Таксист из Forbes 5 - Ник Тарасов

— Едем? — спросил я ровным голосом.

— Да, — ответила она. Глухо, в никуда.

Она продолжала держать телефон у уха. Смотрела прямо перед собой стеклянными глазами.

— Да, я села в машину, — сказала она в трубку. — Да. Через десять минут будем.

Она слушала голос на том конце, мелко кивала.

— Ни с кем не разговаривать. Я поняла. Паспорт со мной.

Меня резануло. Я бросил взгляд на экран смартфона, ткнул пальцем в конечную точку маршрута. Приблизил масштаб карты. Адрес вел к неприметному торговому центру на Московском шоссе. В 2ГИС по этим координатам значилась контора «Быстрые краткосрочные займы». Микрофинансовая помойка.

В голове щелкнуло. Пазл сложился.

Ёлки-палки. Развод. Тупой классический развод.

Там на другом конце провода сидит обученная мразь. Сидит в безопасном офисе и методично дожимает человека. Они отлично умеют это делать. Давят фальшивым авторитетом, пугают уголовными делами, грозят потерей единственной квартиры. Загоняют жертву в узкий туннель без окон и дверей. И вот нормальная пожилая женщина едет оформлять микрокредит под бешеные проценты. Потом она пойдет к ближайшему банкомату и переведет эти деньги на «безопасный счет». Как зомби. Натурально зомбированная кукла в чужих руках.

Вкус ржавчины на языке стал невыносимым, до тошноты. Я притормозил перед пешеходным переходом.

— Послушайте, — я посмотрел в зеркало заднего вида. — Сбросьте вызов. Вас прямо сейчас обманывают мошенники.

Она вздрогнула. Черная воронка в её ауре пульсировала.

— Мне нельзя отвлекаться, — быстро пробормотала она, прикрывая динамик ладонью. — Я разговариваю. Не мешайте мне.

Она снова прижала телефон к уху.

— Да, товарищ следователь. Я слушаю.

Блин. Зараза. Спорить бесполезно. В таком состоянии любая логика отключена. Критическое мышление полностью парализовано страхом.

Я взял в руку свой телефон. Открыл приложение 112. Набирать номер и говорить вслух нельзя. Она поднимет визг, выскочит на ходу, побежит пешком. Быстро, почти не глядя набил текст.

«В салоне женщина. Говорит с мошенниками по телефону. Едет брать кредит. Везу к вам в управление. Буду через четыре минуты. Встречайте».

Отправил.

Бросил смартфон в подстаканник. Нажал на газ, перестроился в левый ряд. Свернул на следующем перекрестке направо, грубо ломая маршрут навигатора.

Женщина ничего не заметила. Она продолжала бубнить в трубку.

— Да, никому не показывать. Я всё сделаю. Я никому не скажу.

Телефон мигнул коротким уведомлением. Пришел ответ: «Принято. Ждем на парковке».

Я выжал педаль, проскочил мигающий желтый сигнал светофора. До городского управления мы доехали очень быстро. Я свернул в узкий проезд, тормознул у металлического служебного шлагбаума.

Там ждали двое. Капитан и женщина в полицейской форме.

Я перевел рычаг коробки в паркинг. Выдохнул.

— Ну вот, доехали.

Женщина отняла телефон от уха. Она посмотрела в боковое стекло, увидела решетки на окнах кирпичного здания, полицейские патрульные машины. Черная аура ужаса дала короткую вспышку. Затем начала медленно осыпаться грязным пеплом. Она толкнула дверь, стала выбираться наружу. Движения у неё были деревянные, непослушные.

Сотрудники подошли моментально. Женщина в форме аккуратно взяла её под локоть. Мягко и бережно.

— Здравствуйте. Пойдемте с нами. Дайте-ка трубочку.

Она забрала телефон из дрожащих пальцев. Поднесла к своему уху, послушала несколько секунд, жестко ответила короткой фразой. Женщина-пассажир стояла растерянно, хлопала глазами, пытаясь осознать резкую смену реальности.

