Узнай меня без маски - Линея Эльва

​— Спасибо, — тихо, но уже гораздо твёрже произнесла она, слабо улыбнувшись уголками губ и убирая с лица растрёпанную прядь. — Мне... действительно стало немного легче.

​Лоренс бережно убрал руки с её плеч, хотя внутри всё кричало о том, чтобы прижать её обратно к себе и никогда не отпускать. Именно сейчас, когда она успокоилась, его накрыла вторая волна паники. Ему нужно было срочно во всём убедиться. Каждая секунда промедления казалась физически невыносимой. Сердце требовало железобетонного подтверждения догадки, которая только что перевернула его мир.

​Его грудь разрывало от паники и чувства вины. Он больше не мог находиться здесь, боясь выдать себя лишним словом или взглядом и сделать ещё хуже.

— Вира Айса, — сказал он тихо, и в его голосе было столько подавленной, щемящей нежности и боли, что воздух в виртуальной комнате, казалось, наэлектризовался. — Мне нужно идти, к своему большому сожалению. Нам... мне нужно срочно кое-что проверить. Пожалуйста, берегите себя.

— И вы уходите. Что ж, уходите... Хорошего вечера, — прошептала она, даже не взглянув на него. Сил на то, чтобы притворяться сильной, просто не осталось. — Я сделаю перерыв от виртуальной реальности на время... Извините, мне нужно собрать себя заново.

Эти слова, произнесённые с тихим, безжизненным надрывом, ударили Маркуса сильнее любого физического удара. Она уходит. Закрывает для него эту дверь. Он сам, своими руками, лишил её единственного места, где она могла быть слабой и настоящей, и теперь она лишает его возможности просто быть рядом и защищать её хотя бы здесь.

Он поднялся, в последний раз взглянув на её поникшую фигуру, и его силуэт растворился в воздухе, оставив Аяну одну в звенящей тишине симуляции.

Глава 10. Часть 1

Сорвав с себя очки виртуальной реальности, Маркус тяжело, хрипло задышал, словно ему не хватало воздуха в его просторном, дорогом кабинете. Лицо горело, в висках бешено стучала кровь, а сердце колотилось в груди как сумасшедшее. Он отказывался верить. Не хотел верить, что совершил настолько чудовищную, непоправимую ошибку.

Мужчина рванулся к рабочему терминалу. Его пальцы, обычно летавшие по клавишам со слишком большой скоростью, сейчас заметно дрожали, то и дело промахиваясь по кнопкам.

— Запрос логов доступа в сеть симуляции, — глухо приказал он системе, вводя свои администраторские ключи. — Синхронизация сессий пользователей за последние сорок минут. Сектор проживания виртуального пользователя «Айса».

Экран терминала вспыхнул холодным синим светом. Строчки кода, системные адреса и зашифрованные пакеты данных побежали вверх. Маркус вглядывался в них, едва дыша, надеясь на чудо, молясь, чтобы система выдала ошибку.

И вот она. Строка подключения.

Узел связи — Верхний уровень, жилой сектор В. Адрес...

Маркус замер, чувствуя, как внутри всё окончательно рухнуло, а лёгкие словно сдавило железным обручем. Этот физический адрес жилого блока он знал слишком хорошо. Ведь именно туда он доставил её на своих руках, бережно прижимая к себе её лёгкое, ослабевшее тело.

Аяна и Айса — один и тот же человек.

Маркус медленно откинулся на спинку кресла, прижимая ладони к лицу. В кабинете воцарилась тяжёлая, глухая тишина.

Его «Айса», которая спасала его от одиночества в цифровом Париже, которой он доверял свои самые сокровенные мысли и чувства, — это его подчинённая, нера Аяна. Девушка, которая пришла к нему сегодня вечером в реальности, искренне беспокоясь о его здоровье, пытаясь подарить крупицу тепла и заботы. А он... он испугался собственных чувств, забился в свою холодную раковину и трусливо ударил её по самому больному месту. Сам же разрушил то хрупкое доверие, о котором она только что говорила с такой тоской.

И теперь она уходит. Она не хочет возвращаться в симуляцию, решив сделать перерыв, чтобы «собрать себя заново» — собрать без него.

Маркус уставился в одну точку на светящемся экране, чувствуя, как внутри всё немеет от глухого, давящего бессилия.

Он потерял её. Причём сразу в двух мирах, которые сам же и разрушил. И как теперь исправить это, когда в реальности она закроется от него глухой стеной работы, а в виаре просто больше не появится — он не представлял.

Тишина кабинета, нарушаемая лишь едва слышным гулом охлаждения терминала, казалась почти осязаемой. Синее свечение экрана очерчивало резкие, напряжённые линии его лица.

Маркус долго смотрел на светящуюся строку с адресом её жилого блока. В его взгляде растерянность и вина медленно уступали место чему-то другому — упрямому, глухому нежеланию мириться с тем, что он всё испортил. Он слишком долго искал её среди миллионов безликих пользователей сети, слишком привык к её теплу, чтобы теперь просто позволить ей исчезнуть. Да, он совершил глупость. Да, он оттолкнул её.

Но отступить сейчас означало потерять её навсегда.

Маркус медленно опустил руки и выпрямился в кресле. Его взгляд потемнел, сосредоточившись на мерцающей строчке базы данных.

— Нет, дорогая, я тебя не отпущу, — тихо, но твёрдо сорвалось с его губ в пустоту тёмного кабинета.

В этом шёпоте не было прежней холодной маски или сомнений. Если она решила закрыться от всего мира — он найдёт способ пробиться сквозь её стены. В симуляции ли, под маской Лоренса, или в реальности, будучи её невыносимым боссом. Ему придётся действовать осторожно, буквально по миллиметру возвращая её доверие, но сдаваться он не собирался.

***

Звук уведомления, пришедшего на комм, прозвучал для неё как резкий, неожиданный выстрел. Аяна вздрогнула, на секунду замирая над разложенными отчётами. Пальцы, держащие ручку, судорожно сжались.

​— Нера Аяна, вас вызывает нер Маркус, — буднично сообщил ей секретарь её начальника.

​Этот ровный, официальный голос мгновенно заставил её сердце пропустить удар, а затем забиться где-то у самого горла, быстро и болезненно. Вчерашний вечер — с его ледяными словами в офисе, злыми слезами на полу прихожей и отчаянными объятиями в симуляции — хлынул в мысли горячей, удушающей волной. Ей казалось, что она ещё не успела выстроить свою броню заново, что она слишком беззащитна перед ним прямо сейчас.

​— Хорошо, сейчас подойду, — ответила она, поражаясь тому, насколько спокойно и профессионально прозвучал её собственный голос. Аппарат послушно отключился.

​Сделав медленный, дрожащий вдох, Аяна наклонилась и достала из-под стола плотный, глухой пакет из тёмной бумаги. Она взяла пакет, в котором лежал его пиджак.

​Тяжёлая, дорогая ткань, которую она вчера аккуратно сложила, до сих пор будто хранила физическое тепло и