Падение Диссы - Олег Ткач

Бремар подал руку, в которой ее ладошка показалась тоненькой веточкой, и галантно, словно кавалер на балу, помог перейти на борт черного корабля под одобрительный свист своей команды. Убедившись, что девушка не видит, он повернулся к застывшему солханскому капитану и, прежде чем последовать за Селиссой, смачно сплюнул под ноги.

– Режем канаты и отчаливаем, парни! Курс на Диссу! – гаркнул он матросам и добавил, обращаясь к мэйре: – Прошу в мою каюту, там мы сможем обсудить наше дело.

– Капитан Киро, вы угадали все мои желания! – прошептала Селисса, оказавшись в каюте капитана. Она повернулась к замершему в дверях Бремару, который не таясь рассматривал ее декольте, и с кокетливым смущением прикрыла вырез ладонью.

– Можно просто Бремар, – усмехнулся громила. – Что может быть проще, чем угадывать желания таких высокопоставленных женщин? Госпожа, несомненно, желает вкусно отобедать!

Бремар указал в сторону внушительного стола, заваленного разной снедью. Посередине высилось несколько черных бутылок. Такой цвет был только у лучших самальских вин – сладких и терпких.

– Расслабиться в горячей воде после холода Алого моря! – продолжил Бремар, кивнув за спину женщины, где стояла огромная исходящая паром кадка. – Ну и немного вздремнуть в чистой и мягкой кровати! – Улыбка Бремара стала еще шире, грозясь превратиться в оскал.

«Пожрать, помыться и переспать», – подумала Селисса. Мэйра знала, что полезным и властным людям в таких делах нужно уступать, но сейчас она хотела этого и сама.

– Надеюсь, вы не откажетесь, если я предложу составить вам компанию?

Не дожидаясь ответа, Бремар приблизился к мэйре и прижался губами в страстном поцелуе. Селисса с трудом оттолкнула его от себя, вложив толику силы. Капитан не отшатнулся и не упал, а ловко отскочил к стене, уже оттуда, словно из засады, с жадностью наблюдая, как девушка скидывает с себя плащ.

Повернувшись спиной, мэйра вытащила скрепляющие прическу шпильки и позволила Бремару насладиться огненным водопадом. Шумный выдох дал понять, что ее старания оценили.

«Не помять бы платья», – напомнила себе Селисса, выпорхнув из тонкой ткани.

– Мои правила! – жарко прошептала мэйра, развернувшись, когда Бремар со стоном потянулся к огненным локонам.

Одной рукой она вцепилась в собранные на затылке длинные волосы, а второй скользнула по шраму на правой щеке, до уха, где тихо позвякивали два золотых кольца. Прижавшись губами к мочке, она ухватилась зубами за одну из сережек и резко дернула в сторону. Здоровяк только охнул, лаская ее тело огромными, но удивительно нежными руками.

– В воду! – простонала Селисса окровавленным ртом, чувствуя жар его дыхания. – Всемогущие темные боги! И не вздумай отстегивать меч!

Огромная карта была аккуратно расстелена на столе. Долимар внимательно разглядывал изгибы реки Криллы, рассуждая, как поступил бы на месте кразорцев. И какие теории ни выдвигал курсорус, все сводилось к одному – удар неизбежен. В глубине души Долимар уже давно понимал это, но не хотел мириться.

Давно, еще во времена службы в армии, он, как и все солдаты, проходил жесткие тренировки, хотя офицерские чины были значительно выше подобной тяжелой муштры. Ему было интересно узнать на собственной шкуре все прелести солдатской жизни. Одно из упражнений было на реакцию. Солдат стоял на бревне, перекинутом через глубокую яму, заполненную грязью и тухлой водой. Рядом находилось хитроумное устройство, выкидывающее вперед увесистую дубину. Солдат должен был предугадать направление удара и увернуться, сохранив равновесие на бревне. Увернулся и удержался – молодец, свободен. Увернулся, но упал – молодец, идешь в караул. Не увернулся, больно получил по ребрам и свалился – плохо, лезь заново. После трех неудачных попыток солдата отправляли на черновую работу. И на следующий день все повторялось. Усатый сержант рассказывал, что больше четырех раз подряд никто под ребра не получал. Отбывающие наказания потом первыми спешили пройти дархумово устройство и завалиться спать.

Прозевав первый удар и свалившись в вонючую жижу под общий одобрительный смех, Долимар вылез и как ни в чем не бывало снова залез на бревно.

– Стоит ли, ваше высокоблагородие? – добродушно пробасил сержант, не упустив возможности поддеть офицера. – Опять ведь свалитесь в это…

– Давай! – азартно крикнул Долимар и замер в ожидании.

Во второй раз он увернулся, но снова упал в яму под хохот. В третий раз увернулся и устоял. Он не слез с бревна, пока не увернулся от пяти выпадов подряд, осознав простую истину: ожидание удара гораздо страшнее самого удара.

Спустя годы ничего не изменилось.

– И снова я по уши в дерьме, а ноги разъезжаются, – вздохнул Долимар и оторвался от карты.

Хватало более важных дел, чем подобная зарядка для ума. Для командования армией был Флеймдор, достойный и преданный военный. Ему, человеку стальной чести, курсорус доверял полностью. В отличие от него, генерал был отменным стратегом и тактиком.

Время неумолимо подходило к полудню. Скоро у него должен был состояться обед, на который неожиданно напросились два высокопоставленных посла – из Басуга и Радэна. Долимар считал, что они будут прощупывать почву. Он уже знал, что днем ранее послы поочередно посещали канцлера, с которым и обговорили все щекотливые моменты, значит, к нему они шли лишь для того, чтобы убедиться, что их мнения сходятся.

«Торгаш всегда думает о прибыли», – усмехнулся про себя курсорус, вспоминая их ежедневные нападки, когда он едва не прикрыл Караваны счастья.

Раздался тихий стук в дверь. Это секретарь подавал ему знак о прибытии гостей. Долимар позволил себе еще две минуты посидеть в любимом кресле, собираясь с мыслями, затем порывисто встал и вышел из кабинета. Небольшой коридор окончился светлой приемной, где на удобных лавках ждали приснопамятные дипломаты.

– Доброго дня, господа, – слегка кивнул Долимар в знак приветствия. – Не угодно ли будет пройти в трапезную?

Послы уже собирались подняться и рассыпаться в ответных приветствиях, когда в приемную размеренным шагом вошел Оквус собственной персоной.

«Неужели что-то с Виамаром?» – была первая мысль, когда курсорус увидел невозмутимого канцлера. «Сивонна бачча!» – грязное погорское ругательство было второй.

– Прошу прощения, господа, что вынужден вас прервать, но у меня срочный разговор! – с легким поклоном обратился Оквус к послам, не сводя глаз с Долимара. Не дожидаясь ответа и не обращая внимания на слабо сопротивляющегося курсоруса, канцлер с улыбкой подхватил его под руку и увлек обратно в кабинет, аккуратно прикрыв за собой дверь.

В кабинете Оквус, совсем не стесняясь, указал Долимару на его кресло, а сам сел в одно из гостевых. Курсорусу ничего не оставалось, как пройти обратно за стол. Он с минуту изучал безучастное лицо канцлера, полное благородства и аристократичности, и, помня о выдержке своего наставника, предпочел не затягивать.

– Не угодно ли будет объясниться, канцлер Трейдор? Чему обязан такой честью? Полагаю, это что-то действительно заслуживающее внимания, если вы решили прийти ко мне