Фантастика 2026-171 - Игорь Валерьевич Минаков

— Эрл, — подобрался ко мне один из сержантов, — а нельзя ли это противопоносное сделать ещё и не таким противным.

— Самвел, верно? — уточнил я, — Можно было бы, если бы целителем с самого начала меня поставили, ну или кого толкового, а не этого… А сейчас сунулся, там половины нужных запасов просто нет, зато если рожу захочешь посмазливей, этого добра навалом. Вот и приходится делать из того, что под рукой есть. Скажите спасибо Мирко, если бы не его помощь, ещё гаже было бы, и сильно.

— Ещё гаже? — с ужасом переспросил Самвел, — не… мы ему на берегу… В смысле, когда вернёмся, всем экипажем проставимся. И тебе конечно.

— Ну-ну… — усмехнулся я, зная цену таким обещаниям, — Капралы и сержанты — проследить, что пойло все выпили! А то кто-то не захочет, опять начнёт в штаны гадить, не добегая до палубы. У вас и без того духан такой, что глаза слезятся. Сперва уголь — успокоить кишки, а потом и вот… это, вылечить по нормальному.

— И потом всё? — оживился капрал Лойба, — не пить?

— Ха! Не пить! — саркастически воскликнул я, — Пить ещё дня три вам это, да и потом — как у кого в отделении брюхо засвербит, так ко мне гнать. Не ждать, пока в штаны начнёт валять.

Выхожу из кубриков с нескрываемым облегчением, без головного пузыря тяжеловато. Пусть даже как эльф я могу фильтровать запахи, но в кубриках такой «букет»… Но зато могу быть уверенным — в солдатских кубриках самогонного аппарата нет.

Осталось проверить только моряков, причём не всех. Под подозрением артиллеристы и плотники.

— Корабли! — раздался крик из «Вороньего гнезда» на мачте, — флот на горизонте! Чужой!

Началась беготня, которая со стороны могла показаться панической. На самом же деле экипаж спешил занять свои места согласно боевому расписанию, подготовить судно к отражению вероятной агрессии. А что она будет, мало кто сомневался…

Глава 24

В нескольких милях к северу виднеются десятки судов, идентифицировать которые лично мне затруднительно. Наши галеоны начали выстраиваться в боевой порядок, подняв на мачтах сигналы с просьбой представиться.

— Что там? — спрашиваю у Наббса, который во время боя и перед ним считается «балластом», которому разрешено разве что наблюдать за происходящим.

— Смерть, — коротко отвечает штурман, перекусывая ненароком мундштук трубки. В глазах тоска… Впрочем, понятно: наш галеон — крайний в оборонительном порядке, да ещё и со стороны противника.Если я и Васька можем в крайнем случае перемахнуть на соседний галеон, хотя бы теоретически, то Наббсу это никак не грозит.

Задумываюсь ненадолго и бегу к одному из младших офицеров. Достаточно мудаковатый человек, но карьерист и близок к капитану. В буквальном смысле близок…

— Эвакуировать штурманов и всяческих алхимиков в середину построения? — Мичман прикусывает губу, — дельно. В бою от них толку всё равно нет, а вот после…

Мичман удаляется, не прощаясь, какие там слова благодарности⁉ Но как бы то ни было, дело сделано и представители мирных специальностей эвакуируются. В глазах Наббса нескрываемое облегчение. Он не трус, но в боевом расписании у него нет роли, а сидеть и ждать, когда вокруг идёт бой… Хуже не придумаешь, сам себя накрутишь.

Ан нет, возвращают. Зачем, почему… Зная нашего капитана «Это может быть расценено как пораженчество». Мудак он тот ещё… и карьерист, как почти все аристократы. А вернее даже — воспитан он так, что разумные для него — не личности, а пешки.

На вражеских судах подняли сигналы «Спустить флаги», насколько я понимаю, это предложение капитуляции. С капитанского мостика донеслось что-то матерное, но с флагмана начали отвечать вполне вежливо.

— Время тянут, — пояснил мне мимоходом, схваченный за рукав пожилой матрос, — приготовиться нам надо получше.

В самом деле, перестроение галеонов всё ещё продолжалось, с парусными судами дело это не быстрое. Но противник, который так и не поднимает опознавательных флагов, времени на маневры давать не желает. Вражеский флот разделился на две части и потянулся тонкой ниткой вокруг нашего, замыкая в кольцо.

— Не понимаю, — бормочу слух, — зачем? Как они будут ветер ловить таким вот образом? Накопители в судовых установках или договор с местными обитателями океана?

Но мои размышления быстро закончились — по штатному расписанию я был у абордажников, и это расписание никто не отменял. А вот по новому, утверждённому капитаном, я выполнял обязанности целителя…

— Иди как хочешь договаривайся с капитаном или помощником, не хочу после боя повиснуть на рее, даже если выживу, — раздражёно бросаю главному абордажнику.

Коротко объяснив недоумевающему командиру, что я «завис» между ведомствами, демонстративно отвернулся. Этот недосмотр — большой ляп со стороны Рэйли, ибо получается, что как бы я не поступил — нарушаю приказ капитана, причём преступно, во время боя. За это полагается одно наказание — виселица… То, что это наворочал сам капитан, никого не волнует, власть «Первого после Бога» на корабле не оспаривается, выполняются даже заведомо абсурдные приказы.

Рэйли взрыкнул и полетел на мостик. Не совсем вовремя, и от капитана ему крепко достанется.

— Сперва по целительской части подготовь, потом к нам, — пряча виновато глаза, объявил командир через несколько минут, — а ежели бой затянется, то снова как Целитель.

Скрип моих зубов был наверное слышен на капитанском мостике. Формально капитан имел право отдать и не такой приказ, но получалось… хреново получалось. Как бы не повернулось дело, обвинить меня в невыполнении приказа — «на раз».

— Лучше тогда, если «Дева» вообще затонет во время боя, вместе с капитаном, — негромко пробормотал Васька, щуря глаза, — ну или по крайней мере — капитан со старшим помощником не выживут.

Киваю согласно, выхода у нас нет. Не знаю, за что нас невзлюбило начальство… Хотя скорее всего, они ведут свои интриги, отдельно от Патрокла. Или «помилуют» потом, навесив долги и магические Клятвы? Не важно, мне это как-то…

Симпатии к Рэйли как-то разом пропали, судя по всему, я так и остался для него «ельфом пакостным, пусть и зело полезным». Но полезность и вроде как намечающаяся дружба разом была перечёркнута распоряжением капитана. Так «сливать» подчинённых… Впрочем, чего ещё ждать от выходца из англосаксонского Анклава?

Повинуясь распоряжением, спешу в лазарет, где уже суетиться Игнац. Целитель бросил на