Обратный отсчет - Токацин

— Контрольная дозиметрия, — ухмыльнулся Айзек. — А то ты у нас любишь проветривать реактор.

Гедимин покосился на раздутый пузырь «термометра» и досадливо сощурился.

— А как его ещё охлаждать при закрытой вентиляции⁈

Зелёный Пожиратель прополз немного по коридору и снова остановился. Гедимин посмотрел на плотно задвинутую заслонку в корпусе реактора. «Не фонит. Я сто раз проверял. Вот и зверёк ничего не чует.»

Многоножка приподнялась, опираясь на стену, и потянулась усиками к потолку. Двигалась она медленно и неуверенно.

— Тут чисто, — буркнул Гедимин, показывая Айзеку наручный дозиметр. — Это и без зверьков видно.

— Проверим, — хмыкнул тот, устраиваясь у монитора. — Ничего не найдёт — отнесёшь в лабораторию. Снаружи сегодня мокро.

Пожиратель, ничего не «нащупав», перебрался на другую стену. Гедимин задумчиво смотрел на его спинные щитки. «У них, говорят, какие-то полости внутри. С бактериями, что ли… И там ещё копятся радионуклиды. А потом вымываются… Не нагадил бы он тут…»

— Не знаешь, что у Вепуата с рукой? — вдруг спросил Айзек. Гедимин, на долю секунды замерев, пожал плечами.

— Ушибся?

— Может, и так, — пробормотал Айзек, пристально глядя на Гедимина. — Значит, ты этот момент не застал?

Сармат снова пожал плечами, надеясь, что по его лицу ничего незаметно. Трудно было не вспоминать отросток, прорезающийся из обожжённой культи, — красноватые штыри, обтянутые плотной сетью сосудов, тонкая прозрачная плёнка поверх… «Думал, фаланги будут расти поочерёдно. А они прорезались обе сразу. Только очень короткие… М-да, регенерировать лучше в капсуле. С отключённым мозгом.»

— А что, сильно поранился? — быстро спросил он. Теперь плечами пожал Айзек.

— Не показывал. Но с рукой явно что-то не то.

Он дотянулся до Пожирателя и переложил его, свернувшегося в клубок, к самому реактору. Существо неохотно шевельнуло усиками. Здесь оно тоже не чуяло ничего съедобного.

— У них ведь полости в теле? — спросил Гедимин, глядя, как существо приподнимает щитки. — Много пустого места, и всё радиоактивно?

Айзек вопросительно хмыкнул.

— Наверное, туда можно подсадить кровяной камень, — задумчиво сказал Гедимин, вспоминая гроздья чёрных шаров на светящихся корнях. — Он любит расти в симбиозе. А тут и тепло, и облучение…

Айзек мигнул.

— Чего кому подсадить? Ты что, с Вепуатом переобщался?

Гедимин досадливо поморщился.

— Кровяной камень — полезная штука, — угрюмо сказал он. — Хорошо бы её тут вырастить. Помнишь деревья в Аса’ане? Их нам вывезти не дадут. А Зелёные Пожиратели у нас уже есть. Если бы подсадить им эти заростки…

Айзек хлопнул по стене.

— Гедимин! Иди-ка ты наверх. И никому ничего не подсаживай! Экспериментаторы на мою голову, яд-дро Сатурна…

…Зелёный Пожиратель, едва Гедимин взял его в руки, свернулся в тугой клубок и перестал подавать признаки жизни. Так сармат и вынес его на поверхность, в прозрачный коридор, соединяющий бункер и стоянку передвижной лаборатории. Со всех сторон шумел дождь. Видимость, и без того невысокая, упала до пары метров — фонарь не освещал ничего, кроме блестящих нитей, свисающих с неба, и мокрого гравия под ногами.

«Надо будет пройтись по холму,» — Гедимин оглянулся на разгромленную душевую и досадливо сощурился. «Проверить, что сломалось за ночь.»

…Вепуат сидел за столом, отодвинув в сторону вещи, и разглядывал голую руку. Перед ним стояла кювета, наполненная Би-плазмой, и сармат рассеянно её помешивал. В прозрачной массе то всплывали, то тонули какие-то волокна и крупинки.

— Закон сохранения, — тяжело вздохнул Вепуат, оглянувшись на Гедимина. — Работает даже на Равнине.

Он залпом выпил всё, что плавало в кювете, и болезненно поморщился.

— Когда кости растворяются — ощущения те ещё. Пока зудел только палец, было терпимо. Но когда всё сразу…

Выросший за ночь палец был уже похож на нормальный — даже ноготь прорезался, только кожа осталась белой, гладкой и на вид очень тонкой.

— Гнётся? — Гедимин с опаской смотрел на двуцветную руку. Вепуат пошевелил пальцем, показывая, как работают суставы.

— Почти ничего не чувствует. Слабо-слабо, — он надавил тупой стороной когтя на белую кожу. — Но чесаться начал сразу, с первого миллиметра. Видно, нервы всё-таки отрастают. Сейчас все волокна дотянутся, куда надо…

— На эа-мутацию проверился? — мрачно спросил Гедимин. — Такие опыты — не от здоровой головы.

Вепуат ухмыльнулся.

— Тесты привезут — проверюсь. А полезная штука этот кровяной камень, верно? И кости он тоже отращивает.

Гедимин поморщился.

— Зови, если что надо, — он подобрал Зелёного Пожирателя, уже унюхавшего что-то среди вещей и упорно туда лезущего. — Пойду работать.

«А я не отдал ему вчерашние сканы,» — вспомнил он, с пустыми руками выходя под защитный купол. «С теми тварями, непонятно как летающими. Интересно, Айзек ему рассказал про них? Хотя — с отрезанным пальцем не до всяких тварей. Расскажу, когда отрастёт.»

…Двери барака были открыты нараспашку. У входа аборигены возились с волокушей — одни грузили на неё пустые бочки, другие уговаривали тягловое животное подойти поближе. Оно громко сопело и норовило зарыть морду в гравий. Скогны-грузчики тоже кривились.

— Если есть пищу Равных Куэннам, получишь их мощь? — спросил кто-то из аборигенов, выскакивая из барака под дождь. Грузчики ответили смешками.

— Попробуй!

— Сил моих не хватит, — отозвался любопытный Скогн и, набросив на волокушу сшитые шкуры, закрепил их на борту. — Поехали, пока зверь не взбесился!

Плоское животное громко фыркнуло и потащило волокушу от барака — уже без сопротивления, даже незначительно прибавив скорости. Гедимин беззвучно усмехнулся. «Кто-то разлил Би-плазму в коридоре?.. А, утро же. Время раздачи. Если едят из мисок, то в мисках и развозят. В открытых мисках… М-да. Скогнам не повезло. Как вышло, что Би-плазма для них воняет? Там пахнуть-то нечему…»

Он прошёл вдоль стены, обогнул здание с торца и осмотрел вторую стену. Что бы ни происходило вчера, лючки выдержали, и крепления не повыбивало. Сармат тронул дверную створку, подвигал её в стороны и нехотя кивнул. «Вот тут приварить надорванное, и сойдёт. Всё держится, если специально не ломать…» — он оглянулся на душевую и поморщился.

В «шлюзовой камере» горячего цеха лежал рудосборник. Гедимин приподнял его, осмотрел и положил обратно. От вчерашнего урагана санки не пострадали — в горячий цех летучие твари не полезли и даже, вроде бы, не пытались его опрокинуть. Гедимин проверил печи — кейек лежал ровной россыпью; лючки не повыбивало, инструменты удержались на