Эпоха Опустошителя. Том XII. Часть III - Вел Павлов

— ТОГДА РЕШЕНО! — громогласно рявкнул Арес, глядя на присутствующих. — СЕГОДНЯЩНИЙ ДЕНЬ СТАНЕТ МОМЕНТОМ НАШЕГО ТРИУМФА!!! ПОРА УБРАТЬ ПОСЛЕДНИЕ ПОМЕХИ С ДОРОГИ! УНИЧТОЖИМ ХРАНИТЕЛЕЙ И ПУТЬ В СОСЕДНИЕ МИРЫ БУДЕТ ОТКРЫТ! ПОСЛЕ НАШЕЙ ПОБЕДЫ МЫ ОТБРОСИМ ТИТУЛЫ БОГОВ И СТАНЕМ ИСТИННЫМИ ДЕМИУРГАМИ…

* * *

Альбарра.

Аронтир. Внутренние земли.

Край Соприкосновения.

Арена Соприкосновения.

28 марта 4060 года по летоисчислению Вечного Ристалища.

08:23 по времени Земли.

Императрица честно считала, что неделя — это слишком много. Но в том и крылась суть — семь суток миновали как по щелчку пальцев судьи. Она просто не заметила, как пролетели дни. Как и любого другого кандидата времени на отдых у неё всегда оставалось крайне мало — зачастую она не находила времени, чтобы просто заглянуть на родной Эосар. Потому время в данном мирке она решила провести с пользой. Всё необходимое о своей цели она узнала быстро. Чересчур быстро.

Всё же смертное недоразумение, которое сейчас семенило следом за ней, оказалась права — на Альбарре не нашлось того, кто не слышал бы о Ранкаре Безродном. Здесь не было тех, кто не проклинал бы Демона Великой Сотни за его деяния. Большая часть разумных столицы ненавидела и презирала того, кто вздумал оскорбить, так называемых, оберегов.

— Дерзкий глупец…

— Именно…

— Обереги бессмертны…

— Они непоколебимы. Их власть вечна…

— Поскорее бы он сдох…

Слушая и внимая всему происходящему, императрица Алого Пламени улыбалась. Улыбалась одному неоспоримому факту — миры хоть и являлись жутко разными, но боги… боги практически повсюду были одинаковыми. Бредили о вечной власти. Грезили о безграничной силе, а все их желания сводились лишь к главному — как бы поскорее уничтожить равных себе, стать демиургами и распространить свою волю и влиянию на более количество душ.

— Да угаснут Искры Эосара на веки-вечные! Небожители и вправду, как под копирку, — выдохнула раздраженно императрица, закатывая глаза и между делом пробираясь сквозь толпы разумных, которые неустанно двигались в Край Соприкосновения. — Эй, смертное недоразумение, — взмахнув гривой огненно-рыжих волос, девушка оглянулась через плечо и отыскала глазами Хёсу. — А ну не отставай! Не хватало ещё тебе потеряться!

— Да, чтимая госпожа! — раболепно закивала бродяжка головой, широко улыбаясь. — Конечно!

«Хотя бродяжка ли она сейчас»? — мелькнули мысли в голове кандидата судьи Пламени, и та осмотрела сироту более внимательно.

Новые вещи, чистая постель и горячая ванна сделали своё дело. Сейчас Хёсу едва ли можно назвать беспризорницей. Лишь её манеры оставляли желать лучшего, ведь вс было написано у девчонки на лице. Она то и дело стреляла глазами в стороны, пытаясь понять и примерно прикидывала в голове, как лучше умыкнуть у того или иного бедолаги нечто ценное.

Деньги не являлись для императрицы Алого Пламени большой проблемой. Впрочем, она уже очень давно не испытывала серьёзных бед. Всё же это не первое её задание и далеко не последнее. Однако девушка вынуждена была признать, что впервые работала в столь отдалённой сети миров.