Ко мне подошел капитан. Оперся рукой о крышу белой «Киа».

— Твоя работа?

— Моя.

— Давай документы.

Я достал водительские права и пластиковую карточку СТС. Он переписал данные в служебный блокнот, вернул документы обратно.

— Молодец, — сказал он устало. — У нас таких по четыре штуки за неделю привозят. Только уже выпотрошенных подчистую. Мы с ней сами разберемся. Если что, наберем.

— Понял. До свидания.

Я включил заднюю передачу, выехал со служебной парковки на улицу.

Во рту до сих пор стоял мерзкий привкус ржавчины. Я остановился у первого ларька, купил маленькую бутылку воды, выпил половину мелкими глотками.

Ублюдки.

Макс Викторов ворочал миллиардами, крутил офшорные схемы, отправлял поддельные письма в Тибет. А тут какие-то мрази сидят в дешевом колл-центре и ломают доверчивым людям. Высасывают последние гроши, превращают в послушных кукол. Нагоняют дикий страх, заставляют врать, брать эти проклятые кредиты или продавать последнее.

Она бы обязательно взяла. Пришла бы в эту микрофинансовую дыру, подписала бы кабальный договор не глядя. Отправила бы чужие деньги в никуда. А через пару дней, когда гипнотический морок спадет, осталась бы одна в пустой квартире с осознанием полной катастрофы. А может и без квартиры. Угробили бы человека ради копеечной наживы.

Я закрутил пластиковую крышку на бутылке. Бросил её на пассажирское сиденье.

Шахматные партии с Каспаряном — это уровень. Это масштаб. Но иногда нужно просто вовремя нажать кнопку в приложении и привезти запутавшегося человека в дежурную часть.

День прошел не зря. Я завел мотор и поехал в сторону дома.

Глава 11

Я лёг в начале двенадцатого. Свет в комнате не выключил сразу, полежал минут пять с открытыми глазами, смотрел в потолок. В голове по кругу проходили три картинки. Старый «Кашкай» с люфтящим сайлентблоком. Елена Дроздова в поле у промзоны, в светлом платке. И эта бабушка, которая едет в микрофинансовую помойку с паспортом в кармане.

Я повернулся на бок, потянулся к выключателю, щёлкнул. Комната провалилась в темноту. Слышно было только за стенкой дядю Колю, который по обыкновению начал свою храповую программу. Спать под этот аккомпанемент я уже научился.

Глаза закрылись. Веки потяжелели. И ровно в эту секунду телефон на тумбочке завибрировал, дёрнулся, мигнул экраном.

Я выругался про себя. Нащупал смартфон, скосил глаза.

Лера.

Я ткнул в зелёную кнопку.

— Да, Лер.

— Гена. — Голос у неё был не такой, как обычно. Тише, плотнее. Будто она зажимала трубку ближе к губам, чтоб ни одно слово не вышло за пределы комнаты. — Ты не спишь?

— Только лёг.

— Можешь приехать? Мне страшно.

Я сел на диване. Сонливость отрубило, как будто выдернули шнур из розетки.

— Что случилось?

— Ничего. — Пауза. — То есть. Можешь приехать? Мне как-то… не по себе. Я понимаю, что час ночи, и это глупо, но…

— Уже еду.

— Точно? Гена, я правда…

— Через час буду. Двери никому не открывай. Охрану предупреди, что я еду.

— Хорошо.

Она положила трубку первой. Я секунду смотрел на тёмный экран, потом включил свет.

Натянул джинсы, свитер, куртку, схватил ключи, права, обул ботинки. На кухне из холодильника взял минералки полторашку, сунул в боковой карман куртки. Сполоснул лицо холодной водой, потер ладонями щёки.

Старый крузак Виталика во дворе стоял на месте. Чужих машин у подъезда не было. Я сел в «Киа», завёл, прогрел секунд