Обратный отсчет - Токацин

не реагировали. Когда тросы были закреплены, Руниен шагнул на спину зверя, потыкал в панцирь посохом — существо встало, сделало два шага вдоль лежащего Мальгеса и снова слилось с гравием.

— Дасьен, Альгот, идите сюда, — поторопил мелких сарматов Айзек. — Руниен…

Страж склонил голову и приветственно помахал посохом.

— Садитесь сюда! — он указал на плоский панцирь. — И не касайтесь земли, пока не услышите рёв Мальгеса!

— Глаза держать закрытыми, — хмуро дополнил Кенен Гварза, глядя, как филки с опаской забираются на панцирь и садятся, украдкой нащупывая края. — Иначе будет худо… Кет, ты идёшь с другой стороны.

Гедимин, засмотревшийся на животное и его седоков, и не собирался устраиваться рядом, но на фразу Кенена сердито фыркнул.

— Руниен, прикрой безоружных спереди, — Айзек огляделся по сторонам и, увидев Вепуата с «трилобитами», облегчённо вздохнул. — Гварза пойдёт за вами. Вепуат, Гедимин, вы — с этой стороны, а я — впереди. Правила безопасности все помнят?

Вепуат подтянул свисающую шлейку и досадливо поморщился.

— Поморозим всех зверей с этими прогулками. На кой они Кайшу⁈ Она, тыщу лет тут живя, «трилобитов» не видела?

Все три зверя сидели на его броне, втянув крылья и хоботки, и старались не шевелиться — даже при виде филков только их хвосты слабо дрогнули.

— В защитное поле их? — вполголоса предложил Гедимин. — Или из скафандра обдув можно вывести…

Гварза ударил ладонью о ладонь, и металлический грохот прервал все разговоры. Мальгес медленно поднялся с земли и встряхнулся всем телом. Его яркая шерсть местами слиплась от росы. Он ударил лапой по гравию и взревел, глядя куда-то за холмы. Когда эхо его рёва затихло, Айзек — а за ним и все сарматы — вцепились в спинные шипы Мальгеса, и Гедимин закрыл глаза. «Восемь световых часов мы пройдём за тридцать минут. Существо работает — лучше не мешать!»

…Он открыл глаза снова на спиральной улице древнего города, под удивлённое попискивание сбежавшихся аборигенов. Скогны со дня последнего захода в их поселение успели найти обувь, надеть шапки и вообще утеплиться, но всё так же сидели по мастерским на улице — и тыкали когтями в сторону «трилобитов», будто впервые этих животных увидели. Вепуат с каменным лицом подтягивал шлейки — кто-то из зверей в пути забеспокоился и пытался сорваться с привязи, но теперь угомонился и снова прижался к чёрной броне. Филки, встряхиваясь и растерянно хмыкая, спустились на твёрдую землю. Руниен отцепил петли от шипов Мальгеса и смотал тросы.

— Зачем мы это с собой взяли? — тихо спросил Гедимин у оказавшегося рядом Айзека. — Филки пешком не дошли бы? Таркасан вроде добирался…

— Это для груза, — прошептал Айзек. — Обратно много везти. Кое-что и для тебя…

— Ну что, идём? — громко спросил Гварза. Он стоял во главе процессии, обогнав даже Руниена, и сам страж косился на него недовольно. Филки, оглядевшись по сторонам, что-то пробормотали и шмыгнули за спину Айзека. Гедимин встал рядом. «Им тут не по себе. Да и мне тоже.»

Туман добрался и сюда — и почему-то не развеивался, белесой дымкой окутывая шпили над Куэннскими бараками и центральным строением. Белое вещество, соприкасаясь с ним, покрывалось зеленоватыми искрами. Гедимин покосился на дозиметр — вокруг плавно пульсировало сигма-излучение, и стрелка уверенно указывала на центр гигантской спирали. «Пламя фонит. Раньше такого вроде не было.»

…В полутёмной комнате Вепуат забрался в дальний угол и утащил с собой кресло-подушку. Там он и сидел, успокаивающе поглаживая «трилобитов», и всё равно из полумрака только и слышались щелчки спинных пластин. Старейшина Кайри и ещё двое Броннов с выцветшими, как и у него, волосами даже встали в креслах, чтобы лучше разглядеть всех зверей. Вепуат угрюмо щурился и пару раз оглянулся на Гедимина — как тому показалось, с мольбой.

— Три нергонских зверя! — Кайри еле слышно пощёлкал когтями; из угла ему ответили треском наспинных щитков. — И ты носишь их каждый день на себе… Чудны дела богов! И что, они подчиняются твоему слову? Прилетают к тебе, когда позовёшь?

— Угу, — буркнул Вепуат, придерживая «трилобита» за шлейку.

— И мне на руку они сядут по твоему слову? — не отставал Кайри. Он придвинулся ближе, и Гедимин увидел, как «трилобиты» поднимают спинные щитки и елозят по броне, будто примеряясь для прыжка.

— Тише там, — недовольно сощурился он. — Отодвинься, а то цапнут. Они Броннов не любят.

Айзек укоризненно покосился на него и сам встал из кресла.

— Правда, старейшина Кайри, не надо их дразнить. Твои сородичи кидаются на них с копьями. Они хорошо помнят ваш запах.

— И мы это знаем, — отозвался Бронн, нехотя возвращаясь на место. — Но я хотел бы увидеть, как эти звери подчиняются чужаку без нергонской крови. Если Вепу-а согласится…

— Нет, — буркнул, не дослушав, Вепуат и прикрыл животных бронированной рукой. — Ничего хорошего не выйдет.

— Старейшины могут и отойти, — сказал Айзек, подходя к нему. — Животные не будут на них отвлекаться. Можете с Гедимином показать, как «трилобит» прыгает с руки на руку? Или без корма они работать не будут?

Вепуат поморщился и очень неохотно поднялся из кресла.

— Чего вам неймётся?.. Ладно. Отгони всех к двери. Гедимин, поможешь?

Никакой еды у сармата с собой не было — и он, встав у дальней стены, с сомнением смотрел, как Вепуат распутывает шлейки. Освобождённый «трилобит» зашевелился, вытягивая крылья, и перебрался с плеча на предплечье.

— Чужак, — вполголоса пояснил Вепуат, глядя Гедимину в глаза. — Руку чуть выше. Ага… Tza!

То ли этот возглас, то ли громкий щелчок языком — но что-то заставило «трилобита» сорваться с места. Долю секунды спустя он сидел на предплечье Гедимина, расправив все крылья и приподняв голову.

— Tza! — ремонтник подбросил его под грудной сегмент. Чужак выписал над головой Вепуата полукруг и сел на подставленную ладонь. Сармат перехватил его понадёжнее и усадил на плечо.

— Heta, heta…

— Да-а, чудны дела богов, — пробормотал у двери кто-то из старейшин. — Видели бы нергоны, как их звери подчинились иноземцам…

— Они видели, — ровным голосом проговорил Айзек. — Старейшина Кайри, мы тут не слишком засиделись?

Кайри склонил голову, приложив обе ладони к груди, и быстро отступил в коридор.

— Хранящее и хранимое сердце ждёт вас.

…Оба филка, синхронно вскинув головы