Искажение - Евгений Сладков

подхватить странную ученицу-лекарку и у меня забрал всё. Никакой силы, способной поднять мою руку, чтобы приобнять девичье тело, не существовало. К тому же открыл для себя тот факт, что оно, полулежащее на тебе, оказывается неожиданно тяжёлым, а не как это рисуют в книгах и россказнях. Так что просто лежали, пытаясь восстановиться, а не нежданно-негаданно нежась в объятиях друг друга.

Спустя какое-то время, когда дыхание девушки стало более размеренным, уверенным, и у меня самого нашлись какие-то закрома сил, наконец-то спросил:

— Что? Что ты сделала, Лаврия?..

Добавлять к её имени «старшая» язык отчего-то отказывался.

— Запечатала, — прошептали мне почти что в ухо ответ.

— Запечатала?

— Да-а-а, — также едва слышно раздалось продолжение, — только не то, о чём говорила всем. Не кровь Семипалого так отравила тебя, понизив Потенциал. Что-то иное. Или… кто-то. Ты, — неожиданным откровением закончилось всё.

— Что? — сказанное Лаврией воспринималось с трудом. Чем таким я мог себя отравить? И главное — когда? Идей ровно ноль.

— То! Девчонка, что ты спас, действительно отравлена кровью Семипалого. Но ты — нет. Я едва сознание не потеряла в первый раз, когда на твою кровь посмотрела. Это, если что, моя вторая способность — Взгляд Дендроаспис. В тебе намешано столько всего, что непонятно, почему ты вообще жив… Не твои друзья тронули моё сердечко, а эта вот мешанина. Но тем не менее, она находилась в равновесии, пока не появилась новая составляющая — кровь Крота. Которая и внесла разлад в устоявшееся. И есть что-то ещё. Помимо того, что в детстве тебя подрал Ликаон, — здесь она будто ненароком коснулась моей правой руки, что растворила в себе печатку «неживых». — Так ответь же мне — что ты скрываешь?

Извернувшись на кровати буквально змеёй, Лаврия уставилась требовательно, обжигая близким дыханием, вновь гипнотизируя своим жёлто-зелёным светом. Увлекаемый им, запираться я и не стал, ответив как было на духу:

— Знать не знаю!

Явно не удовлетворившись ответом, девушка ещё более приблизилась, уже практически касаясь кончиком своего носа моего, и выдохнула почти в губы:

— Правда?

— Правда! — и даже взгляда не отвёл. Прекрасно, когда нечего скрывать!

Чем, судя по всему, сильно расстроил Лаврию. Чуть отстранилась, меняя в очередной раз своё положение. Теперь она натурально лежала на мне, а голова её покоилась на моей груди. Даже хорошо, что я настолько был бессилен, что не мог сжать её в объятиях…

Устроившись поудобнее, Лаврия начала говорить:

— Запечатывала я не кровь Семипалого. И не то, чем отравил тебя Ликаон. Как не гоню от себя мысль, но я будто ощутила в твоей крови саму Силу Предела. Но ничем обосновать это чувство, свои подозрения не могу. Сателлит Крови не способен на подобное. О навыках твоих нам тоже известно — Флаграна всё рассказала. Ты же ничего не скрываешь от нас? — повторный вопрос прозвучал настолько неожиданно, что я даже растерялся на мгновение.

Но тут же собрался, искренне надеясь, что сердце моё, которое точно слушала лежащая Лаврия, не выдало никакого волнения. А если и так, пусть девушка считает виноватой себя саму! А как ещё молодой парень должен реагировать на столь привлекательную особу? Но для пущей убедительности, пожалуй, можно добавить ещё немного дров в огонь. Потому, подав некоторую толику сил в руку, переместил её на ягодицу девушки, немного сжав ту… Чем добился вполне ожидаемой реакции:

— Ой!

И ничего более. Лаврия не стала вскакивать, гореть возмущением или что-то в этом духе. Или каком-то другом. Однако не на такое я рассчитывал. Ещё и ощущение в руке начало очень даже нравиться…

Сама же девушка продолжала как ни в чём не бывало:

— Вот эту силу я из раза в раз и запечатывала в тебе. Чтобы она прекратила вредить и разрушать всё. Но с каждым разом получается всё хуже и сложнее. То, что я сейчас лежу на тебе без сил, — впервые. Раньше получалось спокойно уйти к себе и уже там упасть на кровать…

Мне только и оставалось, что поблагодарить ту:

— Спасибо! — а про себя думать о том, что одна из моих способностей вполне подходила под описываемое Лаврией.

Кровь Предела.

Навык, что многократно увеличивал параметры моего тела — силу, выносливость, скорость. Но только картина всё равно не сводилась воедино. В моей «книге» навыков отсутствовали какие-либо предупреждения, как в случае с Ценой Вечности. Опять загадка. Но в будущем обязательно найдётся ответ на неё, а пока о насущном спросил:

— Что же в таком случае посоветуете мне, доктор?

— Моих способностей, боюсь, уже не хватит помочь тебе. Придётся научиться справляться самому. Как ни странно, но в том помогут медитации. Раз ты смог пройти за уровень Обретения цвета, то внутренним взором пользоваться умеешь. Вот его и будем тренировать. Выведем его на совершенного новый уровень. Лекарский. С ним и возьмёшься самостоятельно за восстановление баланса. Постараемся, младший!

С этим «младший» вся сложившаяся «пикантность» ситуации ушла.

Лаврия, наконец-то отстранившись от меня, сперва тяжело села на кровати, а затем встала единым текучим движением. Встала, но успел заметить, как её чуть повело-таки в сторону, и насколько бледнее её лицо по сравнению с тем, каким выглядело до процедуры.

Дальнейшие же действия девушки заставили меня ещё долго смотреть на дверь, что закрылась после её ухода…

Действия, из-за которых она так приблизилась к моему уху, что я почти ощущал бархатистость её губ, прошептавших странные слова:

— Никто, кроме меня, ничего не знает, наследник.

Слова, в которых явно последнее было выделено. Объяснений никаких, конечно, я не дождался. Только напоследок глаза её вновь сверкнули жёлто-зелёным всполохом…

Но о «наследнике» я думал не так чтобы долго. Постепенно мысли переключились на весьма странное для меня же самого: «Как же хорошо, что на месте лежащей Лаврии была не другая девчонка. Девчонка, которую звать… Меланита».

С этим именем в мыслях и заснул…

Безмятежно заснул, чтобы однажды беспокойно пробудиться.

Цветочный аромат.

Яркий, насыщенный, густой. Такой, что дышалось с трудом. Да и прочие действия совершались не менее тяжело, будто под сильнейшим дурманом находился.

Но — справился!

Свершив настоящий подвиг, повернув голову в ту сторону, где находились стулья, я увидел её.

Ту, рядом с которой когда-то невообразимо давно этот цветочный аромат уже ощущал, пусть и не настолько плотный.

Ангел.

Едва различимая в предрассветном мраке, девушка сидела, сложив руки на коленях. Её светлые локоны в