Сделай и живи спокойно 5 - Вадим Николаевич Демидов

— "А я хочу, а я хочу опять!

По крышам бегать, голубей гонять…"

С другой стороны, ничего против творчества самого Шатунова я не имею. Нормально он всё исполняет. Но — в этом времени, всё-таки, пусть эту песню поёт Марк Наумович.

Конкордия Прохоровна заслушалась и, после завершения мелодии, прямо в тему высказалась:

— Какая замечательная песня!

Тут подключилась Марго, которая, хитро глядя на меня, выдала неожиданную информацию матери:

— Представляешь мам, сегодня к нам исполнитель этой песни приедет!

Тёща посмотрела на меня непонимающим взглядом. А я решил, что можно слегка усилить впечатление. Поэтому ничтожно сумняшеся произнёс:

— Ага, точно — точно.

— Так что ж вы молчали-то раньше⁈ Надо же гостя чем-то кормить?

— Ну-у, я бы не стал так переживать по этому поводу, — как бы размышляя высказался я, — Марк Наумович непривередлив в еде и вполне удовлетворится простой жареной картошкой с каким-нибудь салатиком. По крайней мере, я так думаю. К тому же мы с ним будем заняты. Даже не знаю будет ли у нас время на еду. И ещё этот вызов в Москву некстати.

В голове, в который раз, мелькали разные варианты такого срочного, моего, очень нужного, присутствия в ЦК ВЛКСМ. И ни одной подходящей версии до сих пор не возникло. Прямо удивительно это. Обычно я хоть до чего-то, но — довольно быстро додумывался. А тут как обрезало! Затупил конкретно. Ещё и Конкордия Прохоровна некстати возбудилась в связи с приездом Бернеса. Начала метаться по кухне и голосить:

— Да что ж ты такое говоришь, Вилор? Как же это такого человека и простой картошкой угощать-то? Что он про нас подумает? А как я буду выглядеть в его глазах? Это что же, на старости лет, выходит я никудышная хозяйка? Не будет такого! Щас я чего-нибудь по-быстренькому соображу. Ну-тка Ритка давай помогай. Там у нас капуста квашеная осталась и огурчики солёные, и грибочки, и горох мочёный…

Ну — всё, понеслось! Теперь тёщу только товарищ Сталин может остановить. Все остальные, для неё не авторитеты… и даже я. Хозяйка — что тут ещё сказать. И между прочим с постреволюционным воспитанием. Принять гостя и накормить — это первоочередная задача, а всё остальное — так, как само собой обязательное.

В дела Конкордии Прохоровны мне лезть не с руки. Есть другие проблемы. Одна из них, из которой возникают другие, это — какую песню изобразить Бернесу. Память у меня — не очень, на всякие попсовые песни. Дай бог два куплета помню и припев — это в лучшем случае. А так — даже не знаю. Нет, если напрячься и покопаться в памяти — то, благодаря некоторым плюшкам от деда, возможно и вспомню весь текст. Но — всё равно это будет не так быстро. Вот рок, металл и немного панк — это моё. Знаю тексты многих песен. Ну и конечно же — это народные песни. В том времени за столом пели всегда, особенно по праздникам все вместе и поэтому знаю пару десятков хороших застольных песен. Только вот здесь их тоже поют. А ничего нового я, так сразу, почему-то вспомнить не могу. И ещё: с моим полным отсутствием слуха, я просто не смогу воспроизвести, что-то внятное в смысле музыки. Нужен Ерасыл. Он как-то угадывает мелодию того, что я пытаюсь исполнить. Вот ведь связался с этими песнями! Теперь фиг его знает, как из этого выкручиваться. Ладно — приедет Марк Наумович, будем думать вдвоём.

Он всё-таки приехал и… как всегда случается в моей жизни, в самый неподходящий момент. В общем, получилось так: тёща попросила принести воды с колодца, с того самого — из-за которого улица Зелёный Крупец гордо несёт своё название. Оказывается — только там, та самая вода, которая нужна для приготовления настоящей охотничьей похлёбки в домашних условиях. Пошёл, чего уж там. А идти пришлось аж метров триста. Не по прямой, кстати. Сначала по моему переулку, а потом с поворотом влево и вверх на другую улицу. Так что сам приезд я не видел. А вот, когда возвращался, то машина, что стояла возле ворот моего дома, ясно дала понять, что в доме гости. Что удивило, так это поведение Витаса. Пёс совершенно спокойно хомячил, какую-то похлёбку из миски размером с небольшой тазик. А ведь он должен был хотя бы разок гавкнуть, по приезду гостей! Что-то я упустил в его воспитании? Надо бы с кем-нибудь посоветоваться. Да, блин! Он даже на меня не посмотрел, когда я с вёдрами зашёл! Ни фига себе друг называется. Ладно, потом разберусь. Сейчас главное от Бернеса побыстрее отделаться. Вроде придумал, какую ему песню предложить. Надеюсь, что ему понравится.

Вёдра оставил в сенях. Чего мне с ними заходить-то? Лучше с пустыми руками — кинутся гости, ко мне обниматься, а у меня руки заняты. Нехорошо получится. Надеюсь, что Конкордия Прохоровна уже не помнит про воду и занята сугубо радушными делами, как например — напичкиванием всякими вкусняшками приехавших. Ну — или что-то вроде того.

Возле двери остановился. Не знаю что послужило причиной, но — на секундочку, я тормознул. Голоса что были слышны были мне не знакомы. О чём шёл разговор тоже было непонятно. Откуда-то взялся непонятный бас. Насколько я помню, у Бернеса баритон. Может это вообще не он приехал? Тогда какого фига я стою? Открываю дверь и захожу в прихожую.

Стол тёща накрыла на кухне. Он достаточно большой, чтобы принять небольшую компанию. Сейчас он был весь заставлен различными блюдами и всякими разными напитками. Но — это ерунда. За столом сидели, помимо жены и Конкордии Прохоровны, Марк Наумович и ещё двое человек. Сразу я их не признал. Потом, уже в процессе усаживания за стол, память включилась. И я, в который раз, маленько офигел. Это ж актёры Борис Андреев и Пётр Алейников! Да, ешкин кот — в конце концов! Этого мне только не хватало. Тёща млеет, как кошка на солнышке и внимает каждому слову артистов. Ритуля не сводит глаз с Петра и, по моему, вообще ничего вокруг не замечает. Не понимаю! Тут, в нашем доме, были люди гораздо более важные и значимые, но — почему такой эффект? Ещё и эти бутылки на столе. Откуда они взялись? Две бутылки коньяка, две водки и пять какого-то вина. Нафига столько?

Пять минут знакомились и представлялись друг другу.