Я стану главой этой семьи. Том 1 - Ким Роа

– Гилиу, Мейрон. Бежим!

Неважно, что мы внутри особняка: если попадемся этим людям, наживем лишних проблем. Я схватила близнецов за руки и бросилась прочь, в противоположную от рыцарей сторону.

– Т-Тия! Что на тебя нашло? – удивленно спросил Мейрон, но у меня не было времени объяснять.

Оглянувшись, я увидела, что рыцарь, узнавший меня, помчался следом с ужасающей скоростью.

– Продолжаем бежать до самого кабинета дедушки!

– Х-хорошо! – близнецы, испуганные погоней, послушно следовали за мной. Но далеко уйти нам не удалось. Когда кабинет дедушки уже был совсем рядом, в длинном коридоре мы столкнулись с ней. Со свитой принца.

– Разве я не говорил, что тебе конец, если попадешь в мои руки? – с ехидной улыбкой произнес мальчишка, видя, что мне некуда уйти или спрятаться.

Да он настоящий псих!

Но это целиком моя вина – я недооценила этого мальчишку. Первым делом спрятав близнецов за спиной, я спросила:

– Действительно ли было необходимо заходить так далеко?

Одно дело, если бы я его побила, но не могу поверить, что он идет на такие меры лишь потому, что я бросила его шляпу.

– Ты посмела нарушить приказ и оскорбить меня. Смерть – слишком легкое наказание для тебя.

И тут до меня дошло: первый принц не имеет ни малейшего представления о том, какие отношения связывают императорский дом и семью Ломбарди. Где это видано, чтобы юный принц, даже не назначенный наследником престола, устраивал подобный переполох в особняке Ломбарди – перед главой семьи, перед которым даже император держится почтительно? Ситуация, которая просто не могла произойти. Но сейчас наша сторона состояла из трех детей и трех обеспокоенных солдат.

– На колени, – произнес Астан, скрестив руки на груди и глядя на меня сверху вниз. – Если падешь передо мной и будешь молить о прощении, я сохраню тебе жизнь.

– С какой стати Тия должна вставать на колени?!

– Ты кто вообще такой?!

Близнецы внезапно рассердились и выступили вперед, закрывая меня. В тот же миг принц отдал приказ своим рыцарям:

– Отведите этих двоих в сторону.

Однако рыцари замешкались. Направляясь в Ломбарди, они наверняка слышали о правилах, действующих между двумя семьями. Даже если незаконное проникновение на частную территорию еще можно было как-то замять, прикосновение к внукам главы семьи Ломбарди – совсем иной уровень.

– Не смей трогать этих детей! – я резко притянула близнецов обратно за спину.

Ответственность лежала только на мне. Я не могла впутать в это дело братьев.

– Тогда тебе просто нужно встать на колени, – продолжал издеваться Астан.

Неужели я действительно должна так унижаться? Пока я лихорадочно искала выход из этой ситуации, за спинами свиты принца появилась группа людей.

Слава богу… Облегчение нахлынуло, и мысли заработали с новой силой. Я склонила голову. А через несколько секунд снова подняла глаза. Слезы, словно дождь, струились по щекам.

– Чего? Думаешь, слезы решат все проблемы? – Астан произнес это с явным презрением, будто считал подобное поведение абсурдом.

А, ну, вообще-то, уже решили.

– Ты что творишь в Ломбарди?! – разъяренный глава семьи Ломбарди, наш дедушка, стремительно приближался к нам. Я слегка повернулась, чтобы все могли видеть мое заплаканное лицо.

– Фирентия!

– Д-дедушка…

Гнев деда вспыхнул еще ярче, когда он увидел мое заплаканное лицо.

– М-матушка… – пробормотал Мейрон.

Сквозь пальцы, которыми я вытирала слезы, я глянула за спину деда и увидела Шананет. Она шла к нам с таким же сердитым выражением лица. В отличие от дедушки, остановившегося перед принцем и рыцарями, Шананет продолжила идти вперед. Она встала перед всей свитой принца и холодно произнесла:

– С дороги.

Одна короткая фраза – и имперские рыцари молча расступились, позволяя ей пройти.

– С тобой все в порядке? Ты не пострадала? – голос Шананет звучал спокойно, но дрожал от волнения.

Вероятно, она сильно переживала, зная, что близнецы были со мной. Мне стало стыдно, и я склонила голову.

– Тия, – позвала она меня по имени. Затем, бережно вытирая слезы с моих щек, добавила: – Ты сильно испугалась?

– Н-нет, я в порядке, – ответила я.

Хотя это была правда, Шананет, похоже, решила, что я просто стараюсь держаться достойно. Она пару раз погладила меня по волосам и холодно взглянула на Астана.

– Мне доложили, что первый принц нанес визит в мой дом, но я и представить не мог, что он окажется столь неучтивым гостем.

Дедушка бросил короткий взгляд на меня и продолжил:

– Неужели принц никогда не слышал о соглашении между семьей Ломбарди и императорским домом?

– Я слышал о нем, – пробормотал Астан.

Его горделивая поза растаяла без следа – властная аура дедушки полностью подавила спесь принца. Но это еще не означало, что он до конца осознал серьезность ситуации.

– А знает ли мой отец о столь нелепом правиле? Немыслимо, чтобы в империи существовала земля, куда не могут ступить имперские рыцари! Если бы ему было известно об этом, он не стал бы сидеть сложа руки.

В тот миг, когда Астан выпалил эти слова, брови дедушки сошлись на переносице, образовав глубокую складку.

Теперь ты покойник, молокосос, не знающий манер.

– Клятву давал не нынешний император Йованес. Она была заключена между первым императором Роматилли Дюрелли и Веноксом Ломбарди, первым главой семьи Ломбарди, – сухо произнес дедушка.

– И-имя моего отца, вот так… – принц, казалось, был больше потрясен тем, что дедушка назвал императора по имени, нежели древним соглашением между Дюрелли и Ломбарди.

Но дедушка даже бровью не повел. Ведь он – глава семьи Ломбарди. Человек, ясно давший понять суть давней клятвы. Речь шла о взаимной неприкосновенности. О союзе, необходимом для долгого существования империи. Таковы были отношения между троном и нашей семьей. На протяжении многовековой истории несколько императоров пытались освободиться от влияния Ломбарди – но никому это не удалось. Отец Астана, император Йованес, наступил на те же грабли.

Дедушка резко обратился к няне и рыцарям, стоявшим рядом с Астаном в полном молчании:

– Как вы, взрослые люди, можете следовать за юным принцем, не способным отличить правильное от неправильного?

– П-простите, – склонили головы няня и рыцари.

Хотя у них не было иного выбора, кроме как исполнить противоречивый приказ первого принца, они прекрасно понимали последствия вмешательства в дела Ломбарди.

– Я закрою глаза на произошедшее, сочтя это ошибкой, допущенной принцем по молодости лет, – объявил дедушка.

Таким образом он дал понять: инцидент рассматривается как детская ссора, и официальная жалоба императору не последует. Если бы дедушка направил императору жалобу о нарушении соглашения, Йованесу пришлось