Когда наступает тьма - Биа Стилл

Бритва медленно обернулся. В его руках привычно блеснуло лезвие бритвы, но на этот раз он не чистил ногти. Он сжимал рукоять так сильно, что костяшки пальцев побелели.

— Это значит, что завтра они сдадут наше логово под пытками, — пробормотал главарь. — Это значит, что Илиас не пришел за нечистью. Он пришел зачистить город от нас. Мы для него такая же гниль, как и те, кто пьет кровь.

Он подошел к Варгасу и пнул его в здоровую ногу.

— Вставай, кусок мяса! Хватит пускать слюни.

Варгас поднял на него мутные глаза.

— Босс, они… они не люди. Световые пушки выжигают всё. Мы для них просто мусор под ногами. Та девка… она была права. Она знала, что за ними придет сама смерть.

Бритва замер, услышав упоминание Саяны. Его желтоватые глаза сузились. В его мозгу, привыкшем просчитывать ходы в кровавых шахматах трущоб, начала выстраиваться новая, безумная схема.

— Девчонка, — повторил он. — Та самая хрупкая мышка, которая раскидала вас в подворотне. Варгас, ты сказал, она двигалась слишком быстро?

— Слишком, босс. Как тень. Я даже замахнуться не успел.

Бритва снова подошел к окну. Он видел, как на горизонте поднимается дым от Соляных ям. Инквизиция явно перебрасывала туда дополнительные силы. Илиас укреплял свои позиции, готовясь к окончательному очищению.

— Слушайте меня, — Бритва обернулся к остаткам своей банды. — У нас нет оружия против их брони. Нет щитов против их света. Если мы останемся здесь, к завтрашнему вечеру нас всех распылят на атомы. Но у нас есть она.

— Вы хотите её убить? — недоуменно моргнул Крот. — Но мы её даже найти не можем!

— Нет, идиот! — шарахнул Бритва кулаком по столу, заставив пустые бутылки разлететься вдребезги. — Убивать её сейчас — всё равно что выкидывать единственный козырь в игре против шулера. Илиас боится не нас. Он боится её. Он выжег целый сектор только ради того, чтобы достать одну девчонку. Значит, она и есть его персональный кошмар.

Главарь сел в свое кресло, его пальцы начали нервно постукивать по подлокотнику.

— Враг моего врага — мой, елси не друг, то инструмент. Если она смогла выжить в том аду, который устроил Орден, значит, она для нас идеальное оружие. Мы не будем её убивать. Мы найдем её и предложим сделку.

— Сделку? С ней? — криво усмехнулся Варгас обгоревшей губой. — Босс, она нас ненавидит не меньше, чем Инквизиторов.

— Ненависть всегда была отличным топливом, — оскалился Бритва. — У неё есть сила, но нет людей. У нас есть люди, те, кто выжил и теперь хочет грызть глотки белым плащам, но нет силы. Если мы объединимся, то сможем ударить Илиаса там, где он меньше всего ожидает.

Он наклонился вперед, и его голос стал вкрадчивым.

— Она хочет спасти своих. Ту старуху и того офицера, что она приютила. Я знаю, как работают Соляные ямы. Мои парни когда-то строили там дренажные тоннели. Без нас она туда не войдет. А без неё мы не продержимся и пяти минут. Крот! — рявкнул Бритва. — Бегом к Глобу. Старый хрыч наверняка знает, где она прячется. Передай ему, что Бритва не хочет её крови. Бритва хочет подарить ей головы рыцарей на блюде. Скажи, что мы готовы стать её псами, если она поведет нас в бой.

— Но босс… — начал было Крот.

— Выполняй! — Бритва швырнул бритву, и лезвие вонзилось в стену в миллиметре от уха подручного. — У нас нет времени на гордость. Или мы станем союзниками демона, или мы превратимся в пепел. Я выбираю демона.

Когда Крот исчез в темноте коллектора, Бритва снова посмотрел на свои руки. Он понимал, что идет на сделку с дьяволом. Он понимал, что Саяна, если согласится, в любой момент может передумать и вырвать ему сердце. Но этот риск был слаще, чем перспектива сгореть в очистительном огне Илиаса.

— Давай же, девчонка, — прошептал он, глядя на полыхающий Эль-Дар. — Прими мой подарок. Давай покажем этому городу, что бывает, когда Тень и Грязь объединяются против Света.

В подвале Железного нутра началась подготовка к самому странному и кровавому союзу в истории города. Бритва готовил своих псов к войне, которую они не могли выиграть в одиночку, но в которой они намерены были выжить любой ценой. Охота на Саяну прекратилась, началась охота за её доверием. И эта охота обещала быть гораздо опаснее.

Глава 20

Дом Теней — так его назвали в трущобах, хотя официально это был Объект 47-Б, недостроенный небоскреб, который начали возводить десять лет назад и забросили, когда строительная компания разорилась. Теперь это был просто остов — голые бетонные стены без окон, лестницы, которые вели в пустоту, и коридоры, заполненные мусором и нечеловеческой тишиной. В таких местах даже крысы боялись селиться.

Саяна стояла на двадцать третьем этаже, спиной к пустому окну, откуда было видно горящую агонию Эль-Дара. Город пылал. Пламя в Соляных ямах, которое она наблюдала издалека, всё ещё тлело на горизонте, как незаживающая рана. Где-то там, в этой смеси соли и света, страдала мадам Нюйра. Саяна чувствовала её боль почти физически, древняя кровь в её жилах резонировала с криком живых существ в радиусе нескольких километров.

Но главное, что терзало Саяну, была не старуха. Гораздо сильнее её терзала судьба Амерана. Завтра на рассвете они сожгут его. И допустить этого она не могла!

Память, пробужденная старой кровью, подсказывала ей стратегию. Её предки, короли и королевы ночи, бились с армиями людей и выживали. Но они никогда не испытывали то, что испытывала она сейчас. Это ледяное, буквально сводящее с ума ощущение, что единственный человек, который осмелился видеть её истинное лицо и не отвернулся, умрет, если она не успеет.

Это не спасение. Это... это... Она не находила правильных слов. Та девушка, что умерла в ней, наверное, смогла бы сказать верно. Та, что улыбалась старику Арни, та, что разделяла печаль мадам Вайны… Но той Саяны больше не было. На её месте стояла Королева Тьмы, и ей не положено было испытывать то, что называют любовью.

Саяна услышала их задолго до того, как они показались на лестнице. Бандиты пахли особенно. От них буквально разивло дешевым табаком, немытым телом, страхом и возбуждением от предстоящей охоты. Бритва шел впереди со своей охраной. Двадцать человек. Вот и все, что осталась от его когда-то мощной стаи. Они двигались осторожно, боясь лишнего звука, но для Саяны