Системный рыбак 18 - Сергей Шиленко

Солдаты переговаривались вполголоса, команды передавали жестами. Несколько суток Гхор потратил на то, для чего молодые жалеют времени: подошёл без следа и выбрал точку удара. У стенобитных рам в последний раз проверяли крепёж, пока тягловые твари лежали в упряжи, положив морды на камень. В рядах не горело ни единого огня, поскольку скрытность Гхор ставил выше удобства.

Ближе к голове колонны отдельной группой ждали ловчие с мотками сетей и шестами с петлями. Позади стояла клетка на полозьях. Гхор помнил приказ Лорда: верхового не калечить. Никакого огня, никаких затянутых на шее петель. Доставить живым и говорящим.

Сам Гхор стоял перед грядой глыбой темнее ночи. Вплавленные в плоть полосы металла шли от локтей к запястьям, ловя слабый отсвет дымки. У ноги полководца лежал приземистый зверь ростом ему по грудь, покрытый вдоль хребта наростами костяных пластин. Все пять хвостов шевелились порознь, хлестали по камню. Гхор опустил ладонь, заставив их тоже замереть.

Вход находился здесь. Следопыт указал щели, гончая подтвердила след, однако гряда оставалась камнем с лишайником. Хорошая работа, оценил Гхор ещё в первую ночь. Такую защиту можно ломать день или три, пока город внизу готовится, поэтому он выжидал и выбирал место с менее плотным узором маскировки.

По камню под ногами прошла дрожь, волной поднявшись из глубины через всю гряду. Зверь вскинул голову, расправив хвосты веером. За спиной по рядам прокатился короткий лязг.

— Стоять, — негромко бросил Гхор, не оборачиваясь. — Ждите моего слова.

Армия замерла, лязг стих.

По гряде, где только что лежал голый камень, прошла рябь. Маскировка мигнула, на секунду скала поплыла, и в сером проступили широкая арка с вратами и каменная завеса в глубине.

Что стряслось у хозяев города внизу, Гхор выяснять не собирался. Маскировка могла восстановиться в любую секунду. Бить надо сейчас.

— Рамы, по контуру! — проревел он. — Бей!

Первый удар полководец нанёс сам.

Полосы металла на предплечьях налились тусклым багровым светом, и кулак лёг точно в проступивший контур. Гряда ухнула. В ту же точку одна за другой ударили подготовленные техники, вслед за ними сорвались снаряды рам. Над грядой поднялась туча каменной пыли и зависла.

Формация выдержала три удара. На четвёртом по контуру арки пробежала трещина, разошлась паутиной, после чего каменная завеса просела и рухнула внутрь. Из пролома дохнуло тёплым воздухом. Гхор втянул запах очагов и мокрого камня, предвкушая добычу. Внизу жил город, который не ждал гостей.

— Ловчие, во второй ряд, сети к рукам! — Гхор развернулся к строю и махнул рукой в сторону пролома. — Верхового с острогой брать живым. Остальные в пищу. Вперёд!

Он первым шагнул в пролом, а зверь держался рядом у ноги, разом шевеля всеми пятью хвостами.

Демоны входили в Грот.

Глава 7

Я перестал наращивать витки и удержал те, что уже выстояли. Воронка ударила в них, снова попробовала развернуть, но рисунок остался на месте. Расшириться я ему больше не позволил.

Гул под рёбрами стал ниже.

Я свёл отводные рукава к середине, оставив между ними одинаковые промежутки. Пустота шла по ним, возвращаясь к оси. Резь в море души стихла, и я наконец разжал зубы.

Вот так, теперь не торопись.

Сквозь камень по-прежнему тянуло. Приходилось держать каждый изгиб, пока поток не перестал срываться с заданных витков. Лишь после этого я уменьшил приток. Воронка чуть замедлилась, её края отступили от стен моря души, а с каждым оборотом серая толща плотнее собиралась вокруг оси, освобождая внутреннее пространство.

Что-то стукнуло по полу, и после долгого гула звук показался удивительно громким.

Я открыл глаза. С остроги упал небольшой камешек. Древко больше не дрожало, пыль опускалась на плиты. Вульфрам стоял возле Дины, нахмурив белые брови.

— Закончил ломать гору?

— Пока проверяю.

Внутренний взор вернулся к потоку. Теперь тот вращался в плотном сером вместилище, которое отзывалось за грудиной, чуть глубже привычного ощущения тела. По сравнению с двумя морями оно казалось маленьким, граница ещё оставалась неровной. Я осторожно отвёл струю и вернул назад. Граница выдержала.

Я отвлёкся на Дину, посмотрел на треснувший круг и лишь потом вернулся внутренним взором к потоку. На месте. Раньше за это время успела бы распасться капля, над которой я возился полчаса. А теперь внутри вращалась целая серая толща, и я мог просто смотреть на неё, ничего не удерживая.

Это был зародыш третьего моря. Конечно, до настоящего Моря Пустоты ему ещё расти, зато теперь я мог накапливать собственную Пустоту.

Положив ладонь на грудь, я несколько раз вдохнул без рисунка техники. Приток из зала ослаб, затем прекратился. Вместилище сохранило форму. Первое море было полно, во Втором багровая поверхность мерцала фиолетовым, а гримуар лежал под своей сетью. Оба моря и всё, что находилось в них, уцелели.

Серыми оставались только письмена на стенах.

Я мысленно позвал Систему, но в ответ пришла тишина.

Привычка, оказывается, сильнее любых открытий. Сижу посреди разбитого круга, сам только что удержал Пустоту, а всё равно хочется увидеть знакомое окно. Без помощи наследия даже простая капля отнимала минуты. Сейчас я мог повторить несколько выученных приёмов, остальное предстояло восстанавливать по памяти, с ошибками, на которые не всегда найдётся время.

Мастер оставил мне инструмент. Вряд ли требование идти дальше означало, что инструмент следует выбросить.

Я снова приблизился вниманием к письменам. Вынутая водная основа проходила через всю вязь, но сами знаки уцелели. Помнил даже место, откуда извлёк последнюю жилу. Там строки сходились у нижней границы моря души, образуя тесное переплетение.

Если сила вышла отсюда, здесь же может войти обратно.

— Хочу запустить наследие от Пустоты.

— Малой струёй, — Вульфрам придвинулся, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь. — Если знаки начнут расходиться, сразу прекращай.

— Сам не хочу собирать их по всему морю.

Я протянул от зародыша тонкую нить, но у первого знака она замерла. Пришлось прижать её к углублению, в котором раньше двигалась вода, и удерживать несколько мгновений.

На дне письменной бороздки проступил голубой отсвет.

Серая струя сама прошла дальше. Следующий знак засветился целиком, а за ним ожил участок строки длиной с ладонь. Я добавил силы. Свет двинулся по дну двумя расходящимися полосами и поднялся на стены. Вязь постепенно обретала глубину.

Пожалуйста. Ещё немного.

Перед глазами дрогнули буквы.

Начата инициализация.

Я рассмеялся и одним выдохом выпустил весь воздух, а Дина тут