Ученик гоблина 5 - Марко Лис

Слуга споро закрыл за собой тяжёлые двери и быстрым шагом пересёк просторную комнату. Остановившись на почтительном расстоянии от массивного стола, он низко поклонился и доложил:

— Лазутчик успешно внедрён в отряд.

— И старая жаба совершенно ничего не заподозрила? — в голосе драконида скользнуло лёгкое недоверие.

— Нет, господин. Чтобы гарантированно усыпить бдительность шамана, мы отвлекли его внимание, подсунув ложные цели. И старик проглотил наживку.

— Ты вместе со шпионом отправил обманку, чтобы та приняла на себя весь удар и отыграла роль громоотвода? — драконид наконец оторвался от чтения. Он прижал чешуйчатый палец к пожелтевшей странице, чтобы не потерять место, где остановился, и медленно поднял давящий взгляд на слугу.

— Всё именно так, хозяин, — склонил голову Форк, сохраняя безупречную осанку. — Мы вновь привлекли пару Высших, которых ранее уже использовали, чтобы подольше задержать шамана в городе.

— Объяснись.

— Нам стало известно, что приглашение шамана неожиданно решило принять сразу несколько Пробуждённых. Если бы вместе с ними у ворот появился ещё и наш лазутчик, это гарантированно вызвало бы закономерные подозрения у старого гоблина.

— Резонно.

— Поэтому мы сыграли на опережение и решили сами определить, на кого именно он обратит своё внимание.

— Молодец, — после недолгой паузы одобрительно кивнул драконид, и на его морде мелькнуло подобие хищного оскала. — Радует, что ты учишься на ошибках. Судя по всему, очень дорожишь своим теперь уже единственным сыном.

При упоминании сына по телу слуги пробежала едва заметная судорога.

— Благодарю за похвалу, хозяин, — выдавил из себя Форк, ни единой интонацией не выдав бушевавших внутри эмоций. — Служить вам и исполнять вашу волю — огромная честь для меня.

* * *

Четвёртая и пятая орбиты, это довольно сильные рунники, не понимаю почему старик так взъелся на эту парочку. Нет, я слышал весь их разговор от начала и до конца, но разве это серьёзный повод отшивать кого-то и так прессовать только потому, что они не согласились на его предложение сразу? Будто мы сами в этой самоубийственной вылазке добровольно участвовать согласились!

Может всё дело в самом тандеме гоблина и орка? Ну не любит старик племя серокожих, а заодно и своих сородичей, что с теми якшаются.

Впрочем, какими бы ни были мотивы учителя, его деспотизм принёс неожиданные плоды. Мне было безумно интересно посмотреть на чужие сциллы.

Так-то я и до этого дня навидался их вдоволь, благо в Ковенанте рунников хватало. Но существовала принципиальная разница между просто призванной сциллой и сциллой открытой.

В первом случае окружающие могли лицезреть лишь внешнюю оболочку, количество орбит да контуры гнёзд, совершенно не понимая, находятся ли внутри них руны или же там покоятся бесполезные осколки. Пока сам хозяин сциллы не пожелает открыть, всё содержимое сциллы остаётся надёжно скрытым для чужого, зачастую враждебного взора.

Потому-то мне и было так любопытно подсмотреть, чем живут и дышат другие Высшие, какие козыри они прячут в рукавах. И, нужно сказать, в этот момент пялились вообще все, а не только мы с Арахом.

Сразу после этого короткого представления началась суматошная подготовка к выдвижению. Время поджимало. Несколько десятков выносливых лошадей нагружались тяжёлыми сумками с провиантом и снаряжением.

Большую часть поклажи, к моему удивлению, занимали огромные, сочащиеся влагой бурдюки с водой. Со слов Полуухого, радоваться такому обилию воды не стоило. Не меньше половины всех этих запасов в дороге выпьют сами лошади, так что экономить придётся каждую каплю.

Одно становилось понятно — ни о какой езде верхом не могло быть и речи. Слишком много всего нагрузили на лошадей.

— Учитель, вы же продали мой клинок? Дайте пару золотых.

— Это на что тебе сейчас деньги вдруг понадобились?

— Заплачу варроту, чтобы он меня понёс.

— Ножками, ножками, Менос. Не стану я тратить деньги на подобную ерунду.

— Но это мои деньги.

— Да, конечно, твои, нэк, — улыбнулся старый тиран.

Когда с обозом было покончено, учитель занялся распределением сил. Всех Высших он решил разбить строго по парам. Логика его была проста, он объединял опытных рунников с зелёными новичками, чтобы первые приглядывали за вторыми.

Себе в напарники учитель, разумеется, оставил Араха. Ну а я, поскольку Высшим «не являлся», шёл безликим довеском.

К каждой такой получившейся двойке магов старик приписал по десятку обычных бойцов из числа рубак. А дабы в походе не возникало лишней путаницы в иерархии званий и никто не оспаривал приказы, Эрвин, действуя как полномочный представитель сотника Тьяа Ан, объявил о повышении Ирга. Отныне тот становился мастер-десятником, которому подчиняются не только рядовые бойцы, но и назначенные десятники.

Наша маленькая армия наконец-то обрела чёткие контуры.

Труп бывшего сотника, тщательно замотанный в кусок грязной ткани тоже привязали к крупу одной из лошадей. Мертвец покачивался в такт каждому шагу, напоминая всем какая именно участь ждёт тех, кто подведёт Ковенант.

Лошади то и дело всхрапывали.

Мы наконец покинули Сольг. Позади остались высокие стены вольного города, а впереди медленно разворачивалась иная, куда более зловещая перспектива. Мы держали путь к великим солончакам.

Если повезёт, то до полудня доберёмся до этой мёртвой земли.

Мастер-десятник Ирг гнал колонну без жалости, не позволяя наёмникам растягиваться. Его недовольный взгляд то и дело проходился по рядам воинов, и горе было тому рубаке, который осмеливался даже немного сбавить шаг.

Взошедшее солнце уже давно нещадно палило. С каждым часом воздух становился всё более сухим. А с недавнего времени солоноватый привкус пота на губах значительно усилился.

И вот, когда кажущаяся издалека ослепительно-белоснежной равнина солончаков уже явственно проступила на самом горизонте, дрожа в мареве полуденного зноя, наш отряд достиг конечной точки дневного перехода.

Это была последняя обитаемая точка перед границей мёртвого мира — небольшая уцелевшая рощица из пары десятков чахлых дубов. Между искривлёнными стволами лениво журчал ручей с удивительно чистой водой. Это место казалось благословением и проклятием одновременно. Наша последняя стоянка. Последний глоток свежей воды перед тем, как в ночь мы выдвинемся в бескрайнюю соляную пустыню.

— Привал! Расседлать и напоить коней! Наполнить все свободные ёмкости под завязку! — зычный голос Ирга мгновенно распугал отдыхающих птиц.

Многие сразу с огромным облегчением повалились на траву. Учитель Зуг’Гал, даже не вытерев пот со лба, сразу же направился верховью ручья, на ходу делая знак Араху и мне следовать за ним.

— Рассаживайтесь,