Обратный отсчет - Токацин

— Туман, — вздохнул он, кивнув на дальние холмы. Все низины затянуло дымкой. В свете жёлтых фонарей блестело дно «ободранной» долины — туман отсюда ушёл, оставив капли конденсата.

— У филков бельё не сохнет, — пробормотал Гедимин, глядя на сверкающие змеиные тела, кольцами свернувшиеся на дне долины. В этот раз Текк’ты выползали осторожно — защитный купол над подъёмником остался нетронутым, и Бронны у мастерской кипятили отвар и караулили котёл, ни за что не хватаясь и не дёргаясь.

— Ага, сыро и холодно, — кивнул Вепуат, стряхивая конденсат с чешуй скафандра. — Погода нелётная. Даже Сокол отказался выходить. Где-то надо их вылетать и при этом не поморозить…

Текк’т подтолкнул рылом горку валунов и негромко что-то прогудел. Вепуат оглянулся на Гедимина.

— Так куда их сегодня послать? Там, внизу, всё докопано?

— Один из трёх корпусов, — поправил его Гедимин, глядя на экран сигма-сканера. — А так — там ещё копать и копать. Скажи им расчищать ходы вон к тому склону, а когда закончат — расширять полость за ними. Один пусть останется наверху и месит камень.

Массивная крышка шахты от лёгкого тычка съехала по направляющим и остановилась, едва с них не соскользнув. Единственный змей, оставшийся на поверхности, сгрёб все валуны в кучу, оттащил их подальше от разобранного подъёмника, смял в огромный ком, небрежно поделил его надвое и свернулся над ошмётками камня в огромный клубок. «Сорок пять метров длины,» — отметил про себя Гедимин. «В последнее время на замеску становятся самые крупные. Кто помельче — копает.»

Глубоко под поверхностью протянулись цепочки вмурованных в камень вешек — намеченные под землёй туннели-переходы. На экране сканера было видно, как Текк’ты наматываются на них спиралями и выдирают из массива каменные комья. Бесформенные валуны вылетали в пещеру главного корпуса и откатывались на середину.

— Как у них всё быстро, — пробормотал Вепуат, заглянув из-под локтя Гедимина в экран. — Скоро накидают на подъём. Пойду за филком. И ты иди — пока смонтируешь…

Гедимин качнул головой.

— Сегодня подъёмник не нужен. Пусть камни лежат внизу. Там их и будут перерабатывать…

Он посмотрел на полость, чётко просматривающуюся на экране, и очертил участки у стен, отдалённых от ещё не расчищенных ходов.

— И готовые плиты надо будет спустить. Завтра, наверное. Когда расчистят ходы, и освободится место. Вот тогда пригодится подъёмник.

…Гедимину хотелось спуститься в главный корпус, обойти его, потрогать стенки. Он был расчищен только начерно — чистовую отделку сармат оставил на самый конец работ: постоянно проползающие Текк’ты и пролетающие валуны разбили бы разглаженные стенки в крошево. И всё-таки сармату хотелось спуститься — удерживало только присутствие Вепуата. Пока сармат стоял у штабеля тектоновых заготовок и в очередной раз осматривал и простукивал их торцы. Заготовки за месяц припорошило пылью и мелким гравием, но сами они не трескались и не покрывались выбоинами — и расплавленный металл, и несколько видов щелочей и кислот стекли по ним, не причинив вреда. Сармат вынул из щели между плитами комок застывшего расплава, не без труда смял его и сунул в карман.

— Спускать будем по одной, на тросах, — он тронул ладонью верхнюю заготовку. Текк’т, чуть в отдалении лепящий новые плиты, повернул голову к сармату и прислушался. Вепуат коротко что-то прогудел, и существо, помедлив пару секунд, вернулось к работе.

— Близко встали, — сказал разведчик, отступая на два шага вдоль штабеля. — Он нас боится задеть.

Гедимин, морщась от боли во внезапно занывших рёбрах, отошёл к самым дальним плитам.

— Двух Текк’тов придётся привлечь, — заговорил он снова, когда старые шрамы успокоились. — Одного — на обвязку, одного — на укладку. Слишком большой вес… а подъёмник у нас — стационарный. Стрела не дотянется…

— Да я вообще опасаюсь за трос, — покачал головой Вепуат, делая вид, что приподнимает верхнюю плиту. — Они все за тонну весом. Одно дело — тебе один раз спуститься, другое — перетаскать вот это всё.

— Значит, нужен новый трос, — не стал спорить Гедимин — он и так думал, хватит ли того, что есть, на обвязку. — До завтра привезут…

Над холмом взорвалась белая вспышка, и тут же наверху пронзительно заверещали десятки глоток, и кто-то загрохотал железкой о железку. «Поддоны⁈» — то, чем грохотали, Гедимин опознал с полузвука. «М-мать моя пробирка!»

…Те, кто подговорил филка греметь поддонами, рассчитали всё до секунды — когда сармат, сильно обогнав Вепуата, взлетел на холм и добрался до источника шума, филк, всё бросив, нырнул за спину Айзека, а оттуда — за шатры. На Гедимина смотрели, сложив руки на груди, Айзек и Гварза, а вместе с ними — двое стражей и растянувшийся на земле Мальгес.

— Heta! Никого не убивать! — Айзек шагнул к Гедимину, показывая пустые ладони. — О, Вепуат тоже тут… Все в сборе.

Руниен, вытащив из гравия застрявший посох, слегка наклонил голову.

— Любишь ты играть с огнём, Айсиек, — заметил он, с опаской глядя на озадаченного Гедимина. — Дим-мин стремителен, как лавина. Тот несчастный, за шатром, — его не покарают смертью?

Гедимин мигнул, наклонился за брошенными поддонами, — прочный металл выдержал варварское обращение, на гладкой поверхности не осталось ни царапины. Внимательно осмотрев вещи, сармат выпрямился и смерил Айзека недобрым взглядом.

— Это ты так меня звал? Ничего умнее не придумал?

Айзек развёл руками.

— На крики и свет ты не отзывался. Вепуат! Ты-то что не толкнул его в бок⁈

Вепуат раздосадованно дёрнул плечом.

— Мы работали. Не до пустяков. А что вам надо, я до сих пор не знаю.

Гварза фыркнул в респиратор.

— Заразился от Кета, — сказал он, ни к кому не обращаясь. — Следовало ожидать.

Айзек недовольно посмотрел на него.

— Мы через полчаса уходим в Сердце Пламени. Гедимин, останови своё колесо — уборщики боятся подходить к шатру. Вепуат, собирай всех «трилобитов» — Кайшу хочет их видеть.

Гедимин еле слышно фыркнул — получилось одновременно с Вепуатом.

— Это ипроновое колесо, оно не взорвётся.

— За полчаса ты местным этого не докажешь, — отозвался Айзек. — Тески, давайте поживее. Нас ждут.

Гедимин выбрался на окраину первым — и как раз успел увидеть, как Бронны привязывают тяглового зверя к наспинным шипам Мальгеса длинными верёвками с накидными петлями. Оба существа никак на это