Земля: Выживание. Том V - Михаил Ран

выглядело как старинная библиотека, в высоком кресле сидела женщина. На вид ей нельзя было дать больше трех сотен больших циклов, но её глаза… В этих глазах была накоплена мудрость и усталость многократно большая. На её коленях лежал причудливый питомец, укрывающий хозяйку тройкой хвостов. Два из них были пушистыми, а один весь в иголках.

— Внучок. — её голос был тихим, но по-детски игривым.

Однако, такое обращение не ввело в заблуждение командора. Он лучше многих знал, насколько сильной была его бабушка. И насколько она могла быть бескомпромиссной.

— Ты редко со мной связывался в последние циклы, а по этой линии… На моей стареющей памяти, пожалуй, вообще впервые.

— Во славу Первых, госпожа Ленса. — Альберт склонил голову в официальном поклоне, но его тут же перебил звук глухого удара.

— Ещё раз, попробуй ещё раз. — тихо прошептала женщина, крепко сжимая пальцами подлокотник, покрытый паутиной трещин.

— Привет, бабушка. — склонил голову Альберт.

— Так-то лучше. — довольно улыбнулась его собеседница, и сразу же стала серьезной. — А теперь рассказывай, что случилось, раз ты на Аэтельгарде. Связываешься со мной через этот канал. И потерял пятнадцать процентов своей эскадры. — рубила женщина каждое предложение.

— Я уверен, что назревает восстание. — поднял свои глаза Альберт.

— Продолжай. — донеслось до него с другой стороны.

Глава 10

Пробуждение было похоже на медленное всплытие из вязкого, черного киселя. Сначала возвращались звуки: монотонный гул аппаратуры где-то в углу, далекий шорох шагов по бетонному полу коридора, и легкий скрип открывающихся и закрывающихся дверей.

Затем, конечно, как было заведено, ждал нисходящую лавину боли. Вот только тут мне свезло, сразу же она набрасываться на мою обессиленную тушку не стала. А медленно и неторопливо просачивалась в сознание, как если бы змея впрыскивала смертельный яд прямо в череп.

Раненое бедро захватывал огонь, а под пальцами, которыми провел по рубцу на коже, распространялся неприятный жар, как будто мне внутрь забивали раскаленный лом. Помимо этого, плечо тоже решило напомнить о себе, пульсируя в такт размеренным ударам сердца, то и дело отзываясь тупыми и ноющими прострелами на каждом вдохе.

Я открыл глаза, прямо передо мной был привычный потолок с легкой паутиной трещин. Настолько этот вид стал привычен, что никакого удивления даже не было и в помине. Кажется, у меня где-то на душе выбито гвоздями, что видеть при пробуждении я буду только этот фон, и никакой другой.

— Наконец ты очнулся. — не то констатировала, не то упрекнула Вейла. Её голос в моей голове прозвучал с той особой ноткой ехидства, которая обычно означала: «Ты снова торопился на тот свет, но я рада, что ты жив». — Организм подлатать тебе успели. Особенно после твоей кривой попытки прижечь раны. Это, конечно, тот ещё триумф воли над любым здравым смыслом и логикой.

— Сама же знаешь, что у нас не было вариантов лучше. — мысленно прохрипел ей в ответ, пытаясь сглотнуть неприятный комок в горле. Внутри так саднило, словно я наелся тарелку битого стекла. — Сколько я был в отключке?

— Да не переживай, в этот раз не так долго. — флегматично отозвалась наставница. — Каких-то жалких часов десять. В отличие от прошлой ситуации, сейчас это была банальная усталость. Если, конечно, не считать потери крови. — тон Вейлы стал чуть серьезнее. — Зато теперь твой резерв снова набит под завязку, и ты можешь начинать чудить по новой. Вот только… — замешкалась она. — Как и говорила, те крюки не простые, так что лучше бы тебе все равно не перенапрягаться. Он ввел свою энергию в рану, из-за чего могут быть сложности с управлением пси ближайших часов десять, а может и все двадцать. Пока не вычистим.

Игнорировать такие советы было сложно. В любом случае, если говорить совсем уж на частоту, то напрягаться мне и самому не очень то хотелось. Единственное желание, которое у меня сейчас было — поменять собственное положение в пространстве, а то чувствовал, как спина обиженно отзывается на попытки повернуться в другую сторону.

Именно это я и решил сделать, после чего мир неприятно качнулся, а перед глазами заплясали разноцветные пятна, преобразующиеся в чудные цветы. Желудок тоже отреагировал по-своему, намекая о своем собственном существовании, чуть ли не выворачиваясь наизнанку.

В больничном помещении царило спокойствие, которое нарушалось моими охами и вздохами, похожими на то, как медведь ломится через бурелом. Хотя, надо признать, за исключением меня, было слышно ещё бряцанье ложек из соседних палат и коридора. Видимо меня поселили в самый обычный бокс, а не в закрытый, как в прошлый раз.

Неожиданно снаружи начали раздаваться ритмичные, глухие удары, а вместе с ними резкие выкрики каких-то команд. После чего дверь распахнулась, и напротив меня возник полковник Марков.

— Вижу, очнулся. — первым делом сказал мужчина, да с такой интонацией, что я не знал, плакать мне или смеяться.

— И вам добрый день, товарищ полковник. — придерживая себя за раненую ногу, получилось принять сидячее положение.

— Идти сможешь? — коротко спросил мужчина, и развернувшись в дверях, как бы ждал моего ответа.

— Да, могу.

— Тогда пойдем, тебя заждались, заодно и поговорим по дороге о вашем задании.

Спустя минут двадцать после разговора, в котором к моему удивлению, ничего о хвосте и наших приключениях не промелькнуло, мне удалось добраться до тренировочной площадки. Как сказал Марков, именно тут сейчас и были ребята.

Когда дверь открылась, в глаза ударил яркий свет, отражающийся от различных металлических поверхностей. Он выхватывал пыль, поднятую в воздух активной тренировкой, а та искрилась вокруг, создавая над ребятами подобие нимбов.

В самом центре зала стоял Артем. Его лицо, багровое, и налитое кровью от напряжения, выглядело для меня очень непривычно. Особенно бросалось в глаза то, как на лбу сильно вздулись вены, а из носа текла тонкая алая струйка, которую сам парень даже не заметил. Зато перед ним в воздухе дрожали три бетонных блока, каждый килограмм по двадцать, если не больше. И именно на них он сосредоточился.

Скорее всего, это были какие-то куски обрушившейся конструкции, только не ясно, откуда те вообще взяли, если раньше их тут у нас не было. И самое главное, кто сюда их дотащил? Площадка, конечно, большая. Но захламлять её тоже не хотелось. Не одни же мы пользуемся ей.

Однако, внимание до сих пор было сосредоточено на том, что те висели в воздухе. Точнее, правильнее было бы сказать, что они не просто «висят», а медленно вращаются по какой-то собственной траектории, повинуясь воле моего брата.

— О! — раздалось от Вейлы. — Кажется, у него аспект телекинетика. Надо