Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

Подул ветер, в кронах деревьев зашумели листья. Дух разлегся на земле и прислушивался к окрестным звукам. Осу вытащил из свертков продукты, взял в ладони две горсти риса и всыпал их в котелок.

– Теперь подождем моего сына. Он нескоро вернется. Захочет поймать рыбу в ручье для нас. Произвести впечатление.

– Наверное, каждый мальчик хочет произвести впечатление на отца, – отозвался Кентаро. – Помню, когда я был маленьким, всё хотел произвести впечатление на своего учителя, Седого Пса.

– Удалось?

– Нет. Ни разу.

Они засмеялись.

– Акинобу приходится хуже, чем тебе. Сейчас ему хочется поразить и отца, и нового брата.

Это в два раза сложнее. – Осу снова захохотал.

Кентаро не ответил.

– Дух… если я тебя обидел… прости!

– Не в этом дело! Тише… отец!

Они прислушались.

Дух чувствовал ритмичные сотрясения почвы. Его нечеловечески обостренные чувства ловили такое, чего не смог бы почувствовать ни один обычный человек. Он вскочил на ноги, когда в отдалении расслышал взмахи крыльев.

– Птицы, – прошипел он в сердцах, – птицы слетели с веток. Что-то их напугало.

– Наверняка Акинобу! Он любит гонять птиц.

– Акинобу побежал на восток. А птицы всполошились на севере.

– Боги…

Осу неловко повел руками.

– Помоги мне встать, подай костыль. Слышишь что-то еще?

– Да, стук копыт. И чувствую дрожь почвы. Всадники. Двое.

– Прячься за повозку, изобрази, что чем-то занят. Они не должны увидеть твоего лица! Не исключено, что это люди Нобунаги.

– Они ведь думают, что я мертв.

– И что с того? Как только увидят твое лицо, сразу тебя узнают. Все в крепости видели Духа! Размажь по лицу грязь, быстро! Ты мой сын, помнишь? Крестьянский сын…

– Помню…

И действительно, всадники вскоре появились. Они не гнали своих лошадей, а понемногу подъезжали к месту привала по разбитой дороге.

Самураи. В полных черно-золотых доспехах. Их лица закрывали грозно выглядящие маски, шлемы украшали богатые навершия. На поясах красовались наилучшего качества комплекты дайсё – катаны и вакидзаси. И кони их тоже были отборными – сильные звери, укрытые попонами. Черные налобники на головах коней были выполнены так, чтоб напоминать страшные морды демонов.

Воины быстро заметили маленький лагерь у дороги, подстегнули своих коней и направились к нему. Осу, опираясь на самодельный костыль, вышел им навстречу и склонился в смиренном поклоне.

– Да благословят вас небеса, добрые воины! – воскликнул он. – Рады встретиться с вами в пути.

В ответ из-под масок блеснули грозные взгляды.

– Откуда идете, смерд? Почему не работаете на полях вашего господина?

Осу изобразил смущение.

– Наши господа убиты мангутами! – ответил он. – Мы идем с юга, искали приют в Воротах Сна, но и туда уже успели захватчики.

Самураи переглянулись. Отец знал, что делает, лучший способ обмана – это смесь правды и лжи в нужной пропорции. Если все будет хорошо, то, как знать, может быть, самураи еще и проводят их на земли Нобунаги, как новых подданных господина Хироши?

Но тем не менее Кентаро сохранял бдительность. Присев за повозкой, он изображал, что чинит колесо. При этом меч, размещенный среди поклажи и незаметный для воинов, все время оставался в досягаемости его руки. Одно быстрое движение, и рукоять оружия будет в его руках.

– Да, Ворота Сна подверглись нападению, – сказал наконец один из всадников, поддержав ложь Осу. – Мангуты. Страшная резня.

– Вы были там, господа?

– Да, мы сражались с ними, – солгал и второй.

Кентаро стиснул зубы.

– Эй, ты! – окликнул его один из самураев.

– Это мой сын, Ахиро. Он немой.

– Немой? А заодно и глухой, что ли? Эй, ты, выйди из-за повозки!

