Эпоха Опустошителя. Том XII. Часть III - Вел Павлов

Проклятых будет биться с великими оберегами, — голос Хёсы вдруг стал тише и та опасливо оглянулась по сторонам. — Вы, наверное, не поверите, но я… я буду молиться за победу Последователя Проклятых.

— Почему же не поверю? — широко улыбнулась кандидат судьи Пламени. — Мне охотно в это верится, ведь в ином разе я буду разочарована. Страшно разочарована. Вот только моё разочарование блекнет на фоне разочарования моего отца…

Глава 8

«Первый ход сделан…»

Альбарра. Аххеский пантеон.

Земли великого дома Иан.

Пространственная крепость.

28 марта 4060 года по летоисчислению Вечного Ристалища.

Рассвет…

Двадцать девять часов… – злорадно прошептал Опустошитель. — Тик-так, малыш…

Впервые за последние восемь месяцев врата пространственной крепости оказались вновь распахнуты настежь, но причина такого поступка была далека от приятной.

— Как я и думала… — удручённо декларировала Вивиан, переходя от одной лужи крови к другой, от одного неистлевшего трупа к следующему. — Полубессмертные. Причём все. Их действительно использовали, как обычное пушечное мясо, чтобы просто удостовериться в твоих способностях. Здесь много могущественных воителей и воительниц. Некоторых… я даже знала, — подавленно прошептала отмеченная, качая горестно головой. — Безумие. Форменное безумие.

Впрочем, не только Кристальная Ведьма ходила по полю битвы. В этом ей составили компанию Илай, Эйсон и Рамас. Остальные же столпились у врат и что-то оживлённо обсуждали. Как и всегда, громче всех звучал Ас-Ннай.

— Какой Геенны Огненной мы должны осторожничать, Зеантар? — до ушей донёсся возмущенный голос Зиула. — Пространственная крепость под надёжной защитой. Вскоре сюда прибудет подкрепление. Да и оглянись по сторонам, вас как хранителей никто не встречает. Они прекрасно осознают, к чему всё идёт. Так что предлагаю войти к тем ублюдкам через главный вход и…

Услышав суть речей Ас-Нная, я моментально потерял к ним интерес.

— Твои так называемые знакомые сами виноваты, Ведьма, — сухо обронил я, на пару с Грацией возвращаясь к стенам, а если быть точнее, то к Искриде и Фи. — Их никто не заставлял принимать то дерьмо. Они хотели получить силу, и они её получили.

— Да, я знаю, — раздосадованно кивнула Вивиан. — Но легче мне от этого не станет. Да и судя по тому, что я увидела, эти полубессмертные едва ли понимали, что делают. Их… их просто отправили на убой, — печально заключила отмеченная.

— Благодари за это своих оберегов, — холодно заметил я.

— Когда ты уже поймёшь, что моя госпожа здесь ни при чём! КОГДА, А⁈ — вспылила Кристальная Ведьма. — Она… она же поддерживает тебя…

Пришлось остановиться и обернуться к Вивиан, а к нашей беседе начали прислушиваться все, кто находился рядом. Перебивать разошедшуюся служительницу я не стал и просто продолжил слушать.

— Между оберегами раскол! РАСКОЛ, ТЫ ПОНИМАЕШЬ⁈ Как раньше уже не будет! Сегодняшний день решит, каким именно окажется наше будущее! Именно сегодня разразится война! Как на той проклятой Арене Соприкосновения, ТАК И ВНЕ ЕЁ! Взгляни на них, Ранкар! — вдруг указала та рукой на Эйсона с Илаем. — ПОСМОТРИ НА НИХ ВНИМАТЕЛЬНО И ПОЙМИ, ЧТО ОНИ ХОТЬ И СДЕЛАЛИ СВОЙ ВЫБОР, НО МИЛЛИАРДЫ РАЗУМНЫХ ВСЁ ЕЩЕ НА РАСПУТЬЕ! Всем известный миропорядок, которому больше четырёх тысяч лет будет к вечеру разрушен и в эпицентре всего стоишь ты! ТЫ И ТОЛЬКО ТЫ! Я боюсь, Ранкар! Боюсь того, что грядёт! Мне страшно! И я ничего не могу с этим поделать!

Вивиан резко замолчала, и некоторое время над полем брани стояла мёртвая тишина, а я же прислушивался к себе и понимал, что слова женщины по какой-то причине нашли отклик в моём разуме и сердце.

— Ты зря беспокоишься, Ведьма, — мягко отозвался я, поглаживая Грацию по голове и с тёплой улыбкой глядя на Искриду с Фи. — Война и вправду случится, но обещаю тебе, что продлится она недолго. На рассвете завтрашнего дня всё закончится. Более чем уверен, что кто-то из оберегов падёт, а кто-то выживет. Я также уверен, что миропорядок изменится, но сам мир… сам мир будет цел и никуда не денется. Ведь в этом мире будут жить те, кто мне беспредельно дорог. Так что будь готова, Вивиан, скоро ты вернёшься к Темиде.

— Каков план, племяш? — подступил ко мне резво Ас-Ннай. — А то с твоим папашей каши не сваришь. Как ни старайся, одно дерьмо выходит. Повар из него такой же, как и хранитель — отстойный.

Впрочем, и Зеантар не заставил себя ждать и объявился тотчас рядом.

— Зиул, следи за словами. Не один Реахзор готов рога тебе пообломать.

— Племянники, вы слышали? — глядя на наследников хранителя, раненым вепрем завыл Ас-Ннай, вновь устраивая клоунаду и тем самым разряжая обстановку. — Ваш папаша мне угрожает…

Пока между хранителем и архидемоном разгоралась мнимая перепалка, я обратил внимание на подошедшего и страшно задумчивого Илая.

— Великий дом Иан бездействует, даже после всего, что здесь случилось. Ни храмовников, ни кого-либо ещё. Боюсь, нам придётся как-нибудь поторопиться. Сам знаешь, путь до Аронтира неблизкий, а у нас осталось всего несколько часов до полудня. И не забывай, что такая падаль, как Вендигал, будет до конца вставлять нам палки в колёса.

— Не переживай, Баламут, — хмыкнул я, хлопнул того по плечу и ободрительно подмигнул Эйсону. — Путь до внутренних земель не займёт много времени. Да и плевать на Духа Бойни. Стоит мне оказаться в столице, и все договорённости будут исполнены.

— Да пошёл ты, Зеантар…

Я и сам не заметил, что пока Зиул и Лазарев выясняли отношения, рядом с нами очутились абсолютно все, кто вскоре отправится в Аронтир, но ближе отчего-то оказалась Бездна, которая не находила себе места.

— Сынок, ты… ты как? — встревоженно прошептала та, то и дело косясь на окровавленный доспех Гидры. — Нигде не ранен?

Проклятье! Снова это обращение. Неужели она не понимает, что я всё равно умру? Пара царапин не изменит ситуации.

«Это глупый вопрос, мой разоритель, — хмыкнула печально Руна. — Какая-никакая, но она… твоя мать».

Слова Альяны отрезвили. Наверное, лишь из-за них я не сорвался на Бездну.

— Я… я в порядке.

— Позволь я помогу? — тепло улыбнулась Инарэ.

Нас разделяло не больше пары-тройки метров, но Бездна в прямом смысле сорвалась с места, а в дрожащих пальцах образовался белоснежный платок. Не прошло и секунды, как та бережно