Обратный отсчет - Токацин

приползли. Их шестнадцать, а работы, и Куэннской, и копательной, — только на десятерых. Шестеро лишние, их не пускают. Им обидно. Они умеют не хуже. Ты, как Равный Куэннам, скажи, чтобы их пустили!

«Мать моя пробирка…» — беззвучно протянул Гедимин, высматривая шестнадцатого Текк’та. Он оказался в нижнем слое тел, его не раздавили, но наружу выглядывать было затруднительно. «Работы там на двадцатерых. Места мало. Им нужен размах… Наверх их перегнать, что ли? Готовые детали спускать по туннелю… побьют они их, там браться неудобно. А тросы порвутся.»

Он ударил кулаком о кулак, требуя внимания, и полез было в карман за чертежом, но остановился и выругался про себя. «Чтоб их, с их объёмным зрением!»

— Скажи, чтобы десятеро спускались в пещеры и работали, — попросил он Вепуата. — Шестеро пусть ждут. Есть особая работа для них. Принесу макет — приступим. И пусть отползут уже от ангара!

Блестящие волны схлынули в одну секунду — Текк’ты, не разворачиваясь ни головой, ни хвостом вперёд, просто втянулись в скалу там, где лежали. Сигма-сканер видел их в толще каменных пластов — они, не пересекаясь, двигались к чётко определённым объектам в подземных полостях. «Распределили работу,» — мелькнуло в голове Гедимина. «Каждый занят своим. Есть же у них какое-то планирование, мать их пробирка…»

— Ну вот, так-то лучше, — пробормотал он, глядя, как Бронны осторожно спускаются с крыши ангара по каменным складкам. Оставшиеся махали Гедимину и широко ухмылялись. Шестеро Текк’тов свернулись в гигантский клубок поодаль от них, вокруг главной шахты, и выжидающе смотрели на сармата.

— Я за макетом. Никуда не уползать! — бросил он, разворачиваясь к шатрам. «Макета для склада нет. Из чего можно переделать? Эти ангары, в целом, стандартные…»

…Кованый поддон остался лежать на земле. От дыхания Текк’тов он покрылся белой испариной, теперь она стремительно превращалась в иней. Одинокий Текк’т шуршал гравием на краю «ободранной долины», снова покрывая её дно засыпкой. Из-за холма доносился грохот — ещё пятеро отламывали там кусок скалы, под которым вроде бы ничего не росло, и не было родников.

— Город-то растёт, — ухмыльнулся Вепуат, глядя в долину. — Ещё два дома.

— Это склады, — буркнул Гедимин, сбитый с мысли — он снова пересчитывал, сколько для подсыпки нужно гравия.

С обрыва над головой шуршащего змея донёсся громкий визг, потом сверкнула белая вспышка и расплылась в форме радиационного «трилистника». Сарматы растерянно переглянулись.

— Зовут, — предположил Вепуат, глядя, как «трилистник» разгорается ярче и зеленеет. — Что-то у них там опять…

У обрыва толпились Бронны. «Шум их разбудил, что ли?» — Гедимин озадаченно хмыкнул, глядя на недовольные лица. «Копает он тихо. Не сравнить с визгом их соседей. Пока Скогны тут орали, никто не вылезал…»

— Мастер Дим-мин! — к сарматам, раздвинув посохом толпу, шагнул Руниен. Выглядел он встревоженным.

— Там построят новые дома, — буркнул Гедимин. — Лагерь не тронут. Если кто опасается — пусть отойдут к тому склону. Там будет тихо.

Бронны, успевшие вцепиться в посох стража, заверещали ещё громче. Услышанное их явно не успокоило.

— На дне долины много туманников, — заговорил наконец Руниен, и аборигены притихли. — Змей их уронит и раздавит. Бронны хотят спуститься и собрать их. Если твоя работа терпит — разреши им. Там много растений, будет большая потеря.

Гедимин помянул про себя спаривание «макак».

— Пусть собирают, мне не жалко, — буркнул он, махнув рукой в сторону долины. — Скажи Текк’ту, чтоб не копал, пока они не уйдут. Хотя — туманники, наверное, уже погибли.

— Жизнь в них сильнее, чем кажется, — коротко усмехнулся Руниен и загудел по-текк’тски, подняв посох над головой. Змей на дне долины вскинул голову, посмотрел на Гедимина — тот пару раз кивнул для верности — и плавной волной «оттёк» в сторону закрытой шахты. Бронны уже исчезли. Их нестройное верещание доносилось из-под обрыва — в той стороне была одна из их троп.

— Это они ещё про холм не знают, — прошептал Вепуат с кривой ухмылкой, глядя на соседнее плато. Там грохотало — Текк’ты доламывали склон, не обращая внимания на его флору и фауну. «Больших деревьев там не было,» — думал Гедимин, чувствуя странную тревогу. «А вот туманники я не учёл.»

…Беглый жрец, как ни в чём не бывало, стоял у печи и задумчиво перебирал осколки шихты. Вепуат, пропуская «учеников» на рабочие места, нашипел на него — Кут’тайри неторопливо отложил мешок и сдвинулся к стене. Новый жрец, увидев его, что-то коротко протрещал и получил такой же трескучий ответ. Вдоль шеи у каждого Сэта выступили мелкие красные пятна — признак недовольства, и Гедимин, настороженно щурясь, двинулся к жрецам.

— Не надо, — остановил его Вепуат. — Займись лучше Скогнами. Покажи им зеркальные чашки — они уже десять раз спросили.

— Не сцепятся? — Гедимин кивнул на Сэта. Оба жреца стояли, скрестив руки на груди в практически сарматском жесте и отвернувшись друг от друга. Остальные ученики шуршали шихтой, загружая плавильные конусы.

— Да ну, — Вепуат коротко ухмыльнулся. — Никто никого не тронет. Вот при аса’анцах он, надеюсь, не вылезет. Тут мы можем и не успеть…

…Кут’тайри задержался у двери, ища взглядом Гедимина, а высмотрев его, пошевелил пальцами в вежливом прощальном жесте. Сармат сдержанно хмыкнул и приподнял руку в ответ. «Вечером поработаем. С ним удобно. Соображает. Надо бы его привлечь к производству фонарей. Оно несложное, только вот цера… церу мою всю растащили. Может, в Сердце Пламени чего найдётся? Зря мы, что ли, туда ходим, как на работу…»

…На волокуше, обёрнутые шкурами, лежали выкопанные туманники. Двое Броннов ходили по холму, вымеряя расстояние между растениями. Наконец один из них коротко взвизгнул и тронул когтем гравий. Свёрток с туманником подхватили, к замерщику вприпрыжку понеслись двое землекопов. Тот, кто держал в руках само растение, копать и не думал, — да там и без него хватало народу. Замерщики, отвернувшись, продолжили работу. Гедимин почти уже выяснил, какое расстояние должно быть между туманниками для их правильного роста, когда его толкнул в плечо проходящий мимо Гварза.

— Кет, твою мать!

— Чего «Кет»⁈ — огрызнулся Гедимин, неохотно оборачиваясь. Мальгеса он уже видел — существо как пять минут назад улеглось на холодный гравий короткошёрстным брюхом, так там и лежало. Двое стражей стояли над ним, воткнув посохи в землю, и Гедимин надеялся, что эти штуковины излучают хоть немного тепла.