Кастелламмарская война - Наиль Эдуардович Выборнов

— Теперь про точки Вито, — сказал я.

Все посмотрели на меня. Ну да, я ведь мог забрать их себе, но я этого делать не собирался. Более того, я хотел дистанцироваться от криминального бизнеса, получать долю и вмешиваться только если возникнут непредвиденные ситуации. У меня вполне себе получилось это сделать во время поездки на Кубу. Бизнес продолжал работать, и я не понадобился.

Так что пусть так будет и дальше. А я организационные вопросы буду решать, почему нет. Заодно и у закона ко мне будет меньше претензий. Хотя, конечно, если раскроется мое участие в том же покушении, то, что я убил Вито…

Ладно, все следы я затер, так что там все не так просто.

— Делите эти точки между собой, — сказал я. — Поровну. Все, кроме борделей…

Они расслабились. Все стало ясно более-менее, так что ссориться не из-за чего.

— Но парни, учитывайте, что с наркотой мы завязываем, — сказал я. — Потихоньку сворачивайте дела, мой вам совет. Это скоро станет общепризнанной точкой зрения.

— Почему? — спросил Адонис. — Наркотики — большие деньги.

— Наркотики — это большие сроки в перспективе, — ответил я. — А доказать их проще, чем убийство даже, там все сводится к свидетельским показаниям. Если мелкому дилеру захочется отмазаться — он просто сдаст того, кто выше. Тот сдаст тебя — пожизненное сидеть никому не хочется.

— Так их ведь можно…

— Всех не убьешь, — я покачал головой. — Сворачиваемся. Да и. Парни, вам самим хочется травить людей? Ладно алкоголь — от него большого вреда нет. Но что бы вы сами сделали с теми, кто продает наркотики вашим детям? Да, пусть когда они повзрослеют уже, но все равно.

Я усмехнулся. Парни задумались, это было явно видно. Да только вот это, очевидно, сразу не сработает, все-таки большие деньги, да еще и быстрые — это соблазн. Чтобы выкорчевать этот бизнес из структуры мафии, мне придется потратить достаточно много сил и времени. Но, надеюсь, получится. Если Комиссия официально запретит торговать наркотиками, все будет проще.

Правда и сложнее одновременно. Если парень, попавшийся с наркотой, будет знать, что у него два пути — тюремный срок или смерть от рук своих же товарищей, он гораздо охотнее пойдет сотрудничать со следствием. Так что тут нужно переформатировать сознание, чтобы парни сами отказались связываться с этой дрянью. Идеи по этому поводу у меня есть.

Проблема только в том, что Лучано до моего вселения сам активно торговал наркотой. Но это ладно.

— Бордели на тебе, Джо, — кивнул я на Адониса. — Я передам их тебе лично, потратим пару дней, познакомлю со всеми. Думаю, у тебя все получится.

Опять же, дистанцироваться. Проституцию не зря называют самой древней профессией, так что никуда от нее не деться. Не возьмемся мы — возьмется кто-нибудь другой, и на этом он может заработать гораздо больше денег, а потом сковырнуть нас с вершины организованной преступности. Когда мы на нее заберемся, конечно.

Плюс это не только деньги, но и компромат, связи. Но тут тоже можно смягчить углы — нормировать как-то рабочий день, платить достойную зарплату, устраивать регулярные медосмотры, раз уж у нас есть прикормленные врачи. Лечить опять же за свой счет. Придумать что-то можно, короче говоря.

Ну и естественно не сажать работниц на наркоту, заставляя обслуживать мужиков день и ночь. Сейчас вроде такого особо не делают, но в будущем станут.

Радости особой на лице у Джо не было, правда говоря. Ну да, я передал бордели Вито, а тот вдруг взял и умер. И теперь он может опасаться, что с ним случится то же самое. Но нет, он все-таки один из самых верных моих людей, опять же друг детства из той же банды, что и Багси с Лански.

— Есть вопросы? — спросил я у парней.

— Все понятно, босс, — ответил за всех Бруни.

— Все. Расходимся, — я затушил сигарету в пепельнице. — Действуем как договорились, самое главное — никому ничего не говорим, держим язык за зубами. Если будут вопросы, звоните мне. Все понятно?

Все кивнули.

Люди стали вставать, собираться. Адонис застегнул пальто, надел шляпу, Коппола и Биандо пошли к лестнице.

— Винни, останься, — сказал я. — Сегодня повозишь меня, есть дела. Подожди наверху.

— Да, босс, — кивнул он.

Я посмотрел на парней, которые постепенно расходились. Сейчас все не так плохо, мы можем встречаться в этих барах и клубах. А ведь скоро за нами начнут следить. И даже если кого-то освободят по условно-досрочному, ему нельзя будет попадаться в компании других известных преступников. И как тогда вести дела?

Ладно, до этого еще не скоро, только в семидесятых начнется. И до этого надо еще дожить.

Все ушли. Задержались только Багси и Мейер.

— Надо поговорить, Чарли, — сказал тихо Мей. — Кое-что прояснилось по поводу нашего друга Голландца.

Ну уж кого-кого, а его я другом не назвал бы. Это однозначно. Ублюдок он тот еще, но это ладно. Мы с ним разберемся чуть позже, это точно, да.

— Хорошо, — сказал я. — Пошли за стойку, выпить хочется.

Сложный сегодня день, очень сложный. Встреча с Массерией еще эта все нервы вымотала. И опять прятаться на съемных квартирах, скрываться от слежки, Паппалардо ведь наверняка кого-то за мной отправил, не поверю, что эта тупая псина откажется от того, чтобы попытаться изобличить меня перед боссом.

А ведь он даже на дуэль согласился. И если бы не Джо-босс, то мы порезали бы друг друга. Это точно.

Я подошел к стойке, наклонился, вытащил из-под нее бутылку виски и три бокала. Похозяйничаю немного в запасах Джонни, все равно ведь придется платить за аренду зала, хотя бы двадцатку оставить за беспокойство. Но места для встреч тоже придется менять, слишком уж часто мы тут бываем. А привычка не только облегчает жизнь, но и укорачивает ее. Или ведет к закономерному тюремному сроку.

Разлил, подтолкнул ко всем, глотнул сам.

— Ну, так что там? — спросил я.

— Связался я с этой шварце, — проговорил Багси. — Она сперва даже разговаривать не хотела, знает же, что мы раньше вели дела с этим шмуком, Шульце. А потом Мей уже договаривался.