S-ранг поневоле: Телекинез в мире Solo Leveling - Мэрроу

Глава 17: Третий путь

На четвёртые сутки она поднялась.

Не в переносном смысле. Физически. Спустила ноги с кровати, сдёрнула датчики — монитор взвыл сиреной, но ей было плевать, — и встала. Босые ступни коснулись холодного пола. Колени дрогнули, но выдержали. Она сделала шаг. Второй. Подошла к окну и рывком раздёрнула шторы.

Сеул лежал перед ней — серый, шумный, деловой. Утреннее солнце отражалось в стёклах небоскрёбов. Где-то там, в нескольких кварталах отсюда, ещё дымились руины башни АОК. Она не видела их из этого окна, но знала, что они там. Знала по тому, как город пахнет — пылью, гарью и бетоном, даже здесь, даже через фильтры больничной вентиляции.

Дверь открылась. Вошла медсестра — молодая, испуганная, с планшетом в руках. Увидела пустую кровать, увидела Тацумаки у окна — и замерла.

— М-мадам, вам нельзя…

— Уже можно, — перебила Тацумаки, не оборачиваясь. — Принеси одежду. Не больничный халат. Нормальную одежду.

— Но протокол…

— К чёрту протокол.

Медсестра выскочила за дверь. Тацумаки продолжала смотреть в окно. Её отражение в стекле было чужим: бледное лицо, тёмные круги под глазами, спутанные волосы, в которых запутались остатки запёкшейся крови. Она не узнавала себя. Вернее, узнавала — но не хотела признавать.

Четыре дня. Четыре дня я провалялась в этой койке, пока мир снаружи решал, что со мной делать.

Где-то в сознании шевельнулся двойник — тот самый, из серого ничто. Она не слышала его голоса, но чувствовала присутствие: слабое, как отголосок чужой мысли. Он был там, внутри, и ждал.

«Не сдохни раньше времени. С тобой интересно».

— Заткнись, — прошептала она своему отражению.

Через полчаса ей принесли одежду — простые чёрные брюки, серую футболку, лёгкую куртку. Размер подобрали на удивление точно. Обуви не было — видимо, медсестра не рискнула угадывать. Тацумаки это не смутило. Она оделась, провела пятернёй по волосам — грубо, без зеркала, — и вышла в коридор.

Охрана у дверей напряглась. Двое в форме АОК переглянулись, но не двинулись с места. Видимо, у них был приказ не препятствовать.

— Где выход? — спросила она.

— Прямо и налево, мадам, — ответил один из охранников. — Но председатель Гун-Хи просил передать, что…

— Я возьму его предложение, — перебила она. — Скажите ему.

И пошла по коридору. Босиком. Мимо переговаривающихся врачей. Мимо пациентов в инвалидных креслах, которые провожали её взглядами. Мимо окон, за которыми шумел город.

Она дошла до лифта. Нажала кнопку. Двери открылись — и она оказалась лицом к лицу с человеком, которого не ожидала здесь увидеть.

Это был не Джин-Ву. Не Гун-Хи. Не Чхве Чон-Су.

Это был молодой парень в потёртой куртке, с растрёпанными волосами и нервным взглядом. Увидев её, он вздрогнул, как от удара током, и отступил на шаг назад, вжимаясь в стену лифта.

— Вы… вы Тацумаки-сан? — его голос дрожал.

Она прищурилась.

— Кто спрашивает?

— Меня прислали. Передать сообщение. Вам. Лично в руки. — Он сунул руку в карман и вытащил смятый конверт без подписи. — Там… там внутри всё сказано. Мне больше ничего не велели говорить.

Тацумаки взяла конверт — телекинезом, не прикасаясь пальцами. Поднесла к глазам. Бумага была дешёвой, без маркировки, без адреса. Внутри что-то хрустело — не лист, а что-то плотное, вроде карточки.

— Кто прислал? — повторила она.

Парень замотал головой.

— Я не могу сказать. Мне заплатили. Я просто курьер. Пожалуйста, не…

— Пошёл вон.

Он выскочил из лифта, едва не споткнувшись о собственные ноги. Двери закрылись. Тацумаки осталась одна в кабине, глядя на конверт.

Она могла бы вскрыть его прямо там. Но инстинкт — старый, боевой, выработанный годами в Геройской Ассоциации — подсказал ей подождать. Не здесь. Не в здании, которое принадлежит АОК и, скорее всего, прослушивается от фундамента до крыши.

Она нажала кнопку первого этажа.

Кафе на окраине Ганнама было почти пустым. Утренний час — слишком рано для обеда, слишком поздно для завтрака. Тацумаки сидела в углу, спиной к стене, и вертела в пальцах карточку, извлечённую из конверта.

Карточка была чёрной, глянцевой, без единой надписи. Только серебряный логотип в центре — стилизованный молот. Она уже видела этот символ. На вездеходах в горах. На форме охотников, которых она спасла от крыланов. На саркофаге с Камнем Сновидца.

Гильдия «Молот».

— Чхве, — произнесла она вполголоса. — Решил не ждать, пока я выйду?

Карточка в её пальцах внезапно нагрелась. По чёрной поверхности побежали серебряные строки — буквы, складывающиеся в текст. Это была не магия, а технология: термохромная печать, реагирующая на тепло кожи.

«Тацумаки-сан. Поздравляю с выздоровлением. Если предложение АОК кажется вам… ограничивающим, у меня есть альтернатива. Осколки, о которых вы, вероятно, уже знаете, — их семь. АОК располагает данными о двух. Я — о пяти. Приходите в башню «Молота» сегодня в любое время. Пропуск уже оформлен. Спросите на ресепшене. Ч.»

Тацумаки перечитала сообщение дважды. Потом сжала карточку в кулаке, и та хрустнула, ломаясь пополам.

— Пять Осколков, — прошептала она. — Он знает о пяти.

Двойник в её сознании отозвался немедленно — не голосом, а чувством: одобрение, смешанное с настороженностью.

«Он лжёт. Или не договаривает. Но данные у него есть. Это главное».

— Я знаю, — ответила она себе. — Я знаю, что он лжёт. Все лгут. Но данные есть данные.

Она бросила на стол смятые купюры — те, что успела стянуть телекинезом из кошелька зазевавшегося прохожего по дороге, — и вышла из кафе. Солнце поднялось выше. Город шумел. Никто не обращал внимания на босую женщину в серой футболке, шагающую по тротуару. Мало ли в Сеуле странных людей?

Мало ли в Сеуле S-рангов, способных разнести полгорода?

Башня гильдии «Молот» стояла в деловом районе Йонсан — сорок этажей стекла и стали, увенчанных всё тем же логотипом. Тацумаки подошла к главному входу без колебаний. Автоматические двери разъехались перед ней. Внутри было прохладно и тихо — дорогой мрамор, панорамные окна, охрана в строгих костюмах.

Девушка на ресепшене подняла глаза и улыбнулась профессиональной улыбкой.

— Добрый день. Чем могу…

— Тацумаки, — перебила она. — Меня ждут.

Улыбка девушки дрогнула. Пальцы забегали по клавиатуре. На экране что-то мелькнуло — видимо, подтверждение.

— Да, конечно. Пятьдесят пятый этаж. Лифт прямо по коридору. Вас проводят.

Охрана