Шум и гам нарастал. Чем ближе они подбирались к Арене Соприкосновения, тем труднее приходилось. Больше трёх часов они потратили на то, чтобы добраться до непомерно огромного ристалища. Само собой, кандидат могла разогнать весь мешающийся под ногами сброд по щелчку пальцев, но для такого ещё было слишком рано.

Глядя на строение впереди, императрица всё чаще ловила себя на мысли, что столь монументальное строение можно было назвать одним из чудес данного мира, потому как своей высотой оно даже заслоняло небеса. Впрочем, и Храм Соприкосновения, что виднелся вдали, мало чем уступал арене.

Ещё час девушка и беспризорница потратили на то, чтобы попасть внутрь, и, стоило им оказаться внутри, как слух императрицы уловил очарованный шепот Хёсы:

— Невероятно…

— Сложно не согласиться, — хмыкнула кандидат Пламени, оценивая арену изнутри. — До эосарских красот им далеко, но местные изрядно постарались.

Куда ни кинь взгляд, всюду находились разумные — люди, зверородные, тераты. Возведенное ристалище полнилась живыми, как пчелиный улей, а количество магических проекций в небе казалось бесчисленным. Правда, императрицу озадачили не существа, окружающие её, а само строение. На первый взгляд ристалище хоть и являлось огромным, но выглядело вполне нормально, однако один неоспоримый факт не мог не броситься в глаза — разделение. Арену Соприкосновения разделили на две неравные половины. И прямо сейчас меньшая половина пустовала.

— Каковы хитрецы ваши божества, — понимающе рассмеялась императрица, решительно шагая вперёд. — Что ж, признаю, они не так глупы и…

— СМОТРИТЕ! СМОТРИТЕ…

— ДЕМОНЫ…

— ТАМ! ТАМ ДАЛЬШЕ ДЕМОНЫ…

— ЭТО ЖЕ…

— ВЛАДЫКИ ИНФЕРНО…

— ОНИ… ОНИ ВСЕ ЗДЕСЬ…

— ИХ… ИХ МНОГО…

Шум, крики и гам в одночасье усилились и оглушили. Лавина разумных на всей скорости рванула вперёд. Нахмурившись, но не забыв схватить за руку Хёсу, вперёд двинулась сама кандидат, и успела она как нельзя вовремя.

Спланировано это было или нет, императрица не знала, но в той самой пустующей половине арены разверзлось пространство в мир демонов, а земля в прямом смысле разверзлась. Один за другим архидемоны Инферно материализовались на Альбарре в своих истинных и жутко устрашающих обличиях.

— Ничего себе… Какие они… большие… — Хёса от удивления разинула рот и уставилась во все глаза на инферийцев.

— Только не говори мне, что впервые видишь владык Инферно? — негодующе поинтересовалась императрица.

После прозвучавшего вопроса беспризорница будто стала меньше. От нахлынувшего смущения та втянула голову в плечи и виновато шмыгнула носом.

— Простите, чтимая госпожа…

— Хотя о чём это я? Что взять с сироты? — фыркнула изможденно девушка, не сводя заинтересованных глаз с Хёсы. — Кстати, смертное недоразумение, ты так и не объяснила мне, почему приняла сторону того, кого все презирают и ненавидят? Почему ты не хочешь, чтобы Демон Великой Сотни умер? Почему ты принимаешь его сторону?

— Но он… он же… человек, — совсем тихо и робко проговорила бродяжка, поднимая взор на императрицу. — Он… он такой же человек, как и я… Как вы… Как и многие, кто здесь находится…

— И что с того, что он якобы человек? — непонимающе хмыкнула кандидат. — В чём подвох?

— Тут нет подвоха, чтимая госпожа… — лучезарно улыбнулась Хёса, то и дело запинаясь от страшного волнения. — Просто… он человек. Он… не побоялся всесильных оберегов. И он… первый, кто осмелился бросить им вызов… Он смертный, но он очень отважный… И сильный… И