Сети влияния - Марк Блейн

— Это хорошо или плохо?

— Зависит от того, готовы ли мы к тому, что можем найти там.

Посмотрел на легата внимательно. Валерий был опытным командиром, и если он обеспокоен…

— Я думаю, мы скоро это выясним, — сказал я. — И боюсь, нам это не понравится.

Моя информационная сеть дала мне преимущество знания. Теперь предстояло использовать его для подготовки к грядущему шторму.

Глава 9

Ночная прохлада пробирала до костей, но не это заставляло меня ёжиться, стоя на стене крепости. В руках я сжимал только что полученные донесения — каждое из них, словно кусочек мозаики, складывалось в картину надвигающейся катастрофы.

Мой информатор из глубин пустошей, торговец редкими кристаллами Гай Осторожный, в очередной раз рисковал жизнью, чтобы передать критически важные сведения. Его последнее сообщение заставило холодок пробежать по спине: Мобилизация идёт полным ходом. Призывают всех от шестнадцати до пятидесяти лет. Даже хромых кузнецов и полуслепых алхимиков заставляют держать оружие. Это уже не подготовка к набегу — формируется настоящая армия.

Я развернул подробную карту пустошей на каменном парапете. Красные пометки обозначали учебные лагеря, о которых сообщали мои люди. За последние два месяца их количество выросло с трёх до одиннадцати. Каждый лагерь, по оценкам разведчиков, вмещал от пятисот до полутора тысяч новобранцев.

— Мануций, — негромко окликнул я своего помощника-клерка, который терпеливо ждал в стороне с папкой документов.

— Слушаю, господин Логлайн.

— Пересчитай ещё раз общую численность мобилизованных по всем источникам. Только честные цифры, без завышений и занижений.

Молодой человек принялся перелистывать свитки, бормоча себе под нос: Лагерь у Кровавого ущелья — восемьсот человек, Стоянка Четырёх Ветров — тысяча двести, Северная застава…

Пока он считал, я изучал второй документ — донесение от Брендана Следопыта, моего лучшего дальнего разведчика. Этот ветеран XV легиона умел передвигаться по пустошам как призрак и возвращался с такой информацией, которую другие не смогли бы добыть и за месяц. Его сообщение было ещё более тревожным: Обучение идёт по единым стандартам. Видел, как инструкторы переходят между лагерями с одинаковыми свитками. Кто-то создал общую систему подготовки. Магов тренируют отдельно, в секретных местах. Обычным наблюдателям их не увидеть.

— Итого получается двенадцать тысяч шестьсот человек, — доложил Мануций, заканчивая подсчёты. — Плюс примерно две тысячи, о которых мы знаем косвенно, но точных данных нет.

Четырнадцать с половиной тысяч… Цифра была чудовищной. У нас в легионе числилось четыре тысячи восемьсот человек по списку, реально боеспособных — около четырёх тысяч. Даже если подтянуть все союзные силы из соседних постов и городского ополчения, мы не сможем выставить больше семи тысяч бойцов.

Третье донесение пришло от самого неожиданного источника — дезертира из рядов мобилизованных. Молодой парень по имени Корн, сын пекаря из разорённой деревушки, сумел бежать из одного из лагерей и добраться до наших границ. Его рассказ записывал лично я, не доверяя такую важную информацию клеркам:

'Нас учили не как обычных разбойников, а как настоящих солдат. Строй, перестроения, взаимодействие с соседними подразделениями. Особое внимание — борьбе против тяжёлой пехоты. Показывали, как ломать щитовую стену, как действовать против конников. Кто плохо учился — того пороли, а самых упрямых просто убивали на глазах у остальных.

Самое худшее было не в этом. Корн рассказал о том, что в лагерях появились северные учителя — люди явно не из местных племён, говорившие с чужим акцентом и знавшие военное дело на профессиональном уровне. Они обучали не только рядовых бойцов, но и командиров, передавая знания тактики и стратегии.'

— Мануций, отправь срочное сообщение легату Валерию. Пусть подключится к нашей беседе. И вызови центуриона Гая — нужен человек с боевым опытом.

Пока мой помощник бежал исполнять поручение, я ещё раз перечитал четвёртое донесение — от агента в одном из нейтральных племён. Клан Серых Волков традиционно не участвовал в набегах, промышляя торговлей и охотой. Но их вождь втайне передавал мне информацию в обмен на защиту от более агрессивных соседей.

Великий вождь — так теперь называют Серого Командира — рассылает по всем кланам своих людей. Предлагает две вещи: присоединиться добровольно и получить долю в добыче, или быть уничтоженными как предатели. Сопротивление становится всё сложнее. Уже пять племён полностью перешли под его власть.

Ситуация становилась критической с каждым днём. То, что начиналось как обычные набеги разрозненных банд, превращалось в организованную военную кампанию. У противника появились ресурсы, единое командование и профессиональные советники. Но время работало против нас.

Лёгкие шаги на лестнице возвестили о приближении легата Валерия. Даже в ночное время он выглядел безупречно — выбритый, в идеально подогнанной форме, с внимательным взглядом опытного командира.

— Что у нас, Логлайн? Мануций сказал — экстренное совещание по донесениям разведки.

Молча передал ему свитки. Валерий читал быстро, но вдумчиво, иногда возвращаясь к уже прочитанным строкам. С каждой страницей его лицо становилось всё мрачнее.

— Четырнадцать с лишним тысяч, — пробормотал он, дочитав последний документ. — Это… это больше, чем у нас в трёх ближайших легионах вместе взятых.

— И это только те, о ком мы знаем, — мрачно добавил я. — Вполне возможно, что реальная цифра на две-три тысячи больше.

Подошёл центурион Гай Фортис — крепкий мужчина лет сорока пяти, с седеющими висками и сетью шрамов на предплечьях. За двадцать лет службы он участвовал в дюжине серьёзных сражений и умел оценивать угрозы без лишних эмоций.

— Покажите, что имеем, — коротко бросил он, разглядывая карту.

Я указал на красные метки: — Одиннадцать крупных лагерей, минимум четырнадцать тысяч мобилизованных. Обучение по единым стандартам, профессиональные инструкторы неместного происхождения. Принудительная мобилизация всех боеспособных мужчин.

Гай присвистнул. — А я ещё неделю назад думал, что наши проблемы закончатся парой рейдов по их лагерям. Но если они выставят такие силы…

— Нас просто сметут количеством, — закончил Валерий. — Даже если мы соберём всё ополчение, все союзные отряды, все резервы — у нас будет максимум семь тысяч против пятнадцати. И это в лучшем случае.

В наступившей тишине каждый обдумывал значение полученной информации. Расклад сил был катастрофическим. Но самое худшее было не в цифрах.

— Есть ещё кое-что, — медленно произнёс я, доставая последний, самый секретный документ. — Это донесение от нашего агента в торговом доме, который ведёт дела по всему региону. Тут информация о финансировании.

Валерий взял свиток и