Я стану главой этой семьи. Том 1 - Ким Роа

– Да. Мне пришлось отдать часть выручки слугам, которые помогали с работой. Так что у меня осталось вот столько.

Лоррейн вытащила из кармана 15 медяков.

Учитывая, что первоначальная цена одного полена составляла около 20 медяков, ее сделка явно не стала коммерческим триумфом. Но удивительно было другое: Лоррейн, всегда такая застенчивая, проявила недюжинную предприимчивость. Клериван, увидев результат, довольно кивнул и не скупился на похвалу:

– Хорошо, Лоррейн. Неплохо. И наконец, Фирентия…

– Да, учитель.

– Сколько вы заработали, продав бревно?

Я пожала плечами.

– Неужели вы не выполнили задание?

Услышав это, Велезак, сидевший в углу на диване, резко вскочил.

– Нет, я усердно выполняла свое задание, – уточнила я.

– В таком случае, где заработанные деньги? – настаивал Клериван.

– Они здесь.

– Простите? Где?..

Будто только и ждала этого вопроса, я указала на брошь у себя на груди:

– Я заказала статую из того бревна и подарила ее дедушке. Взамен получила эту брошь. В нее инкрустирован изумруд!..

Я сделала паузу, чтобы подчеркнуть главное:

– К тому же он очень большой и дорогой!

Лицо Клеривана снова озарила улыбка.

Я откинулась на спинку стула, на мгновение погрузившись в блаженное ощущение безмятежности и триумфа. Конечно, я не единственная, кто получил выгоду. Мой дедушка вручил Альфео, автору статуи, 10 серебряных монет на расходы, предоставил семейный грант и отправил юношу на обучение к прославленному мастеру резьбы по дереву.

Весь класс смотрел на меня в прострации, я же наслаждалась этой сценой и гордо улыбалась, всячески подавляя желание закинуть ногу на ногу. И тут краем глаза я уловила взгляд Велезака: он громко сопел, гневно раздувая ноздри. Я намеренно улыбнулась еще шире, глядя прямо на него.

Ты называл меня полукровкой, утверждал, что я стою ниже своих кузенов. Смеялся надо мной, твердил, что я никогда не смогу жить как аристократка, потому что не способна толком учиться. Говорил, что мне придется заниматься физическим трудом, как простолюдинке. В конце концов ты бросил с издевкой, что я проживу и умру, как моя бедная матушка.

Так ощути, каково это – видеть, как та самая «полукровка» отбирает у тебя одну привилегию за другой. Почувствуй, что значит лишаться того, что ты считал своим по праву.

И знай: это только начало.

Глава 3

Три брата и сестра собрались в кабинете главы семьи Ломбарди.

Со времен их подросткового возраста установилась незыблемая традиция: каждый третий день недели усаживаться всем вместе за одним столом – вне зависимости от того, идет ли за окном снег или дождь.

В последнее время Галлахан носился как сумасшедший из-за текстильного бизнеса. Хотя он и уверял, что спешит изо всех сил, все же опоздал к назначенному Лулаком времени. Обливаясь потом, он резко распахнул дверь кабинета и ворвался внутрь. В тот же миг трое присутствующих повернули к нему головы, и на всех лицах застыло одинаковое выражение.

– Ты опоздал, Галлахан, – указал Виз на провинность брата, даже не пытаясь скрыть недовольство.

– Прости, брат. И отец… – начал Галлахан, но тут заметил, что один из стульев все еще пустует.

– Встреча с управляющим банком Ломбарди еще не закончена.

– А, понятно.

Лулак относился к опозданиям с исключительной серьезностью. Если бы собрание уже началось, любого – вне зависимости от возраста – отчитали бы, как провинившегося ребенка.

Галлахан выдохнул и провел рукой по лбу, стирая капли пота.

– Да ты везунчик, – усмехнулся Виз, окинув брата оценивающим взглядом.

– Ха-ха. Давно не виделись, сестра, – рассмеялся Галлахан, привычно проигнорировав колкость Виза, и обратился к Шананет, которая тихо пила чай в стороне.

Между Шананет и Галлаханом была самая большая разница в возрасте, поэтому она позволила себе обратиться к нему на «ты»:

– И в самом деле давно. Отец скоро придет, так что присаживайся и переведи дух, – произнесла она тихим, мелодичным голосом.

Изящная, с длинной, словно у лебедя, шеей, Шананет сделала еще один глоток из чашки и перевела взгляд на окно, за которым раскинулся живописный пейзаж. С мыслями о том, какая красивая у него старшая сестра, Галлахан сел на пустой стул.

– В последнее время тебя совсем не было видно. Чем ты так занят? – Лорелс, сидевший рядом с Визом, легонько пнул Галлахана по ноге. Лорелс – третий по старшинству среди детей Лула-ка – был ближе всех по возрасту к Галлахану. Однако их характеры различались настолько сильно, что со стороны они казались едва знакомыми людьми. Простодушный Лорелс, не любивший сложностей, считал Галлахана раздражающим, а Галлахан находил общение с Лорелсом крайне некомфортным.

– Сейчас я выполняю работу, которую мне поручил отец. Ну, даже если я называю это работой, по сути, я просто даю пару советов на словах, – смущенно проговорил Галлахан.

В глубине души он понимал: если бы все действительно сводилось к паре фраз, он не носился бы как ошпаренный, не имея возможности даже увидеть лицо собственной дочери. Но Галлахан тщательно подбирал слова, пристально следя за реакцией Виза. Причина была проста: в конечном итоге ему пришлось взять на себя реализацию бизнес-плана, который изначально пытался воплотить Виз. «О да, этого следовало ожидать», – мысленно усмехнулся Галлахан. Брат сидел, скрестив руки на груди, взгляд устремлен вперед. Время от времени его лицо нервно подрагивало. Лорелс, не отличавшийся особой проницательностью, продолжал отпускать шутки, совершенно не замечая накалившейся атмосферы:

– О! Я слышал об этом. Ты украл бизнес-план нашего брата…

Бах! Гнев Виза вырвался наружу. Он резко вскочил, хлопнул ладонью по отцовскому столу и ледяным взглядом уставился на Лорелса:

– Ты что, всерьез решил подтрунивать надо мной?

– Н-нет, вовсе нет! Я ни за что бы не позволил себе такого, брат, – Лорелс весь сжался, всем видом выражая искреннее возмущение. Порой Лорелс боялся Виза настолько, что их отношения напоминали скорее взаимодействие начальника и подчиненного, нежели братскую связь.

– И ты, Галлахан, – Виз перевел взгляд. – Похоже, ты слишком возгордился тем, что тебе поручили такую важную работу. Но помни: это всего лишь счастливая случайность, которая больше никогда не повторится. Так что наслаждайся моментом. Ясно?

Галлахан сглотнул. Внутри закипала досада, но он сдержал эмоции, лишь слегка сжал кулаки под столом. «Случайность, говоришь? – пронеслось у него в голове. – Посмотрим, кто окажется прав через месяц». Он никогда не думал, что окажется ответственным за проект, который Ломбарди и Ангенасы продвигают сообща. Все началось с простой прогулки с дочерью – а закончилось тем, что его втянули в эту работу, и ситуация обернулась совершенно непредсказуемо. Для такого человека, как он, мечтавшего лишь о безмятежной жизни