Затерянная - Лина Розен

– И эта сила... откуда она взялась?

– Способности ты получила от Океании.

– В смысле, что? – Несси чуть не подавилась воздухом.

– От Океании пошел род Вуд. Ты не знала?

Да ладно, и она так просто говорит об этом? Девушка почувствовала, как вскипает кровь.

– И откуда я должна это знать? Я не пила с богами чай! До Кени я даже не думала, что они существуют!

– И да, и нет, – отозвалась Александрина. – Как вверху, так внизу. Время запутано, как клубок ниток. Настоящее творится прошлым, но творение это происходит одновременно. У удачи две стороны: кому повезло однажды, может смертельно не повезти в другой раз.

– Яснее не стало.

– Если ты права, Алекса, тогда...

– Точно, Дэвид, – улыбнулась хозяйка дома. Она словно получала удовольствие от того, что вскрывала чужие секреты. – У тебя большая проблема.

– Да у нас проблем через край! – возразила Ванесса, все еще пытаясь осознать услышанное. – О чем конкретно вы говорите?

– Если Океания не создаст род Вуд, ты можешь не родиться, Ванесса.

– Но Аид забрал Океанию, – напомнил Эрик, и при этих словах Дэвид виновато вздрогнул. – Мы не знаем, что с ней.

Голова пошла кругом. Замедлиться. Выдохнуть.

Ванесса могла сфокусироваться лишь на двух вещах: во-первых, ее прежняя жизнь закончилась. Во-вторых, она многое пропустила, пока блуждала во снах.

– Что произошло?

– Помнишь, что случилось при битве с Аидом?

Несси помнила боль. За болью – сон, странный, полный противоречий, но очень знакомый.

– Меня ранили?

– Ты умерла.

– Я... что? Вы шутите?

– Ты спасла меня.

Да, она пыталась спасти Дэвида. Несси помнила миг, когда все произошло.

– И я жива, разве нет?

– Теперь да. Но лишь потому, что Дэвид сделал тебя Кошмаром.

– Что за ерунда!

Она не могла стать Кошмаром. Не могла стать слугой Аида!

– Это был единственный способ спасти тебя.

Ванесса обняла себя за плечи. Как она оказалась во все это втянута?

– Ты сделал это... сам?

Кени говорила, только Аиду под силу создавать Кошмары. Как это удалось Дэвиду?

– Очень сильные Кошмары могут попытаться сделать других себе подобными, – выдала тайну парня Александрина.

– Значит, Дэвид и Эрик – Кошмары, – Несси нервно усмехнулась. – Надеюсь, это все секреты, или мне нужно еще что-то знать?

Ответом ей стал громкий стук. Дом содрогнулся. Пространство за окном наполнила тьма.

– Что происходит?

Снова сильный толчок. Ванесса не устояла на ногах, но Дэвид подхватил девушку.

Золотистое сияние Алексы вспыхнуло на миг и погасло. Дом содрогнулся в третий раз.

– Моя сила их больше не сдерживает, – Александрина побледнела. – Слушай внимательно, Ванесса. Энергия Кошмара и твоя внутренняя сила противоположны друг другу. Сейчас их сдерживает мое снадобье, но надолго его не хватит. Помоги Океании, разорви сделку с Аидом и получишь шанс.

– Как? Он в другом времени!

– Верно, но это мы исправим. Не подведи меня, – Александрина подмигнула девушке и перевела взгляд на парней. – Передавайте привет отцу, мальчики! Больше мы не увидимся.

Не требуя ответа, но убедившись в том, что Дэвид и Эрик услышали, Тихэ закрыла глаза, высвобождая накопленную силу, и повернула колесо. Оно поддалось легко, словно ожидало этого.

В некотором роде так и было. Нарушенный баланс времен давно требовал восстановления.

Глава одиннадцатая, или По ту сторону сна

Девочка лет десяти сидела на деревянной скамье, болтая ногами в красных лакированных туфлях, и наблюдала за одноклассниками. Сегодня они играли в мяч и шумели больше обычного.

Она любила наблюдать за другими, но, привыкнув к тому, что окружающие не обращали на нее внимания, предпочитала одиночество и тишину. Кроме общества книг и хранящих тайны сокровищ, выставленных в недавно открытом музее Долины, она ценила компанию только одного человека, промежутки между встречами с которым казались невыносимо долгими, а встречи – непростительно короткими.

«Как вверху, так внизу,

Упадешь – подниму.

Руку дашь – отвернусь,

Со спины подкрадусь…»

Она услышала знакомую песню раньше, чем на гравиевой дорожке показалась ее любимая наставница. Та, что предподавала им историю и литературу – науки столь же изящные, какой была наставница.

– Госпожа Александрина! – обычно скрывающая эмоции от окружающих, девочка помахала рукой. Женщина ответила ей тем же теплым жестом и, вскоре приблизившись, села рядом на скамью.

– Заждалась?

– У вас хорошие новости?

– Очень хорошие, – улыбнулась она и провела ладонью по волосам ученицы. – Я нашла кое-кого, кто поможет нам более не расставаться.

Девочка не хотела радоваться раньше времени, но улыбка сама появилась на губах. Ее наставницу в школе любили многие: другие учителя, родители, дети – однако именно с ней госпожа Александрина проводила большую часть времени. Она обещала забрать ее.

– Как же вам удалось?

– У одного детектива обнаружилось то же желание, что у меня, – наставница опустила руку, подставляя лицо осенним лучам солнца. – Он решил усыновить кое-кого. Двух мальчиков. Хотя называть их мальчиками, конечно, не слишком правильно... – наставница прикрылась рукой, хихикнув как подросток. – Но для меня они мальчики и есть. Мы с детективом договорились помочь друг другу. Он поможет мне, став твоим крестным отцом, а я помогу ему.

Девочка подобрала колени под себя и сложила ладони в молитвенном жесте. Наставница с улыбкой взглянула на нее, ни о чем не спрашивая.

– Пусть все получится! – прошептала девочка и замерла на миг, чтобы повторить желание про себя, а затем вернулась в исходное положение. Теплые лучи коснулись бледно-голубой ткани ее платья и переместились на косы, исчезая в тени бантов.

– А теперь не хочешь ли узнать, какой необыкновенный экспонат появился в музее? – спросила наставница, зная о желании ученицы связать с музеем жизнь. Глаза девочки загорелись.

Тихэ с улыбкой перевернула колесо, превращая в нить подслушанное желание, и вплела встречу с девочкой в ткань своих дней. Отражение будущего исчезло в потоке воды, сменившись следующим образом.

Все шло так, как должно. В том числе то, что пока не пришло.

– Можешь выйти, – приветствовала она гостя, не прекращая работу.

Красный атлас платья, окаймленного черными кружевами, такого же цвета занавес, прикрывающий кровать, разбросанные лепестки красных и