Обратный отсчет - Токацин

под нестройное рявканье и рык привстаёт со дна долины и тянется головой к холму. — Иди в цех, скажи всем, чтобы оружие и насмешки держали при себе. А мы с Гедимином за Джагулом присмотрим.

Ещё через пару секунд переговорщик из племени Хеллуг стоял на обрыве и нервно скалился. Расступившиеся Скогны держали оружие наготове и смотрели недобро. Гедимин машинально прикинул прочность джагульского костяного панциря, процент незащищённого тела и возможный эффект от применения колёсометалки в закрытом помещении. Результаты расчётов ему не понравились.

— Иди за мной, — негромко сказал Джагулу Вепуат. — Внутри Скогны, и тебе они не рады. Встанешь, где я скажу. Всё увидишь и пойдёшь к своим.

Джагул шумно выдохнул, в его груди что-то зарокотало. Гедимин покосился на генератор защитного поля. «Печи. В первую очередь прикрыть печи. Местные между собой разберутся, а цех мне нужен целым.»

Вепуат, в один шаг пройдя сквозь расступившуюся толпу, сел на пол и схватил Скогна-стеклодува за плечо. Тот, нелепо махнувший было трубкой, замер и медленно опустил её вместе с почти готовым сосудом. В цехе стало очень тихо, только слышно было, как гудит в воздуховодах горячий газ.

— Это называется «стекло», — буркнул Гедимин, подталкивая Джагула к поддону с готовыми изделиями. — Материал для ёмкостей и украшений.

Джагул шумно выдохнул. Когтистая лапа потянулась к светящемуся стеклу и замерла на полпути — видимо, кочевник почувствовал жар.

— Нет слышу про такой вещь, — проговорил Джагул, разглядывая кривые сосуды. — Блестящий и прозрачный. Оно горячий всегда?

— Остынет — будет холодное, — отозвался Гедимин. — Его делают из горячего расплава. Смотри на Скогна!

Стеклодув, опомнившись, перевёл взгляд на остывающий на трубке сосуд, сердито пискнул и сунул недоделанную вещь в печь. Джагул замер на месте, повернувшись к ней. Он не шелохнулся, пока Скогн формировал из нагретого расплава высокое горло сосуда, пока пытался выправить перекошенную стенку, снова нагревал пузырь перед нанесением клейма — и, наконец, отсёк горловину от трубки. Ещё одна горячая ёмкость легла на поддон. Гедимин отметил, что она длиннее и тоньше остальных и, в целом, выглядит аккуратно, несмотря на так и не выправленную вмятину.

— Металл, но прозрачный, — медленно проговорил Джагул, занося когти над остывающим стеклом. — Или вода, но твёрдый? Лёд нет бываю горячий. Это плавлюсь. Как это становлюсь пузырь? Почему твердею?

— Свойства материала, — отозвался Гедимин, следя за его рукой. Джагул подносил её то к одному сосуду, то к другому, как будто примеряясь — но в раскалённое стекло пальцами не лез. «А ему всерьёз интересно,» — подумал сармат. «Не ожидал…»

Когти Джагула с треском опустились на стеклянный пузырь. Скогны заверещали. Вепуат пронзительно взвизгнул, загораживая собой весь проход; перья на его плечах встали дыбом. Джагул, ничего не замечая, рассматривал свои когти. Невредимый стеклянный сосуд лежал на поддоне, только чуть откатился в сторону.

— Оно нет лопаюсь, — медленно сказал Джагул. — Оно очень твёрдый. Кто это делаю? Нет карлик. У карлик такое никогда нет. Ты такое придумаю?

Он смотрел на Гедимина. Тот с кривой ухмылкой кивнул на Вепуата.

— Ну да, мы. В основном он. Нравится?

— Стеклянную вещь можно разбить, — сказал Вепуат, беря в руки почти остывший сосуд. — Но осколки можно переплавить и сделать новую. Стекло — как металл. Только его не льют и не куют, а выдувают. Вот такими трубками. Получаются тонкие прозрачные стенки. Можешь подержать, только сильно не сжимай.

Протянутая ладонь Джагула едва заметно дрожала. Он неловко обхватил когтистыми пальцами стеклянный пузырь. Миниатюрный сосуд как раз уместился в ладони — наружу даже горловина не торчала. Джагул поднёс руку к лицу, ткнулся носом в стекло и, прежде чем Гедимин предупреждающе вскрикнул, попробовал его на зуб. Пузырь зазвенел. Существо отдёрнуло руку и коротко рявкнуло.

— Это не едят, — ровным голосом сказал Вепуат. — В это наливают жидкости.

— Джагул знаю, — угрюмо отозвался переговорщик, зажимая горловину в пальцах и глядя на просвет. — Странный вещь. Как делаю Куэнн. Тут печь? Кто строю много печь?

Вепуат отобрал у Джагула сосуд и под верещание Скогнов вернул в поддон.

— Это наши печи, — сказал он. — Тут будут работать наши союзники — Скогны и Сэта.

— Сэта⁈ — в монотонном голосе маски внезапно прорезались интонации. — Сэта работаю здесь? С карлик⁈

— Равным Куэннам виднее, кто с кем должен работать, — подал голос Руниен, наблюдающий за сарматами и их «гостем» с явным неодобрением. — Тебя никто не спросил. За тобой мастерскую придётся заново благословлять. Иди вон!

Со всех сторон радостно заверещали. Гедимин угрюмо сощурился.

— Карлик и раб карлик нет кто спрашиваю, — огрызнулся Джагул, оглядываясь по сторонам. — Чёрный панцирь много строю. Много странный вещь. Джагул смотрю мирно. Ухожу мирно.

— Правильно, — кивнул Вепуат. — Пока вы приходите с миром, вам тут никто не навредит. Джагулы тоже могут делать вещи из стекла. Если захотят научиться.

Джагул промолчал. Больше он не сказал ничего, пока сарматы провожали его к обрыву под визг и верещание сердитых Скогнов. Животное, терпеливо сидевшее под скалой всё это время, мотнуло головой, привставая на передних лапах. Джагул спрыгнул на его лоб, уцепился за выступы брони и исчез в какой-то нише. «Зверь», склонив голову к земле, побрёл вдоль обрыва к соседней долине.

— Говорил же — без шпионажа не обойдётся, — пробормотал Гедимин, провожая кочевников угрюмым взглядом. — Ты что, их тоже хочешь пустить в цех?

Вепуат пожал плечами.

— Если от этого на холме и вокруг него станет спокойнее — сколько угодно. Только сначала потренируемся на Сэта. Я думаю — завтра пойдём за шихтой и пригласим их в цех.

— Скогнов завтра отсюда придётся выдворить, — сказал Гедимин, глядя на взволнованно верещащих аборигенов. Они даже про остатки стеклянной массы забыли — все сбились в толпу посреди цеха и о чём-то галдели. В центре толпы стоял помрачневший Руниен.

— Не моё дело давать вам советы, — медленно проговорил он, поворачиваясь к сарматам. — Но ты, Вепу-а, доверяешь кому ни попадя. Давать Джагулам Куэннские кристаллы! Эти твари из всего сделают оружие. Не учи ничему кочевников. Что ты им дашь — тем они тебя и убьют.

— Здравые рассуждения, — раздался в дверном проёме холодный голос Гварзы. — Хепри! Опять собрал в одном помещении представителей враждующих видов? И опять без предупреждения? Как