Диспноэ - Юлия Арвер

– Разве сегодняшний день не показал всем, что работать с Воронцовым совсем не так, как с Бор Бором? – уклончиво отозвалась Лиза. Она задумчиво вертела в руке бокал и размышляла о прошедшей ночи, которую разделила с Ником, новым начальником и призраком старухи.

– Показал, – вздохнул Родин. – Показал, что Воронцов – надменная задница, которая не сложит себе цены. Поверь, каждый из нас сегодня мечтал разбить ему очки. Даже Руслан – главный любитель начальства. Только Баркалов доволен. Еще бы, дружок теперь в начальниках. Можно расслабиться.

– В таком случае ничего нового ты от меня не услышишь. Самовлюбленный и высокомерный. В общем, золотой дворянин. Но Воронцов не безнадежен, что удивительно. Татуировки нанес, не дожидаясь назначения, в теории довольно подкован, умеет нравиться людям, когда ему это по-настоящему нужно. Нам всем стоит смириться с тем, что он с нами надолго. Уверена, Воронцов – следующий начальник Управления, поэтому питать надежды, что мальчик-дворянчик наиграется и свалит в закат, не стоит.

– Конфликт интересов? Не, не слышали, – хмыкнул Марк.

– Не смеши меня. Дворяне и конфликт интересов – это что-то из разных вселенных. Место для Воронцова-младшего наверняка подготовили, когда он еще и ходить-то не научился.

– Девчонки из Второго и Третьего отделов завизжали бы от счастья, услышь они тебя. В Управлении только и сплетничают, что о неженатом красавчике-дворянине. Наши барышни надеются, что он здесь надолго и хоть кто-то из них успеет не только прыгнуть ему в постель, но и женить на себе.

– Пусть не раскатывают губу, – фыркнула Лиза. Могла ли она назвать Воронцова красавчиком? Как бы ни было тяжело это признавать, да. Его яркие голубые глаза с первой встречи заняли первое место в ее небольшом топе самых красивых глаз. Как и все лицо… Но! Лиза никогда и никому в этом не признается даже под пытками! Она не безмозглая курица, как те, кто всего за день описались кипятком от Воронцова! – Этот золотой мальчик наверняка уже давно помолвлен с золотой девочкой для сохранения золотой династии. Простолюдинкам ничего не светит, как бы хороши они ни были. Конечно, ими вполне могут попользоваться и даже что-то пообещать, но все это ни к чему не приведет.

– Дворянство давно отменили, но золотые семейки как будто и не слышали об этом, – буркнул Марк.

– Неужели я слышу зависть в голосе?

Родин отвернулся к окну, и Лиза тут же мысленно отругала себя за неосторожные слова. Они должны были флиртовать и расслабленно пить вино, вместо того чтобы бередить раны, имеющиеся у каждого, кто рожден с демонической кровью. Те, кто никогда не сравнятся с золотыми дворянами, несмотря на магическую силу, почти всегда превосходящую вырожденное наследие аристократов. Потомки нечисти, проклятой богами. Пожалуй, стоило сказать спасибо, что их признали колдунами, а не демонами, не ставили на учет и не истребляли, как в древние времена, когда страх перед высшей нечистью превосходил разум. Да вот язык не поворачивался этого сказать.

– Кажется, наш деловой ужин с такими темами для разговоров рискует остаться и вправду деловым, – протянул Марк, хитро косясь на Лизу. Ее губы помимо воли растянулись в улыбке. Родин будто бы читал ее мысли.

– Тогда предлагай тему, – промурлыкала Лиза. Сердце забилось быстрее. Когда они поцеловались с Марком в прошлый раз, оба уже почти ничего не соображали из-за выпитого. Сейчас ее разум был чист и почти трезв, отчего в животе трепетало смутное волнение.

Марк станет ее третьим мужчиной и третьим, с кем ее связывал только секс. Почему-то только такие отношения случались в жизни Лизы, в нее никто никогда не влюблялся настолько, чтобы искренне желать быть рядом, несмотря на характер, происхождение и работу. С Марком Лиза не претендовала ни на что, кроме краткого спасения от одиночества, потому и не волновалась так сильно, как могла бы, испытывай она к Родину что-то больше влечения и интереса.

Лиза придвинулась так близко, чтобы соприкоснуться коленями, не отрываясь от лица Марка. Между ними искрило предвкушение поцелуя, который вот-вот случится. Вот-вот…

– Люблю, когда ты такая для меня, – завороженно прошептал Марк, и в светло-карих глазах Лиза неожиданно увидела восхищение.

– Какая?

– Мягкая. Такая, какой не бываешь ни с кем другим. – Соблазнительный шепот Марка опалял губы Лизы, и ей отчаянно хотелось податься навстречу. – Иногда мне кажется, что ты сама не понимаешь, насколько порочно-красива. А иногда – что ты пользуешься своей красотой и специально мучаешь мужчин. Ты никого не подпускаешь к себе, но почему-то подпустила меня.

– Тогда гордись этим и не предавай доверия, – прошептала Лиза ему в губы. Марк умел обвораживать красивыми речами, и как же хотелось поверить в них хотя бы на вечер!

Их губы оказались совсем близко, почти соприкасаясь. Лиза ловила чужое дыхание с едва уловимым запахом вина на своем лице, и тело трепетало в предвкушении. Марк терпеливо замер, позволяя ей самой принять решение. Лиза не выдержала наэлектризованного напряжения и коснулась его губ своими. Решение принято.

Губы Марка были мягкими и сухими. Чуть кололась однодневная щетина, но Лизу так давно никто не целовал, что она почти не обращала внимание на то, как протестует кожа на подбородке. Марк мягко отвечал на поцелуй, позволяя Лизе самой задать темп. Она провела языком по его нижней губе и игриво ее прикусила. Марк усмехнулся в поцелуй и притянул ее ближе, прижав к себе.

Лизу не требовалось просить дважды. Она проворно забралась к нему на колени и запустила руку в жесткие русые волосы. Ногтями игриво провела по шее, отчего Марк едва слышно застонал и углубил поцелуй.

Оба распалялись все сильнее. Их тела отделяла друг от друга всего пара слоев ткани, и это препятствие сейчас слишком раздражало.

Руками Марк по-хозяйски задрал подол платья и крепко обхватил ее бедра…

Квартиру огласил громкий звук дверного звонка. Оба замерли, тяжело дыша друг другу в губы. В теле нестерпимо билось желание, и потому Лиза решила не открывать, кто бы это ни был.

Стоило им вернуться к прерванному поцелую, в дверь позвонили снова.

– Вдруг что-то случилось? – шепнул Марк, с явным нежеланием оторвавшись от губ Лизы. Его руки при этом по-хозяйски мяли ее задницу, прижимая к паху, все еще преступно обтянутому жесткой джинсовой тканью.

– Что? Краны у меня закрыты, никого не затоплю. Дымом не пахнет. Газ перекрыт. На остальное плевать. Я никого не жду.

Звонок повторился.

– Открой. – Марк мягко отстранил ее от себя.

Ругаясь сквозь зубы, Лиза сползла с колен Марка, одернула платье и направилась к двери. Тому,