Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

Но у него был свой план.

Застрекотало кёкэцу-сёгэ, трос на волосок миновал женщину. Крюк вонзился в навес под крышей храма. Духа вынесло прямо из-под ножей старушки.

Он приземлился на черепицу не слишком изящно. Просто втянул трос обратно в механизм на рукаве, а на какое-нибудь другое движение времени уже не хватило. Так что приложился спиной о крышу, прокатился по ее скату вниз и лишь в последний момент успел встать на ноги.

Госпожа Тишина все еще была внизу, стояла в озере, и с нее лилась вода. В ладонях же ее уже были новые кунай.

Кентаро выставил меч перед собой. Раздался плеск.

Старушка прыгнула так высоко, что Духу это показалось невозможным! Мелькнула в воздухе и уже через мгновение оказалась за ним, ударила, чтобы столкнуть его с крыши. Он ушел от этой атаки, но ему не удалось сбросить ее вниз. Нанес ответный удар косым секущим в спину. Казалось, лезвие уже вот-вот рассечет тело старушки, но та, как всегда, была быстрее!

Оттолкнулась, взлетела и ударила ногами!

В последний миг Дух смог взмахнуть левой рукой. Складной стальной щит развернулся, но пинок был настолько сильным, что отправил Кентаро вниз. Мужчина прокатился по черепице и в последний момент увернулся от брошенного ножа…

Они сражались на вершине мира. Лишь одна из четырех сторон крыши спускалась к озеру, островку и помосту с телом ребенка, к внутреннему дворику монастыря. Остальные же три обрывались над бесконечной пропастью горы Теншин. Дальше было только небо и окутывающие земли вокруг облака тумана.

Кентаро хотел воззвать к разуму женщины, он хотел прекратить бой. Отчасти потому, что знал: в других обстоятельствах они могли бы, да нет – должны были драться на одной стороне! А отчасти и потому, что этот бой мог стать для него последним.

Госпожа Тишина и он – Духи, лишившиеся хозяев. Инструменты без руки, которая могла бы ими управлять.

Только один из них сойдет с этой горы.

Старуха снова атаковала, ножи кунай блеснули в воздухе подобно молниям. Кентаро уклонился от броска и вдруг понял, что это был лишь отвлекающий маневр! Женщина сократила расстояние, ее ноги выбили на черепице ровный ритм, прыгнула, выхватывая вакидзаси!

Дух взмахнул левой рукой в последней отчаянной попытке заслониться.

Затрещал механизм раздвижного щита. Стальные элементы разошлись в последний момент. Лезвие короткого меча прошло сквозь стальной барьер, проскользнуло в местах стыка пластин… его кончик остановился у самого лица мужчины.

Он дернул рукой, выдергивая из руки старухи пойманный сталью щита меч. Пнул, отталкивая ее, перешел к контратаке, ударил сверху, целясь в открытую ключицу.

Но женщина опять оказалась быстрее! Она ушла от удара гибко, почти танцуя, поворачиваясь и одновременно доставая новые ножи. Одни боги знали, сколько их у нее еще в складках одеяния.

Удар! Кентаро опять еле уклонился, махнул мечом, словно отгоняя муху, одновременно сокращая дистанцию.

Госпожа Тишина не атаковала. Стояла в том же месте, где закончила предыдущий маневр, тяжело дышала. Этот поединок был мучителен не только для него.

Он сбросил с левой руки больше ненужный складной щит – сломанный, пробитый мечом вакидзаси. Сталь зазвенела по черепице, скатилась с покатой поверхности. Он выставил перед собой Алый Клинок, держа его двумя руками за рукоять.

И тогда он понял, что у него еще есть шанс на победу. Один, последний.

Они находились на самой вершине горы Теншин, у истока реки Камисори. Это отсюда бил волшебный поток, который давал столько добра и одновременно отвечал за все происходящее зло.

Магия. Именно она начала все это. И она же закончит эту повесть.

