Фантастика 2026-96 - Макс Вальтер

Я подхватил сушилку, которая и в самом деле была почти новой. В целом ничего выдающегося в ней не было, и просить за неё полтинник — это вопиющая наглость. Она представляла из себя четыре кольца разного диаметра с перфорацией по бокам, чтобы продукты проветривались при сушке, и небольшими прорезями на торце, в которые укладывались эдакие спицы, на которые насаживались продукты. Такую хрень многие изготавливали сами, как раз используя для этого вёдра. Сомневаюсь, что заводское исполнение каким-то волшебным образом превзойдёт самоделку. А купил я её просто для того, чтобы не тратить время на поделку, тем более что она обошлась бы мне примерно в такую же цену. Ведро за десятку — и столько же в мастерской, на переделку.

Ага, а вот и скорняк, уже кожаные поделки на прилавок выкладывает. Ведёт себя уверенно, сыто, значит, не бедствует.

Я подошёл к прилавку и принялся рассматривать товары: различные ножны, ремни, несколько вариантов кобуры под пистолеты, в том числе и наплечные. Подсумки на кнопочных замках и другие полезности из кожи и не только.

— Здорова, — поприветствовал мастера я.

— И тебе не хворать, — прогудел мужик квадратного телосложения с огромными ручищами. — Интересует что?

— Да я скорее по вопросам сбыта, — усмехнулся я и скинул рюкзак. Извлёк из него простыню, в которую были завёрнуты сердца, и положил их на прилавок. — Почём возьмёшь?

— Полтора веса, — обрадовал меня он. — Сейчас на них сильно цена подскочила, и это ещё не предел.

— А с чем связано?

— А ты будто не знаешь? — хмыкнул он и зачем-то понюхал свёрток. — Подожди, сейчас весы принесу.

— Я в самом деле не в курсе, — бросил ему в спину я, на что он только отмахнулся, мол: потерпи, сейчас всё будет.

Некоторое время он копался в тележке с товаром, откуда извлёк электронные кухонные весы и калькулятор. Всё это он не спеша выставил на прилавке и принялся развязывать узелок с сердцами.

— Ну и? — с нажимом произнёс я. — Не расскажешь, что там в мире-то происходит?

— А ты, никак, с гор вчера спустился?

— Почти, — улыбнулся я. — По высоткам пришлось знатно полазать.

— Ясно всё. Сам-то откуда?

— С Кировской области, село Слободское.

— Это каким же ветром тебя к нам занесло?

— Попутным.

— В общем, дело такое, — поморщился скорняк. — Людоеды снова нам войну объявили, и на этот раз всё гораздо серьёзнее.

— Куда уж ещё-то?

— О-о-о, поверь, эти твари теперь совсем иначе подготовлены. Три года силы стягивали и вооружением запасались. На прошлой неделе чуть Костромскую крепость не взяли. А позавчера сразу на три города напали, да так жёстко, что там до сих пор людей хоронят. У меня запас из десяти сердец за час расхватали, по двойному тарифу. Так что вот такие дела, — вздохнул он и положил свёрток на весы.

— М-да, — задумчиво буркнул я. — А с чего вдруг такие движения?

— Этого я не знаю, — покачал головой он. — Говорят, они какого-то человека ищут.

— Не того ли Брака, случайно?

— Не, — уверенно отмахнулся он. — Там о ребёнке речь, точнее, почти подростке.

— Вот как? — приподнял брови я. — А ты откуда знаешь?

— У меня есть серьёзные покупатели, аж из самой девятки, понял?

— И что, они тебе прям так об этом и рассказали?

— Я за что купил, за то и продаю. — Скорняк посмотрел мне прямо в глаза. — А уж верить или нет — дело хозяйское. Тысяча семьсот тридцать выходит. На кило и сто пятьдесят четыре грамма твой товар.

— Хорошо, — кивнул я.

Скорняк подхватил сердца, поманил к себе какого-то пацана, сунул ему свёрток, и тот сразу же умчался. Всё правильно, день обещает быть жарким, и сердца лучше сразу пустить в обработку, чтобы не пропали. Единственное, что мне показалось странным, так это то, что он их даже не проверил и не посмотрел. Нет, понятно, что на солнце их никто вскрывать не станет, но вот так слепо довериться первому встречному?

— Не боишься, что я тебя обманул? — всё же решил проверить скорняка я.

— Слушай, твоя рожа на каждом столбе висит, — усмехнулся он. — Думаешь, я тебя не узнал?

— А при чём здесь это?

— При том, что на тебя людоеды охоту объявили, а значит, есть за что. А товар твой я по запаху сразу определил. От них, свежих, всегда в носу пощипывает.

— Не замечал, — хмыкнул я.

— В следующий раз проверишь. Кстати о том самом Браке, — хитро прищурился скорняк. — За твою башку уже полтора центнера обещают. Так что я бы на твоём месте вот так открыто рожу не светил.

— Полтора — это хорошо, — ощерился я. — Может, стоит дождаться, когда до двух сотен поднимут?

— Да тебя свои же быстрее грохнут.

— Факт, — согласился я и подхватил с прилавка мешочек с серебряными прутками, которые при мне отсчитал скорняк.

— Ну, будь здоров. Нам бы таких, как ты, побольше, глядишь, уже нормально жить бы начали.

— Сомневаюсь, — покачал головой я, убирая серебро в рюкзак. — Среди нас тоже выродков хватает.

— Это точно.

Я попрощался с разговорчивым торговцем и направился домой. По пути прикупил горячих пирожков у женщины, продающей их на выходе прямо из корзинки. Пока шёл, не удержался и втрепал один буквально за три укуса. И едва поборол с искушение сожрать остальные. До того они оказались вкусные.

В квартире царил полумрак, разгоняемый лишь керосиновой лампой. В печи потрескивали дрова, разгоняя влажную атмосферу. Стэп уже нарезал сердца на порционные куски, а вот Полины не было.

— А Поля где? — спросил я. Скинул рюкзак в угол и поставил на стол сушилку.

— Вёдра отнести пошла, — ответил приятель, рассматривая приобретение. — Фигасе, из нержавейки, советская ещё. У моей бабушки такая была.

— В то время такие у всех бабушек были, — добавил я и уселся в кресло. — А давно она ушла?

— Слушай, я за ней не слежу, — отмахнулся Стэп и взглянул на часы. — Минут пятнадцать примерно.

— Ясно, значит, в кабак пошла, — поморщился я. — Лишь бы без стука не ввалилась.