Последняя из рода Энтаров - Юлия Арниева

прихрамывая после вчерашней работы с камнями, устроился рядом с молодым кузнецом из поселения, живо обсуждая, как лучше укрепить просевшую балку в северном крыле. Зелим и местный плотник Тирм спорили о качестве древесины из ближайшего леса, то и дело утирая пот со лба рукавами испачканных известкой рубах. Даже обычно молчаливый Тотис оживленно переговаривался с рыжебородым каменщиком, размахивая куском лепешки.

— Мел… припасы, что мы привезли, заканчиваются, — едва слышно прошептал Том, подливая мне в миску густую похлебку, — от силы на три дня осталось, если экономить. Мука почти вся вышла — этих работяг прокормить, что стадо прожорливых коней содержать. С крупой тоже беда — на донышке скребем, да и соль вот-вот закончится.

— Значит пора наведаться на рынок, — кивнула я, доставая из-за пазухи сложенный вчетверо лист, исписанный мелким почерком старосты. — Как раз местные составили список необходимого. Тут и зерно для посева, и мука, еще кур попросили привезти и пару коров пригнать не мешало бы.

— В Синегорье поедем? — спросил Базил, услышав наш разговор. — Там рынок богатый, купцы со всего Алтариона съезжаются. Да и недалеко — к полудню должны добраться. Я там бывал пару раз, когда караваны сопровождал, места бойкие.

— Проводник нужен? — тотчас подал голос Корм, коренастый каменщик. Его мозолистые руки, все в серых следах от работы с камнем, продолжали машинально крошить лепешку. — Мой младший, Дарий, все окрестные тропы знает, может короткий путь показать. Он хоть и молод, а в здешних местах каждый камень облазил. Да и силой боги не обидели — в прошлом году на спор здоровенное бревно через весь двор пронес.

— Возьмем твоего Дария, — согласилась я, отложив опустевшую миску. — И еще пару крепких парней, кто с телегами управляться умеет. Повозки тоже у вас одолжим, сколько найдется — много чего купить понадобится, а то наши две телеги всего добра не увезут.

— Так это… — проронил Корм, смущенно потерев подбородок, где уже пробивалась седая щетина. — У Мирта телега добрая, новую ось прошлой весной поставил, он сам и поедет. Да у старого Тирма есть, крепкая еще, хоть и скрипучая — но он ее каждый год смолой промазывает, не подведет. А мой Дарий от старшего брата повозку унаследовал, когда тот в столицу подался. Три телеги наберется, если считать с вашими — пять выйдет.

— Надеюсь, что их хватит, — задумчиво проговорила, мысленно прикидывая, как разместить все необходимое. Список покупок с каждым днем только рос — нужны были не только припасы и инструменты, также я собиралась приобрести ткань для постельного белья, матрасы и подушки — спать на свернутом плаще стало совсем неудобно. Память о той, другой жизни, где были удобные кровати с ортопедическими матрасами, все чаще напоминала о себе ноющей спиной…

До заката оставалось еще несколько часов, и работа во дворе замка продолжалась с новой силой — никто не хотел оставлять начатое дело незавершенным. Наемники и местные жители, разбившись на небольшие группы, методично разбирали очередной завал. Под мерный звон инструментов то и дело слышались отрывистые команды:

— Правее бери! Нет, еще правее! Вот так, давай! — Эй, там! Поберегись! Камень пошел! — Тащи тачку сюда, здесь еще на пару ходок наберется!

Самые крупные обломки откладывали к внешней стене — старый Тирм уже прикинул, как их можно будет использовать для заделки брешей. А щебень и мелкие камни увозили к оврагу, где планировали отсыпать дорогу — после дождей она раскисала так, что телеги увязали по ступицу.

И только когда солнце окрасило стены замка в багровые тона, мы отправились назад в поселенье. Сумерки уже сгущались между домами, а в окнах то тут, то там загорались теплые огоньки.

Зелим и Корх, наскоро перекусив, отправились проверять повозки. А Базил и Корм, устроившись за дубовым столом, в доме бывшего кастеляна, где мы временно обосновались, принялись обсуждать предстоящую дорогу до Синегорья.

Я же устроилась у окна, где было чуть светлее, перечитывая список необходимых покупок. Буквы расплывались перед глазами — сказывалась усталость после долгого дня. За окном сгущалась темнота, но в ней уже не чудилось той зловещей тяжести, что давила в первые дни. Замок словно ожил, наполнился звуками работы и голосами людей. И пусть пока только малая его часть была расчищена, но каждый камень, освобожденный от завалов, каждая отмытая от копоти стена приближали нас к цели.

Глава 21

Задолго до рассвета двор наполнился звуками сборов. В предутренней мгле фыркали застоявшиеся за ночь кони, поскрипывали колеса телег, которые еще раз проверяли на прочность. Люди переговаривались вполголоса, стараясь не нарушать сонную тишину поселения. Том раздавал всем узелки с припасами на дорогу: лепешки, вяленое мясо и фляги с водой.

Дарий, уже восседая на облучке отцовской телеги, хвастался перед сбежавшимися младшими мальчишками, которые, несмотря на ранний час, не желали пропустить такое событие:

— К вечеру вернемся, и такого навезем! И ткани цветные, и инструмент новый! А может, и сласти какие прикупим…

Когда первые лучи солнца окрасили небо в нежно-розовые тона, наш караван, наконец, тронулся в путь. Телеги, груженные пустыми бочками и мешками для будущих покупок, медленно спускались по извилистой дороге. Колеса то и дело попадали в выбоины, заставляя повозки опасно раскачиваться.

Я ехала впереди, то и дело поглядывая на хмурое небо, затянутое низкими свинцовыми тучами — надо было успеть обернуться до дождей, иначе размытая дорога превратится в непролазное месиво. Мысли невольно возвращались к предстоящим делам. Нужно не только закупить припасы и инструменты, но и присмотреться к работникам на рынке. В Синегорье всегда можно найти крепких мужчин, ищущих заработок. А лучше целые семьи — женщины и дети тоже пригодятся в хозяйстве. Когда-то с земель Энтаров ушло много народу, спасаясь от нищеты и запустения, но теперь, когда замок оживает, они могли бы вернуться. Работы здесь хватит всем — и каменщикам, и плотникам, и просто крепким рукам. А золота, что дал король, пока достаточно и на оплату труда, и на обустройство жилья для новых поселенцев.

А после того как приведем хотя бы часть замка в жилой вид, чтобы наемники перестали спать под открытым небом, защищаясь от ночной сырости только плащами, можно будет заняться и старыми штольнями. Если демоны не солгали о драгоценных камнях… Метка на плече едва заметно кольнула, напомнив мне, что где-то рядом — Нарзул, верный своей клятве.

Караван между тем миновал последние