Погоня за судьбой - Ди

Будто гонимые грозовым фронтом, издалека в мою сторону стремительно неслись два чёрных пятна, по мере приближения приобретавших хищные очертания мирметер. В этот раз, будучи в большинстве, они вполне могли напасть. Я напряглась, адреналин хлынул в кровь. Летающие хищники близились, и через несколько секунд одна из тварей, пролетев мимо меня, принялась кружить вокруг.

Места для манёвра у меня здесь просто нет…

Вторая стрекоза-переросток покрупнее распахнула жвалы и сразу же ринулась в атаку. Я выстрелила рукой вперёд, существо с размаху впечаталось жвалами в сжатый кулак мехапротеза, и ударом другой руки наотмашь я отбросила животное в сторону. Из запястья выскочил бластер, короткая очередь вспорола воздух. Всё мимо — сгустки энергии растворились в ветреном желтеющем небе, но теперь обе твари несколько поостыли и кружили вокруг меня, выжидая удобный момент для нападения.

«Пора сваливать — и чем быстрее, тем лучше!»

Я аккуратно отошла к краю площадки и припала на колено, одной рукой пытаясь наощупь прицепить карабин к тросу, а другой — удержать на прицеле бластера жужжащую сверху парочку, к которой теперь присоединилась ещё одна особь. Наконец мне удалось прицепить сбрую к канату, и когда мирметеры синхронно ринулись в атаку, я оттолкнулась обеими ногами от края и сиганула в пропасть.

Верёвка натянулась, я со свистом летела вниз, а за мной следом, догоняя, неслось гигантское насекомое. Время, казалось, замедлило свой ход. Поравнявшись со мной, тварь вильнула, сделала выпад — и в этот момент резким движением мне удалось ухватить её за краешек крыла. Что было сил я сжала хватку, а мирметера, отчаянно забившись, потеряла равновесие и уже падала вместе со мной прямо на вездеход.

Щелчок стопора — я с жужжанием троса врезаюсь в пыльный бок машины и кувырком лечу в пыль, а существо, трепыхаясь, падает на землю возле высокого колеса. Перевернувшись на лапы и припав на брюшко, оно подёргивало неестественно вывернутой и замятой левой парой крыльев.

Я вытянула руку, и предплечье выплюнуло сгусток плазмы прямо в глазастую морду муравьиной пантеры. Тварь пискнула, скорчилась и забилась в судорогах. Совершенно дико и неуместно пахнуло жареной курятиной.

Небо тем временем темнело — грозовой фронт уже выглядывал из-за горы и готовился накрыть собой всё. Обогнув вездеход, я что было сил рванула по гуляющему и стонущему мосту и завидела Василия, стоящего на той стороне с автоматом наперевес. Прыжок, ещё один, и ещё… Мост ходил ходуном, расстояние между нами сокращалось, а начальник охраны вскинул оружие и дал длинную очередь поверх моей головы.

— Пригнись! — хрипло рявкнул он. — Они прямо за тобой!

Позади я слышала приближающийся стрёкот, но оборачиваться было нельзя, поэтому я вложила в последние метры все силы, всю энергию, которой ещё располагала. Над головой свистели пули, до ворот оставалось каких-то метров пять, и вдруг я почувствовала пронзающую боль прямо посередине спины. Колючие лапы нагнали мою поясницу, а в плечо, словно лезвие ножа, впились острые жвалы.

В глазах потемнело, последним рывком я долетела до ворот и с размаху впечаталась в створку, срывая с себя прицепившуюся тварь. Василий зажал гашетку, и его автомат с треском нашпиговал свинцом взлетавшую после падения мирметеру. Зарычав от напряжения, офицер навалился на створ ворот и с лязгом захлопнул их.

Через несколько секунд, оказавшись в предбаннике, я рухнула на пол. Тело, сжавшись в комок, отказывалось расслабляться, а жгучая боль в плече пульсировала в такт бешеному стуку сердца. Василий возник рядом.

— Ты какого хера там делала одна и без оружия?! — оглушительно заорал он мне на ухо. — Мы и так тут на волоске висим!

— Надо было… — Я шипела и извивалась на полу, не зная, куда себя деть, пока майку пропитывала свежая кровь. — Надо было проверить!

— Ну что, проверила, дубина стоеросовая?! Ещё чуть-чуть, и тебя бы там порвали на куски!

В сердцах пнув ногой стену, он с грохотом швырнул автомат на пол и быстрым шагом скрылся в глубине станции. Вскоре появился Шен с медицинской сумкой наперевес, опустился рядом и принялся судорожно копошиться в её содержимом.

— Какое безрассудство, — с досадой в голосе бормотал Сяодан. — Так, антисептик… Бинты… Почему же вы никого не позвали? В одиночку наружу выходить слишком опасно…

Снаружи доносился перестук мелкого щебня по металлу — пыльная буря наконец накрыла комплекс. Сбоку появилась Софи — и, увидев кровь, замерла. Лицо её побелело.

— Опять, — выдохнула она. — Опять…

Я не сразу поняла, о чём она — но осознание пришло. «Опять», — эхом колотилось в мозгу. — «Опять кто-то сдохнет у неё на глазах…»

— Боже мой, Лиза, как же ты так? — Голос её дрожал. — Сколько крови… Шен, да делайте же что-нибудь? Надо здесь прижать…

Почувствовав обжигающее прикосновение, я зажмурилась и закричала. Боль была нестерпимой — лёжа на боку, деликатно придавленная Шеном, я старалась сжаться в точку и схлопнуться в пространстве.

— Молитесь о том, чтобы у укусившего вас экземпляра пазуха была в целости, — бормотал Сяодан где-то на грани слуха.

Молитвы здесь не помогут. Я совершила роковую оплошность, и в воображении моём уже восставала инфернальная картина того, как медленно, но верно я превращаюсь в безумный и агрессивный, яростно рычащий труп.

«Дура, чёртова дура! Теперь ты медленно и мучительно подохнешь, и в этом только твоя вина!»

Повторяя про себя эту мантру и захлёбываясь болью, я погружалась в исступлённую синкопу…

* * *

Алая пелена спала с моего сознания, и я обнаружила себя лежащей на собственной кровати, перебинтованная свежими белоснежными повязками. Над головой, за тонким слоем металлокерамики яростно хороводил ураган, потряхивая помещение. Софи сидела рядом. Я пошевелилась, и плечо отозвалось острой резью.

— Сколько времени? — поморщившись, спросила я.

— Уже вечер, почти восемь, — негромко ответила Софи.

— Что же ты меня не разбудила-то?! Мне нужно к Рамону!

— Да ты с ума сошла, что ли? — воскликнула Софи и всплеснула руками. — Лежи и отдыхай, нечего расхаживать с такими ранами!

— Я нужна ему! — исступлённо прорычала я, усаживаясь на кровати. — Либо ты мне поможешь, либо я сама…

С этими словами я свесила ноги с постели и стала подниматься. Софи, тяжело вздохнув, помогла встать, накинула мне на плечи куртку и бережно вывела меня в коридор. Спустившись вниз, мы обнаружили в пустой столовой Василия. Он полусидел в углу, прислонившись к стене, и сжимал в руках бутылку. Завидев меня, крикнул пьяным голосом:

— Ты куда, дурёха? Тебе нужен постельный режим!

— В задницу себе засунь постельный режим! — огрызнулась