Два в одном. Слишком много предательств - SecretKeeper

генетики. Причем работал в каком-то секретном НИИ. Как максимально крутой и востребованный кадр — месяцами пропадал на работе, все наше общение сводилось к телефонным звонкам да иногда семейным сборищам по праздникам, — он скривился. — Однажды… со мной произошла неприятность и я попал в больницу. Очнулся в очень плохом состоянии, долго восстанавливался. Тогда отец впервые появился в моей жизни «не по графику». И с того дня все пошло наперекосяк. Вроде бы я пошел на поправку, вернулся домой, восстановился в универе, однако… Сперва у меня в голове начали зарождаться подозрения относительно всего и вся, что меня окружает. Я начал подозревать друзей, свою девушку, семью — мне стало казаться, что все они от меня что-то скрывают, словно весь мой мир состоит в заговоре. Я словно параноик замкнулся и начал опасаться буквально всего и всех, чувствуя какую-то невыразимую фальшь. Ну, в тот момент, как и любой нормальный чел на моем месте — я пошел по пути наименьшего сопротивления. Решил — что у меня шиза, развившаяся после травмы. Сунулся к мозгоправам и в конце концов — чуть в психушку не угодил. И тогда отец вдруг приехал, и потребовал, чтобы я прекратил травить себе мозги. Привез мне свой… толи блокнот, толи ежедневник. И сказал, что в нем описаны упражнения для самоконтроля или духовного восстановления. Потребовал, чтобы я все проштудировал и следовал записанным там указаниям… Честно говоря, в самый первый момент — я покрутил пальцем у виска, а потом даже признался ему, что у меня течет крыша и все признаки шизофрении… Он лишь оборвал меня, сказав чтобы я перестал циклиться на этом и сосредоточился на описанных практиках и медитациях… Скажу честно, я тогда сказал ему, что нам обоим надо к мозгоправам, если что даже палаты по соседству выделят… И знаешь что? Это была наша последняя встреча. И пока я с целью отвлечься и восстановить психическое равновесие — закрылся дома и с ослиным упорством выполнял эти странные техники по инструкциям — не заметил как прошло пара месяцев. В конце концов, неожиданно, словно удар грома грянула новость: к нам в дом завалились агенты спецслужб, устроили обыск, потребовали чтобы мы сообщили где прячется отец… Я подумал — что все это глупая шутка, ведь отец сам работает на правительство. Вот тогда началось форменное безумие.

Через сутки отца нашли в отеле с простреленным черепом. Согласно официальной версии — он якобы собирался продать секретную информацию вражескому государству и в отеле встречался с их агентом, который его и ликвидировал. А раз так — то все его привилегии, пенсии и заслуги — аннулированы, банковские счета заморожены, мы все под подозрением… — он вздохнул.

— Я тогда подумал было что это очередная ошибка, пробовал скандалить, пока мать вдруг не включила истерику и не выдала такое, от чего точно психушкой запахло. Сначала я думал, что она просто таким образом хочет откреститься от отца и обвинений, но… Короче, она открыто заявила, что их брак — фиктивная договоренность, а я — вообще не ее сын, и что все это время отец ее обманывал. С самого начала он убедил ее, что выполняет задание правительства, а на самом деле чем он занимался… мол, она давно что-то подозревала, но он ее запугал, что работает на спецслужбу государства. Только не уточнял — какого именно, — Марко хмыкнул.

— Представляешь себе мою реакцию? Мне, конечно, это все показалась чушью, жалкой попыткой матери… пока не провели ДНК тест. То, что вскрылось — шокировало еще больше. Оказалось — я не ее сын в принципе. Мало того, тест показал, что с моими генами вообще все, мягко говоря, сложно. Отличия были настолько существенные, что образец изъяли, информацию засекретили, а меня прямо из дома увезли под конвоем поместили в какой-то изолятор и стали наблюдать. Записи отца, понятно, изъяли. Потом начались долгие и нудные допросы, градус накала во время которых повышался по экспоненте, ко мне даже меры физического воздействия применяли. Сначала я держался, потом храбрился, требовал адвоката… мне, выражаясь простым языком навешали пиздюлей, и сообщили, что моя ситуация квалифицируется как «угроза общественной безопасности и существования государства», поэтому ко мне не применяются конституционные права в принципе… В конце концов, после почти полугода прессинга — ко мне в камеру пришел высокопоставленный агент и сделал предложение, от которого невозможно отказаться. Или я сижу в этой камере до конца дней (мать как я понял от меня отказалась и даже попыток помочь не предпринимала, а больше помощи ждать было неоткуда) или добровольно подписываю секретный контракт и присоединяюсь к некоему специальному формированию…

Марко тяжко вздохнул, прикрыл глаза, словно собираясь с мыслями или решая — стоит ли рассказывать дальше.

— Честно говоря, тот период я очень не люблю вспоминать. Если коротко — когда они получили от меня согласие, со мной… в общем, меня отвезли на некий секретный объект. Там, под усиленной охраной открыта брешь, постоянный портал между нашим миром и миром демонических сущностей… Подразделение, захватившее меня занималось тем, что выявляло людей, способных на своеобразный симбиоз с тварями нижних миров. А найдя таких — заставляли пытаться заключать контракт… в случае успеха — счастливчик принимался на службу в засекреченное подразделение, ну а в случае неудачи… надо ли объяснять, что больше 80 % кандидатов погибало просто при попытке контакта?

Я похолодел, в груди неприятно сдавило — я начал понимать к чему он клонит.

— Ты тоже… у тебя… — я запнулся, и быстро перефразировал вопрос: — Получается, ты одержим демоном?

— Кажется, ты начинаешь кое-что улавливать, — мерзко ухмыльнулся Марко. — Но к сожалению, все куда запутанней… Когда я очнулся меня сразу взяли в оборот. Разрисовали красивую историю о героях, защитниках родины, которые во благо ради защиты мира и прочая прочая — записываются добровольцами чтобы получить сверхчеловеческие силы и направить их во благо родине. Рассказывали как круто изменилась жизнь счастливчиков, кому это удалось… в общем, я был молодым и тупым, и поверил. Меня раздели догола, нанесли на тело какие-то письмена странной черной тушью, и затолкали в портал…

Он вздохнул, прикрыл глаза, морщась, словно его прямо сейчас опускают в бассейн, полный дерьма и крокодилов.

— То, что происходило там — помню смутно. Более-менее пришел в себя я только спустя несколько дней, а на ноги смог подняться еще через три. Тогда я впервые осознал себя как эспера, но как я понял много позже — это было так, верхушкой айсберга… Не буду вдаваться в подробности о