Кентаро смотрел на Госпожу Тишину, одновременно чувствуя, как скрытый за поясом волшебный веер с вороном чуть ли не жжет его. Словно этот веер был разумным существом, которому не терпится вступить в игру.

Дух заметил в лице женщины легкую дрожь, гримасу, которая всегда предвещала одно и то же.

Она атаковала. Прыгнула вправо, потом отскочила, нанося удар все же слева. Кентаро стоял на месте, даже не сменил положения ног, не проявляя никакой реакции на атаку. Стоял неподвижно до последнего мига.

Когда противник был в шаге от него, в левой ладони Духа материализовался веер.

Ножи кунай попали… в пустоту.

Тело Кентаро размылось и появилось вновь прямо за старухой. Она была к этому готова, знала эту магию и узнала артефакт, ведь она сама подарила его своим ведьмам…

Обернулась, ожидая контратаки… но Дух не атаковал. Не мечом.

Захрустело выстреленное кёкэцу-сёгэ. Зазубренное раскладное лезвие попало женщине в живот, импульс отбросил ее хрупкое тело далеко, на самый край крыши.

Но она не упала! Зацепилась ногами за самый край черепицы, уперлась, выпуская ножи кунай и хватаясь за трос, прикрепленный к торчащему в теле крюку. Знала, что должна упасть, и хотела хотя бы утащить Кентаро за собой.

Мужчина уперся обеими ногами, чувствуя, как барабан блокируется, как эластичный шнур натягивается до границ своих возможностей. Он все же поехал, вспахивая ногами черепицу… Вбил Алый Клинок в поверхность крыши, схватился за него крепко, тормозя сумасшедший разгон.

Он застонал, когда его тело растянулось. Левая рука была все еще вытянута вперед, с натянутым тросом; правая держалась за меч, который только и удерживал его на месте.

Старая женщина упиралась ногами над самым краем, вися над пропастью внизу. Лезвие кёкэцу-сёгэ распахало внутренности в ее теле, сжимало в стальных когтях Госпожу Тишину. Темное пятно крови росло на грязно-серых одеждах. Женщина держала шнур железной хваткой левой ладони. В правой блеснул кунай. Пальцы схватили нож как для броска. Госпожа Тишина шевельнула губами, словно желая что-то еще сказать ему. Грустно улыбнулась.

Правая рука дрогнула, взмах!

Дух выдернул Алый Клинок из крыши и ударил по шнуру кёкэцу-сёгэ. Катана без труда прошла через сложную оплетку троса. Шнур лопнул. Кентаро рухнул назад, ударился спиной о черепицу.

Госпожа Тишина взвыла, нож блеснул в воздухе, брошенный неуклюже и неудачно. Щуплое тело старушки с воплем полетело вниз, унося с собой крюк и остаток троса. Летело долго, потом скрылось в пелене облаков. Тогда угас и крик.

Кентаро не знал точно, сколько он лежал на поверхности покатой крыши храма. Лежал и глубоко дышал, а в его разум мало-помалу проникала невообразимая мысль.

Он выжил!

Он не радовался победе над Госпожой Тишиной, наставницей, что учила даже самого Седого Пса.

Смерть такой воительницы никогда не должна радовать.

Он просто выжил. Это было главное.

Наконец, спустя бесконечно долгое время, он встал. Расстегнул зацеп, удерживающий несчастное кёкэцу-сёгэ на левой руке. Отбросил бесполезный механизм, подарок от бывшего хозяина. Подарок, что был с ним так долго и в итоге оказался оружием страшнее меча.

– Спасибо, Хеби, – шепнул он.

Подхватил Алый Клинок и махнул им в жесте чибуруи… вот только на лезвии не было ни капли крови. И хотя раньше оружие горело красным, жаждало напиться крови врага, сейчас выглядело просто как красивый, но обыкновенный меч с серебристым, чистым клинком.

Чибуруи.

Жест, венчающий победу в бою. Стряхивание крови имело целью не только очистку лезвия, но и символизировало окончание боя. Удаляя с катаны кровь врагов,