Полдень XXI век 2002 №3 - Ксения Сергеевна Букша

В общем, ситуация назревала грустная-прегрустная, как доложил Петя Варвар редактору журнала «Специалист».

— Пиратов купит Веселуху с потрохами, — мотнул он головой. — Может быть, до обеда, но думаю, что скорее часам к четырем.

На Пете был махровый шарф, ботинки с тяжелыми подошвами, и был он без шапки. Утренние сумрачные аллеи вздрагивали от полицейских разворотов его «Ауди».

— Дайте мне освещать это дело, — присовокупил Петя Варвар.

Он хотел сказать: «Дайте мне срубить на этом капусту». Петя обожал всякие слияния и поглощения. Будь его воля, он бы устраивал их сам, только для того, чтобы посмотреть на круги по воде и содрать бабки со всех сторон-участников.

— Освещай, — махнул рукой редактор «Специалиста» и, когда Петя, крутнувшись, выбежал, грустно повернулся к ведущему журналисту Кате Рунновой и сказал:

— Жалко Яна Веселуху. Симпатичный мужик на самом деле.

Редактор «Специалиста» считал, что к сорока годам мужчина обязан вырастить пузо, посадить печень и построить жену с тещей. Самому ему было еще тридцать восемь, но он уже успел все это совершить, особенно насчет пуза — красивое, круглое и желто-розовое, веселое, оно вываливалось из штанов, и рубаха на нем не сходилась.

— Веселуха — это такой белесый, мордатый, — уточнила Кати Руннова. — Физик. Да, ничего, — объективно согласилась она. — Прогрессивный. Я на него давно смотрю... Он мне тоже нравится.

— Средний класс, — с придыханием сказал редактор.

Надо сказать, что средний класс был для журнала «Специалист» не просто целевой аудиторией, но объектом поклонения. Редактор так и видел их: молодых, прогрессивных, успешных, облитых рассветным сиянием, с кружкой хорошего кофе и «Специалистом» в руке. На изучение их привычек, нравов и потребительских предпочтений уходила половина бюджета «Специалиста».

— Ходят слухи, — поведал редактор, поворачивая бульдожью шею к Кате, — что Веселуха отправил свою жену за измену в средние века, а любовника — в блокаду.

— Он ведь ученый, зачем он бизнесом занялся? — пожала плечами Катя Руннова. — Сидел бы. Съест его теперь Пиратов.

Поглощение для них было делом свершившимся, слишком хорошо они знали нравы бизнес-сообщества. Агрессивная неожиданная атака, когда противнику не дают опомниться, поддержка властей, — несчастную жертву валяют по полу за косичку и хорошо еще, если не заводят уголовное дело.

Сквозь голые деревья лился свет сквозной, яблоки с крепким стуком падали с ветвей, птицы кричали, в последний раз перед зимой глядя круглыми глазами на Родину. Журналисты толпой, как стервятники, слетелись к заводу и ждали исхода. Паша Ненашев вошел в кабинет к Веселухе и доложил:

— Уже семнадцать процентов.

Веселуха взял душераздирающий септаккорд си-ре-фа-ля-бемоль, разрешил его в спокойный ре-мажор и посмотрел на Пашу. Воздух вокруг директора сиял.

— Ну, как знаете, — сделал морду Паша и выбежал к людям.

Топая, как белый охотник, подскакал к Паше Петя Варвар, выпучил пронырливые глаза и таинственно зашептал:

— Тыща баксов, и я изображу вас невинной жертвой.

— Погоди хоронить, пацан, — предостерег Паша.

— Торгуетесь, что ли? — обиделся Петя Варвар. — Смотрите, напишу, что вы не менеджер!

— Не пили пока ничего, — дружески посоветовал ему Паша. — И не мечись, как какашка в проруби, если хочешь стать опытным журналистом.

— Да ведь все ясно! — завопил Петя, размахивая шевелюрой. — Вопрос в сумме!

Паша мотнул головой. На крыше Рябинин и Денежкина держали за локти рабочего и не давали ему пилить, а тот махал пилой:

— Двадцать пять процентов!

Обстановка накалялась, толпа росла. Журналисты и представители общественности дрожали, курили и кусали сухие травинки.

— Посмотрите, какая там толпа, — сказал Паша.

Веселуха сидел спокойный и расслабленный и ел оливки.

— Херово, — продолжил Паша. — Вас это не тревожит?

Он верил в шефа, но помнил, как тот себя вел, когда Лукин попытался взять власть в свои руки. Веселуха исполнил на гитаре начало арии князя Галицкого «Только б мне дождаться чести на Путивле князем сести» — это была ирония в адрес Пиратова.

— Не ждите до последнего момента, — попросил Паша Ненашев.

Самый кайф именно в том, чтобы дождаться последнего момента, все российские государи управляли именно так, — как Паша этого не понимает?

А захватчик Пиратов в этот момент методично ходил по кабинету, — теплый воздух из электронагревателей обдувал его со всех сторон, как ветра мыса Горн.

— Тридцать пять процентов, скоро ватерлиния, — пошутил он. — «Титаник» тонет. А что Веселуха, он уже дал интервью журналистам?

— Не дал, — ответил заместитель, он же племянник. — Только дал себя сфотографировать. Сидит у себя в кабинете по слухам, ест маслины.

— Рябчиков жуй, — Пиратов сложил губы в трубочку и покрутил хвостом. — А... что этот Ненашев там бегает туда-сюда?

— Неймется, — объяснил заместитель.

Им было видно в бинокль, как за Невой тонул завод Веселухи. По крыше бегали представители сторон, обвиняя друг друга. Госпожа Денежкина применяла всякие цыганские хитрости — прятала пилу, которой рабочие пытались распилить завод, путала проценты, — но доля все равно неумолимо росла. Однако росла не только доля: время тоже не стояло. Легкие тени удлинялись; по двору среди толпы взметались сухие скрюченные листья, пыльные и ломкие. А Веселуха в прохладном кабинете и в ус не дул: ел себе маслины, а косточки выкладывал перед собой на стол.

— Сорок процентов.

Рябины красной много на ветвях; за лесом еле теплится солнце. Космический, гранитный холод. Петя Варвар, топая, ворвался в редакцию «Специалиста», сел на компьютер, как коршун на пень, хлопая крыльями, и пошел тарахтеть. Редактор, колышась, встал за его спиной.

— Нехорошо, — сказал он зловеще. — Поглощение еще не состоялось, а ты уже пишешь о нем как о свершившемся факте.

— Я хочу успеть быстрее всех, — возразил Петя Варвар, честно глядя редактору в глаза.

— А спорим, что никакого поглощения не будет? — редактор неожиданно для самого себя протянул Пете влажную ладошку.

Петя закудахтал и захлопал себя по бокам.

— Как это не будет, если Пиратов купил уже сорок три процента?

«Как это не будет, — хотел он сказать, — если мне уже заплатили?»

— А если не будет? — спросил редактор весело.

Петя Варвар самоуверенно хмыкнул:

— А если не будет, можете меня уволить.

— Заметано, — сказал редактор. — Со своей стороны, если поглощение состоится, я уйду