравнимым ощущением — будто каждый камень здесь был пропитан знаниями, накопленными за столетия. Она шла по главному коридору, прижимая к груди папку с документами и новеньким расписанием, и чувствовала себя так, словно снова стала первокурсницей. Только на этот раз не в строительном колледже, а в магической Академии Мейнхолла, где за соседней колонной обсуждали формулы превращений два эльфа, а у окна гном в мантии спорил с ламией о свойствах лунной пыли.

Факультет прикладной артефакторики находился в восточном крыле — Анна запомнила это ещё когда подавала документы. Она прошла мимо аудиторий с табличками «Боевая магия», «Зельеварение», «Трансфигурация» и наконец добралась до нужной двери. Табличка гласила: «Прикладная артефакторика. Курс магических покрытий и ремонтных составов». Анна поправила волосы, глубоко вздохнула и вошла.

Аудитория была просторной, с высокими стрельчатыми окнами, через которые лился утренний свет, и длинными столами, уставленными колбами, банками и образцами материалов. Студенты уже собрались — человек двадцать, не больше, разного возраста и, как водится в Мейнхолле, разных рас. Люди, пара гномов, эльфийка с усталым лицом, какая-то зеленокожая девушка (троллина, кажется) и несколько человек, чью расовую принадлежность Анна определить затруднилась. Все они сидели группами по двое-трое и тихо переговаривались.

Анна заняла место у окна, достала перо, бумагу и принялась ждать. Она не нервничала — в конце концов, чему тут нервничать? Она уже год командовала скелетами, ремонтировала семисотлетний замок и принимала драконов. Какая-то учёба её не напугает.

И тут он вошёл.

Дверь распахнулась резко, без стука, и на пороге возник высокий широкоплечий парень с волосами цвета платины, собранными в небрежный хвост, и глазами, напоминающими две льдинки, в которых тлел холодный огонь. Он был одет в дорогую, но подчёркнуто небрежную одежду: тёмно-синий камзол с серебряными пуговицами, высокие сапоги, на плече — небрежно брошенная мантия. Черты его лица были резкими, породистыми — высокие скулы, прямой нос, упрямый подбородок. И двигался он с той самой грацией, которую Анна уже видела однажды.

Дракон.

Тот самый серебристо-голубой дракон, который прилетал на бал с леди Селеной. Только теперь он был в человеческом обличье — но эти ледяные глаза с вертикальными зрачками она узнала сразу.

— Прошу прощения за опоздание, — произнёс он низким голосом, в котором не было ни капли искреннего сожаления. — Заблудился в коридорах. В Академии слишком много лишних поворотов.

Мастер-преподаватель — сухонький старичок в круглых очках, который как раз раскладывал на столе образцы, — рассеянно кивнул, не поднимая головы. Дракон обвёл аудиторию взглядом, явно ища свободное место. И его глаза остановились на Анне.

Она почувствовала, как внутри что-то напряглось. Дракон медленно, вразвалочку, подошёл к её столу и опустился на соседний стул — так, будто оказывал ей великую честь.

— Занято, — сказала Анна, не успев подумать.

Дракон приподнял бровь.

— Прошу прощения?

— Здесь занято, — повторила она, хотя место было абсолютно свободным. — Я жду подругу.

— И где же твоя подруга? — поинтересовался дракон, оглядывая полупустую аудиторию. — Задерживается? Или она существует только в твоём воображении?

— Она существует. Просто не люблю, когда рядом сидят наглые незнакомцы.

Дракон улыбнулся — медленной, хищной улыбкой, от которой у обычного человека, наверное, похолодела бы кровь. Но Анна за год жизни в замке некроманта выработала иммунитет к страшным улыбкам.

— Тогда позволь представиться, — произнёс он с издевательской вежливостью. — Торвальд Арктур, младший сын клана Серебряных Драконов, студент второго года обучения, направление «Магические покрытия и отделка».

Анна уставилась на него.

— Арктур? — переспросила она. — Как леди Селена?

— Моя тётя, — подтвердил Торвальд всё с той же улыбкой. — Она много о тебе рассказывала. «Та самая служанка, которая превратила логово некроманта в дворец». Честно говоря, я ожидал увидеть кого-то… — он сделал паузу, разглядывая Анну, — …постарше.

— А я ожидала увидеть на факультете бытовой магии кого угодно, но не дракона, — парировала Анна. — Что ты здесь делаешь? Заблудился по дороге на боевой факультет? Или проиграл спор?

Улыбка Торвальда стала чуть менее хищной и чуть более заинтересованной.

— У каждого свои причины, — ответил он уклончиво. — А ты, значит, та самая Анна? Служанка, которая командует скелетами и оттирает пятна, которые не брала даже магия?

— Магия брала, — отрезала Анна. — Просто неправильная магия. А скелеты… — она пожала плечами, — скелеты лучше некоторых драконов. Хотя бы не опаздывают.

Торвальд хмыкнул. В его ледяных глазах мелькнуло что-то похожее на веселье.

— А ты острая на язык. Люблю таких.

— А я не люблю тех, кто входит без стука и считает себя центром вселенной.

— О, ты меня ещё не знаешь, — Торвальд откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди. — Я не считаю себя центром вселенной. Я им являюсь.

Анна закатила глаза.

— Удивительно, как такая большая чешуя умещается в такой маленькой голове.

Дракон издал короткий смешок, и сидящая впереди эльфийка обернулась на них с любопытством.

Так началась их война.

Через неделю о противостоянии Анны и Торвальда знал весь курс. Они цапались на каждом занятии: он отпускал ехидные комментарии о её «плебейском происхождении», она парировала, что драконы, видимо, настолько измельчали, что теперь красят стены вместо того, чтобы охранять сокровища. Он демонстративно наносил покрытие одной рукой, не глядя, — и оно ложилось идеально ровно, с лёгким серебристым