Обратный отсчет - Токацин

Тот мигнул.

— Я? Чего?

— Понятно, — пробормотал Вепуат, подталкивая «своего» филка к Гедимину. — Увидели то, чего нет?

— И теперь ни кварка не помнят, — Гедимин угрюмо сощурился. — Этот едва не убился. А тот, того и гляди, сдох бы от страха. И их тут ещё во… Hasu! Вепуат, скажи местным, чтобы этих двоих никуда не отпускали!

«Местные» и так уже окружили сарматов. Только они, кажется, и понимали, что происходит — и уже совали филкам ягоды курруи.

— По одному не ходить, — предупредил «мелюзгу» Гедимин, оглядываясь по сторонам. «Ещё восьмеро… И что теперь с ними делать? Говорил же — дайте им нормальные скафандры!»

Когда из-за лабораторного шатра вышел Таркасан, Гедимин вскинул генератор поля. Филк, растерянно мигнув, подался назад.

— Что у вас тут? Я слышал крики, — пробормотал он. — Что-то ещё взорвалось?

Гедимин сердито фыркнул.

— Где остальные филки? Им сказали, что сегодня небезопасно?

Таркасан мигнул.

— Айзек говорил что-то про завтра и послезавтра. И вечером собирался со мной ехать… А что такое? Кочевники?

Гедимин облегчённо вздохнул. «Вот что значит — нормальный скафандр. Говорил же Айзеку — с защитой не шутят!»

— Тут дрянное излучение, — мрачно сказал он. — Всех, кто без шлема, кроет галлюцинациями. Двоих мы отловили. Где остальные?

Таркасан махнул рукой в сторону лаборатории.

— Кенен собирал их там. Кто не пришёл — наверное, в душевой… А как мы тогда поедем? Айзека тоже накроет?

— Иди с нами, — велел ему Вепуат. — Гедимин, я в лаборатории филков не видел. Давай проверим душевую.

Гедимин едва не предложил разделиться, но вовремя опомнился — пусть нейротоксичное излучение не пробивало скафандры, среди галлюцинаций могло быть что-то реально опасное. «Айзек и Гварза в броне. Их не достанет. А вот филкам лучше сидеть под куполом. Поставлю его над бараком — и пусть там сидят.»

Душевая была закрыта. Гедимин толкнул дверь — и обнаружил, что створку изнутри держит засов. Шагнув назад, он увидел, что закрыты и вентиляционные лючки — все, по всей длине, плотнее даже, чем в режиме герметизации. Вепуат, проследив за его взглядом, беззвучно что-то прошептал и схватился за пульт управления дронами. Гедимин, опомнившись, сам взял сканер и направил «щупы» на душевую. «Что у них там, мать моя колба⁈»

Филков он нашёл сразу — они втроём стояли за плотно закрытым шлюзом. Каждый держал в руках оторванную деталь водопровода — кому досталась труба, кому — шланг с насадкой, кому — пластина-нагреватель. Встав друг к другу спиной, филки затравленно озирались. Гедимин покосился на дозиметр — сигма-излучение тут пульсировало сильнее, и пики с каждой секундой становились выше.

— Да чтоб вам всем… — выдохнул он, растягивая защитное поле над ангаром. — Вот втроём они пошли — а что проку⁈

— М-да-а, — протянул Вепуат, глядя на сообщения от подоспевших дронов. — Их там снесло нешуточно… Дай купол подержу! Он точно поможет?

— Не знаю, — буркнул Гедимин. — Сверху прикроет. А снизу…

Из душевой донёсся негромкий стук. Потом затрещали крышки лючков — кто-то открыл вентиляцию. Ещё пара минут — и последняя дверная створка отъехала в сторону. Наружу выглянул растерянный филк.

— Вы там что, совсем мутировали⁈ — с ходу возмутился Таркасан, до того молча наблюдавший за ангаром и двумя ликвидаторами. — Душ на кой ломать⁈

Филк посмотрел на трубу в своей руке и ошалело мигнул.

— Это мы⁈ Я не… — он перевёл взгляд на Гедимина и, переменившись в лице, подался назад. Ремонтник с огромным трудом разжал кулаки. «Ничего. Это можно починить. А вот всю эту мелюзгу пора засунуть за экраны. Говорил же — дайте им нормальную защиту!»

…В лаборатории было шумно. Все — и филки, и Айзек с Гварзой — столпились в первом отсеке и куда-то, кажется, собирались. Когда Гедимин втолкнул внутрь ещё троих, все разом вздрогнули, потом Айзек шумно выдохнул и криво улыбнулся.

— Идите все сюда! Надо пересидеть, пока Пламя не начнёт гаснуть. Тогда действие станет слабее.

«Ну, хоть какая-то информация,» — подумал Гедимин, отступая в шлюзовую камеру.

— Вепуат, сиди здесь. Я схожу за теми двумя.

Он шёл по пустому лагерю, вполглаза следя за извилистой линией на экране. «Сигма» пульсировала — на первый взгляд хаотично, но это не было похоже на «кипящую» пульсацию перед аварией; Гедимин не сомневался, что тут есть чёткая последовательность, просто она так длинна, что не помещается на экран. «Вот же бредовая планета,» — думал он, угрюмо щурясь. Так и подмывало убрать пластины с висков, «потрогать» излучение, — сармат несколько раз отдёргивал руку, тянущуюся к шлему. «Тут безо всякого излучения все мозги вытекут. А кому-то здесь работать…»

Филков он увидел сразу — они сидели в плотном кольце аборигенов, отстегнув шлемы, и что-то жевали. Один из них взял из корзины ягоду курруи и под одобрительный писк местных сунул в рот. Гедимин вслух помянул спаривание «макак». Филки вздрогнули и повернулись к нему.

— Оба за мной, живо, — буркнул он, подумав, что орать про опасность ксеноорганики уже поздно. — Отведу к Айзеку. Все там.

… — Жрали ксеноорганику, — выдохнул Гедимин, подталкивая обоих филков к Айзеку. — Вепуат, у тебя есть, чем их промыть?

— Курруи? — Айзек наклонился к филкам, заглянул каждому в глаза, посмотрел на поспешные кивки и облегчённо вздохнул. — Сидите здесь! Как только Пламя угаснет, процесс пойдёт на спад.

Вепуат, начавший было рыться в своих запасах, недоумённо хмыкнул — филки уже шмыгнули за стол и растворились среди сородичей, на максимальном расстоянии и от Гедимина, и от «медика».

— Айзек, — снова подал голос озадаченный ремонтник. — Куда ты их отпустил? Они ели местные ягоды. Это опасно…

Айзек отмахнулся.

— Не беспокойся, атомщик. Это не первые ягоды, которые они съели. Курруи, конечно, не панацея, как считают Бронны, но и вреда от него никакого нет. Заходи, чего стоишь на пороге? Мы сейчас распределимся по отсекам…

Гедимин быстро скользнул взглядом по филкам в поисках видимых мутаций, ничего не нашёл и безнадёжно покачал головой. «Эксперименты, уран и торий! Очередные эксперименты. То-то они так бодро ели эту дрянь… Надеюсь, мне ещё ничего не подсунули?» — он с подозрением покосился на флягу с Би-плазмой. Ничего постороннего в ней не плавало