Последняя из рода Энтаров - Юлия Арниева

у ворот. Родовой замок высился черной громадой на фоне звездного неба. Луна, наполовину скрытая рваными облаками, бросала призрачный свет на разрушенные башни, превращая их в застывших каменных стражей. В провалах окон будто мелькали тени, а ветер, гулявший между стен, создавал звуки, похожие на шепот давно умерших голосов. Казалось, что сами стены наблюдают за мной, храня какую-то мрачную тайну.

С трудом оторвав взгляд от завораживающего зрелища, я торопливо двинулась к заброшенному дому на краю улицы. Его покосившийся силуэт темнел среди зарослей бурьяна, часть крыши провалилась, а в пустых глазницах окон гулял ночной ветер.

— Нарзул, — позвала я, и воздух тотчас сгустился, наполняясь запахом сырой земли и пепла. Метка на плече отозвалась жгучей болью, а серебристые линии вспыхнули тусклым светом, едва заметным в темноте заброшенного дома. Но прошла минута, вторая, и ничего не происходило. Только ветер шелестел в высокой траве, пригибая сухие стебли к земле, да где-то вдалеке тоскливо ухала сова.

— Разлом тебя побери! — прошипела я сквозь стиснутые зубы, чувствуя, как внутри поднимается волна гнева. А метка пульсировала все сильнее, с каждым ударом сердца разливая по телу обжигающий жар. — Демон гархалов! Быстро ко мне!

Последние слова прозвучали с неожиданной силой, заставив задрожать уцелевшие стекла в окнах заброшенного дома. Воздух сейчас же наполнился металлическим привкусом, а тени вокруг сгустились, превращаясь в вязкую черноту. И в следующий миг пространство исказилось, пошло рябью, а из мрака начали проступать темные силуэты…

Пять теней соткались из тьмы, медленно обретая плоть. Нарзул, возвышавшийся над остальными, выдвинулся чуть вперед. Его спутники, хоть и уступали ему в росте, внушали не меньший ужас. Их кожа переливалась оттенками от бордового до пепельно-серого, напоминая остывающие угли. Приплюснутые носы жадно втягивали воздух, а в оскаленных пастях поблескивали ряды острых, как иглы, зубов. Глаза-бусины тускло светились в темноте — одни кроваво-красные, другие мертвенно-серые…

Глава 18

— С друзьями пришел? — насмешливо проговорила я, пряча за бравадой липкий страх, что подло подступил к горлу, стоило мне увидеть мерзких тварей. Их тела, казавшиеся сотканными из тьмы и дыма, двигались с неестественной плавностью, а воздух вокруг них подергивался рябью, словно над раскаленными углями.

— Шшшш… низшие не друзья Нарзулу, — сердито прошипел демон, его приплюснутый нос дернулся, втягивая воздух, а черные глаза-бусины недобро блеснули в темноте. — Здесь нашел… прислуживать будут.

— Вот как, у вас есть разделение сословий, не знала, — зло хмыкнула я, чуть подавшись вперед, и метка на плече тотчас запульсировала в такт сердцебиению, разливая по телу волны жара. — Но узнала бы, не умри Торвин так внезапно… ты его убил?

— Зачем, он стар и немощ… — начал было Нарзул.

— Не лги! — оборвала я демона, чувствуя, как внутри поднимается волна обжигающей ярости. Обида и гнев затопили сознание, и я, выхватив меч с такой силой, что ножны жалобно звякнули, в одно мгновение оказалась рядом с Нарзулом и ткнув лезвие прямо ему в грудь, сквозь стиснутые зубы процедила. — Слишком быстро он умер, сразу, как заговорил о даре Энтаров. Слишком удобно, не так ли.

— Нет в том моей вины, — упрямо мотнул головой Нарзул, а его длинные когти царапнули пол, оставляя глубокие борозды.

— Значит, твои прислужники, — взревела я, резко разворачиваясь к демонам. Ярость, долго копившаяся внутри, прорвалась наконец подобно горному потоку. Рука сама взметнулась в неистовом выпаде, и тут случилось нечто невообразимое.

Лезвие верного клинка вдруг вспыхнуло золотым сиянием, похожим на застывшее пламя. По отполированной стали побежали искры, сплетаясь в причудливые узоры, напоминающие древние руны. Свечение становилось все ярче, пока не превратилось в ослепительные всполохи чистого золота. Они сорвались с клинка подобно стае огненных птиц и ударили в демонов с такой силой, что твари рассыпались горсткой серого пепла, который тут же развеял странный ветер, оставив лишь слабый запах серы и горелой плоти.

— Госпожа, остановись! — в испуге рухнули на колени двое оставшихся демонов. По их багровой коже пробежала волна мелкой дрожи, выдавая их животный страх. — Мы низшие, не в наших силах лишить человека жизни. Мы живем мирно, воруем овец, но никому из людей зла не делаем.

— Не делаете? — хмыкнула я, с трудом сохраняя самообладание. Меч в руке все еще подрагивал, окутанный золотистым сиянием, а по лезвию пробегали искры, похожие на крошечные звезды. Я старалась выглядеть невозмутимой, словно такое случалось со мной не впервые, хотя внутри все еще бурлила сила, ища выхода. Она ворочалась в груди подобно разбуженному зверю, готовому в любой момент вырваться наружу. — А воровство овец? Для крестьян потеря скотины может означать голодную смерть зимой.

— Голод… — просипел демон, еще ниже склоняя уродливую голову, его длинные уши прижались к черепу подобно испуганной собаке.

— Сколько вас здесь? — требовательно спросила я, вновь наставив меч на Нарзула. Золотое сияние клинка отразилось в его черных глазах, заставив демона тотчас отшатнуться.

— Семь… пять, — прошипел самый маленький из демонов, нервно косясь на то место, где только что стояли его собратья. — Немного нас здесь, печать крепка, а в разломы могут пройти не все… мал, — последнее слово он произнес совсем тихо, словно стыдясь своего размера.

— Рассказывайте, что вам здесь нужно, — приказала я, вдруг почувствовав, что ноги стали ватными, а в голове заклубился туман. И, прикусив изнутри губу, чтобы не показать слабость, я припечатала взглядом недовольно прошипевшего Нарзула, глухо рыкнув. — Ну, говорите.

— В Нижнем мире голод, госпожа, — заскулил мелкий демон, припадая к земле в рабской покорности. — Таким как мы, низшим, совсем плохо. Не хотим мы дурного, будем служить вам… Только позвольте остаться.

— Здесь, в горах, есть старые шахты, — подала голос вторая тварь. — Я покажу где. В их глубинах остались особые камни, редкие и ценные. Люди не смогли их найти — не знали, где искать. А мы чуем…

— Мел? Ты здесь? — внезапно раздался встревоженный голос Базила, и хищные морды демонов тут же исказились в злобном оскале, а воздух наполнился зловещим шипением.

— Отпусти нас, госпожа, — проскрежетал Нарзул, его зрачки сузились до тонких щелей. — Мы явимся по первому зову, клянемся Разломом…

Чуть помедлив, я коротко кивнула, и твари в одно мгновение растворились в тенях, словно их никогда и не было, и только легкая рябь в воздухе да запах