– Он чинит колесо… давайте не будем ему мешать…

– Выходи, говорю!

Дух медленно поднялся над бортом двуколки. Он успел по совету Осу втереть немного пыли в лицо, чтобы замаскировать его черты.

– Ты немой?

Он утвердительно кивнул, изо всех сил изображая робость.

– Чинишь повозку?

Еще один кивок.

Самурай внимательно присмотрелся к нему.

Он был значительно выше Кентаро, Духу пришлось бы схватить рукоять меча, оттолкнуться, подскочить к нему и лишь тогда ударить. И потом разбираться со вторым, пока тот не успел стоптать его конем или зарубить своей катаной.

Внимательные глаза самурая. Комплект дайсё на поясе. Ладони Кентаро – на виду, но все еще близко к невидимому для всадника оружию.

– Молодой и сильный, – резюмировал воин. – Когда доберетесь до Кедо, тебе нужно будет обратиться к армейскому вербовщику, парень. Немой ты или нет, клану Нобунага нужны солдаты. Кто знает? Может быть, однажды ты в составе армии вернешься на ваши земли и своим копьем-яри прогонишь мангутов!

Дух энергично закивал, улыбнулся.

– Видите, господа, как судьба помогает…

Зашелестели кусты. Акинобу выскочил из их гущи, сжимая в одной руке мех с водой, а в другой две рыбины.

– Папа, брат, смотрите, что я…

Смолк, увидев всадников.

Самураи уже было опустили руки на рукояти мечей, но расслабились, увидев, что из зарослей выскакивает не чудовище, а всего лишь ребенок.

– Второй сын? – спросил один из воинов.

– Да, Акинобу.

Самурай подъехал к ребенку.

– Вкусные у тебя рыбы, – сказал он, – для отца и брата… а что ж не для бабушки?

– Бабушка не ест рыбу, – испуганно пояснил мальчик. – Кости… боится проглотить и подавиться.

– Мудрый мальчик. Заботится о семье. Любишь свою семью… Акинобу?

– Д-да, господин.

– Отца?

– Да, отца люблю…

– И брата тоже?

Акинобу посмотрел на Духа. Потом перевел взгляд на отца. Но за Осу все время наблюдал второй самурай. Никакого сигнала, никакого знака подать мальчику было нельзя.

– Да, люблю… брата.

– А как зовут твоего брата, мальчик? Он немой, и сказать нам не может.

– Немой?

Что-то блеснуло в глазах самурая.

– Так как же зовут твоего брата? – повторил он вопрос. – Как зовут твоего брата, мальчик?

Акинобу затравленно посмотрел на отца, потом на Духа, нервно сжал рыбу и мех с водой.

Кентаро не мог больше ждать.

Схватил оружие, сталь запела, покидая ножны. Дух вскочил на повозку, оттолкнулся от дна. Удар!

Конь жалобно заржал, когда сталь рассекла его толстую шею. Кровь ударила густым потоком крупных темных капель, а Кентаро схватился за упряжь оседающего коня, подтянулся вровень к самураю и ударил снова – быстро, так быстро, что противник не успел даже положить руку на собственный меч.

И конь, и его наездник умерли, еще не успев упасть на землю.

Второй самурай оттолкнул Акинобу, что-то невнятно выкрикнул и погнал коня в лес. На коне он был слишком быстрым, чтобы Дух мог его догнать. Уйдет, вызовет подмогу!

Кентаро не мог этого допустить.

Он схватил оружие мертвого врага, вырвал катану из ножен, развернул и метнул как дротик. Клинок блеснул в полете, а потом вонзился в спину всадника – не слишком глубоко, но достаточно болезненно, чтобы выбить его из седла.

Конь помчался дальше, когда самурай свалился с его спины. Воин поднялся, присел на корточки, выдернул из ножен свое оружие. Бешено закричал, увидев мчащегося к нему Кентаро.

– Подонок!

Свистнула сталь. Первым ударом Дух отрубил ладонь самурая, сжимающую оружие, быстрый перехват, еще удар.

Отрубленная голова самурая покатилась прочь от тела.

Настала