Власть отчаяния - Алексей Иванович Гришин

Около построек сидели нечесаные, одетые во рванину взрослые люди, в уличной глиняной жиже копошились чумазые дети вовсе в каких-то обносках, сквозь дырки которых проглядывали голые тела. Грязь, безнадега и смрад, вот что обрушилось на юного короля.

Он растерянно взглянул на проводницу, та подмигнула.

– Не бойся, нам не сюда.

Протиснулись между хлипких построек, обошли какие-то вовсе развалины и в конце концов подошли к двухэтажному каменному дому. Нормальному, если не обращать внимания на обгоревший угол и обвалившуюся над тем углом крышу.

Зато с другой стороны все было цело, даже несколько окон оказались застекленными, а подъездная дверь выкрашена в жизнерадостный ядовито-желтый цвет.

Перед подъездом на скамейках, поставленных вокруг грубо сколоченного из нестроганых досок стола, сидели четверо мужчин. Один здоровяк, загорелый и широкоплечий, и трое худых и вертлявых, похожих на злющих хорьков.

Мужчины играли в карты, при этом трое довольно улыбались, а один из хорьков хмурил брови и кусал губы.

– А вот и мы! – бодро объявила Инес. – Прошу знакомиться, это Мерсье, будет с нами работать.

– На кой ляд он сдался? И с коих пор ты здесь что-то решаешь? – хриплым голосом спросил грустный хорек.

Кажется, здесь ему не очень рады. Вот ведь занесла нелегкая, убираться надо, только как и куда?

– Мне бы только переночевать, – Анри решил не накалять ситуацию.

– Здесь тебе не гостиница, вали откуда пришел, – грустный развернулся и криво улыбнулся щербатым ртом.

А вот это уже плохо. Не пришлось бы колдовать. Так-то не страшно, но спьяну можно кого-то и убить. Все, больше ни капли. Если выберусь, конечно.

– Погодь, Кислый, замолкни. – Здоровяк поднялся и снял с головы старомодную широкополую шляпу. – Гостям мы завсегда рады. Как говоришь, Мерсье? Так вот, Мерсье, иди в дом, Инес поможет расположиться. Отдохни, выспись, а утром поговорим.

И будто случайно достал из-за пазухи вправленный в простую медную оправу крупный розовый камень. Тут же перед камнем возник замысловатый конструкт, а в лоб мальчику ударил фиолетовый магический луч.

Сонное заклятье, в памяти само всплыло определение конструкта. Можно изменить, или вовсе сломать, но зачем? Выспаться надо, а просто так сегодня не уснуть, слишком много всего навалилось.

Подчиняясь волшебству, начали подгибаться ноги, он упал бы, если б Инес не подскочила, не подставила плечо и не помогла добраться до брошенного где-то в глубине дома тюфяка.

У Анри еще хватило сил создать свое защитное заклятье, после чего глаза сомкнулись, и он уснул, будто провалился в спасительную пустоту, где не было ни смерти родителей, ни первой совершенной им кражи, ни этих странных людей, похожих на бандитов, но почему-то предоставивших незнакомому мальчишке бесплатный кров и ночлег.

Проснулся среди ночи по причине вполне естественной – требовалось выйти. А как и куда? Холодная уже сентябрьская ночь, незнакомый заброшенный дом и глухая темень вокруг.

Правда последнее – ерунда, есть в арсенале юного волшебника одна хитрость, которой не раз пользовался в былые времена для ночных проказ. Хм, странно, в последнее время выручают именно такие простые заклинания, а вовсе не те сложные и изящные, которым учил нудный господин Рикетти.

Ой, нет, сейчас не до него, как бы конфуз не приключился. Итак, раз-два-три, нужный настрой, мысленно – заклинание и сложное движение пальцами… готово! Вон лестница, вперед, за угол, плевать на приличия… уф-ф, успел. Надо было подальше отбежать? Ерунда, судя по запаху, местных такие мелочи не волнуют.

А ведь если б не ночное зрение, либо лоб себе разбил, либо опозорился, либо все вместе. Спасибо, господин Рикетти, еще раз. Господи, что же сейчас с вами?

Нет, прочь ненужные мысли! Они – слабость, воин в бою должен думать только о победе. Это уже урок от маршала де Монтсо. А что нужно для победы?

Сейчас – добраться до своего тюфяка и продолжить спать, хотя уже как-то и не очень хочется. Но надо. Вперед.

Анри аккуратно пошел к ночлегу, стараясь не споткнуться. Не хватало еще расшибить себе ногу или сломать, не дай бог. Заклинания исцеления существуют, но одиннадцатилетнему мальчишке они недоступны, не дорос, однако. А искать здесь врача так и вовсе глупо.

Вот и вход в дом. Вошел. Тишина. Странно. Чтобы никто из хозяев не храпел? А что это вообще за дом?

Излишнее любопытство, говорят, кратчайший путь к неприятностям, жаль, что справиться с ним почти невозможно.

Итак, на первом этаже… коридор и шесть комнат, двери закрываются изнутри на щеколды, но сейчас они открыты. И пусты.

В одной, самой большой, широкая кровать, накрытая покрывалом, на вешалке одежда, в серванте, кажется, посуда, едва ли не фарфор и хрусталь. Ясно, здесь живет главный.

В остальных же, поменьше, обстановка победнее. Наскоро сколоченные лежанки, на которых валяются тюфяки, точь-в-точь как у него, но есть еще и одеяла. Подушки, правда, отсутствуют.

Вещи запросто свалены в углы, приобретением другой мебели народ не озаботился. А нет, в одной комнате в наличии шкаф и даже стол. А на столе… зеркало! Да здесь вообще, поаккуратней, насколько можно разобрать магическим зрением.

Оп-па! А ведь комната не пуста. Кто-то даже сладко посапывает на тюфяке, укрывшись с головой одеялом. Инес? Точно. Ее башмаки стоят у кровати. Спит, даже не подумав закрыть за собою дверь. Ну, спокойной ночи, красавица, а мы к себе, на второй этаж.

Но где же остальные? Ночью по карманам шарятся? Работают, как сами говорят?

На втором этаже – разруха и запустение. Единственное спальное место – его тюфяк, на котором без одеяла становится уже холодновато. Ну да ничего, не настолько, чтобы помешать сну. Это усталость или сонное заклятье продолжает действовать? Какая разница, если слипаются глаза…

На рассвете снизу раздался шум, кто-то походил, покряхтел, а потом захрапели двое, четко попадая в такт и контрапункт. Но и эта «музыка» сон не отбила.

Утром проснулся от того, что его грубо толкнули в плечо. Утром? В застекленном, как ни странно, окне видно солнце и, судя по высоте, скоро полдень. Вот это он выспался!

– Вставай, парень, поедим, да надо и делом заняться.

Это кто? Ах да, тот здоровяк, кто, кажется, здесь всеми и командует.

– Меня Анри зовут, – протирая глаза, представился мальчик.

Уселся на тюфяке и снизу вверх угрюмо посмотрел на собеседника.

– Я – Вотур[5]. – Мужчина протянул широкую ладонь и помог встать. – Вчера мы не поговорили, предлагаю исправить эту ошибку прямо сейчас, за завтраком. Инес обещала, что скоро все будет готово. Прошу!

И, взяв гостя за плечи, Вотур легонько подтолкнул его в