Фантастика 2026-159 - Анна Сергеевна Платунова

Рост уехал в направлении герцогства Мора. Я не знаю, что они планируют, но информация о том, что корона формирует артиллерийское подразделение, может ускорить их действия.

– Рост уехал к Мору? – Вейн спросил это спокойно, но его интонация изменилась.

– Предположительно. Он выехал по западному тракту без объявлений, без прощания с остальной делегацией.

Вейн посмотрел на Лора. Тот ответил взглядом.

– Это информация для Берта, – сказал Вейн.

– Берт знает.

– Хорошо. – Вейн положил руки на колени. – Генц, запиши: первый учебный отряд, пять человек плюс офицер, срок командировки – месяц, место – баронство Валье, цель – освоение нового вооружения. Формулировка для приказа: «специальная инспекция по поручению полковника».

– Не инспекция, – поправил Лор. – Инспекция привлечёт внимание. Лучше «ознакомительная поездка по линии снабжения восточных провинций». Снабженцы ездят постоянно, никого не удивит.

Вейн кивнул.

– Так и запиши.

Генц записал.

– Когда? – спросил я.

– Через три недели после вашего возвращения. Лору нужно время отобрать людей. И мне нужно время согласовать с Бертом.

– Через три недели у меня должна быть готова вторая печь. Это удачно: Лор увидит полный цикл производства.

Вейн встал. Протянул руку снова.

– Барон. Я тридцать лет служу в армии Аркена. Я видел, как менялись тактики, как появлялись и исчезали новые виды оружия. Арбалет, усиленный лук, стальная кираса. Каждый раз кто-то говорил, что это изменит войну.

– И менялось?

– Ненадолго. Потом противник находил ответ. Но то, что я видел вчера, – он посмотрел на пролом в стене, – это другое. Потому что ответа пока нет.

– Ответ найдут, – сказал я. – Это вопрос времени.

– Значит, нужно использовать время, пока его не нашли.

Он пожал мне руку и ушёл. Лор задержался на шаг.

– Барон, – произнёс он, – у меня есть человек в отряде. Сержант Виг. Четырнадцать лет службы, три кампании. Хорошие руки, спокойная голова. Он первый, кого я возьму.

– Хорошо.

– Он боится магов, – добавил Лор. – Как все нормальные солдаты. Когда он увидит, что аркебуза пробивает щит, он перестанет бояться. И это будет важнее любого учебного плана.

Лор кивнул и пошёл за Вейном.

Я остался на плацу. Бурт из-под полога пушки наблюдал за мной.

– Хорошие люди? – крикнул он.

– Нормальные, – ответил я.

– Нормальные – это хорошие, – рассудил Бурт и вернулся к чистке ствола.

Крейн пришла вечером.

Не записка, не посыльный. Пришла лично, в тёмном платье без знаков Гильдии, с накинутым капюшоном. Олаф впустил её после того, как убедился, что за ней никто не шёл.

– Последний раз, – сказала она, входя. – Дальше мне нужно быть осторожнее.

Она села. Я налил ей воды из кувшина.

– Я уезжаю послезавтра, – сказал я.

– Знаю. Берт передал. – Она отпила воды. – Я тоже уезжаю. Через три дня. Обратно в Совет.

– Как там обстановка?

– Хельм доложил Совету результаты. Формулировка: «Корона применила статью четырнадцатую Основного уложения, установив прямую юрисдикцию над эфиритом и связанным производством. Гильдия сохраняет право доступа к сводным данным инспекций. Дальнейшие действия требуют переоценки стратегии». – Она произнесла это наизусть. – Обратите внимание: «переоценка стратегии». Не «отступление», не «поражение». Переоценка.

– Хельм сохраняет лицо.

– Хельм сохраняет позицию. Это важнее лица. Совет проголосовал шесть к четырём с одним воздержавшимся: принять текущую ситуацию как «временное состояние» и провести внутреннюю ревизию отношений с короной за последние двадцать лет. Ревизия займёт полгода. За это время Хельм найдёт новый аргумент.

– Какой?

Крейн поставила кружку.

– Пока не знаю. Но у Хельма есть одно качество, которое делает его по-настоящему опасным. Он учится. Сегодня он проиграл, потому что не понимал, как работает ваше оружие. Через полгода он будет понимать. Не как инженер, а как юрист: где уязвимые точки в системе снабжения, в лицензии, в контрактах.

– Что вы рекомендуете?

– Не давать ему точек. Каждый документ, который вы подписываете с казначейством, должен быть безупречным. Каждый отчёт инспектору, каждая передача эфирита. Если Хельм найдёт формальное нарушение, он использует его как рычаг. Не для суда, а для пересмотра условий лицензии.

– Понимаю.

– Ещё одно. – Крейн помедлила. – Рост.

– Что с Ростом?

– Он не вернулся в Совет. Хельм послал запрос: Рост ответил, что задерживается «по личным обстоятельствам». Хельм не стал настаивать. Это необычно.

– Почему необычно?

– Потому что Хельм контролирует своих людей жёстко. Если он не стал требовать возвращения Роста, значит, либо Рост ему больше не нужен, либо Хельм знает, где Рост, и это его устраивает.

Я молчал.

– Западный тракт ведёт к Мору, – сказала Крейн.

– Я знаю.

– Если Рост у Мора, это означает, что информация о вашем оружии, о демонстрации, о статье четырнадцатой поступит к маршалу из первых рук. Не из слухов, не из донесений. От члена Совета Гильдии, который лично присутствовал на заседании.

– Рост не присутствовал на демонстрации.

– Рост присутствовал на заседании в тронном зале и на закрытых совещаниях делегации. Он знает позицию короля, аргументацию Хельма, вашу тактику. Он знает, что король на вашей стороне. Для Мора это ценная информация.

– Что Мор с ней сделает?

Крейн встала.

– Мор – маршал. Он командует армией. Если он решит, что корона ослабляет его позицию в пользу провинциального барона, он будет действовать. Не через Гильдию, не через суд. Напрямую.

– У короля есть документы о его измене.

– Документы на экспертизе. Экспертиза займёт время. Мор знает это и будет использовать окно. – Она накинула капюшон. – Берегите баронство, барон. Следующий удар придёт не оттуда, откуда вы ждёте.

Она вышла. Олаф закрыл дверь за ней и встал рядом.

– Весёлая женщина, – сказал он.

– Она не весёлая. Она точная.

– Это хуже, – ответил Олаф.

Следующий день я провёл за двумя делами.

Первое – встреча с Лором на плацу. Мы разобрали пушку при нём. Серт объяснял устройство ствола, Бурт показывал лафет, я рассказывал про эфиритовые вставки, не вдаваясь в процесс впайки. Лор слушал, задавал вопросы и записывал в маленькую записную книжку, которую носил за голенищем.

Он задал один вопрос, который меня остановил.

– Если пушка пробивает каменную стену, значит ли это, что стены больше не нужны?

Это был вопрос, который Виктор Громов задал бы на полигоне НИИ