Бессовестная невеста - Натали Палей

— Совсем нет следов? — с любопытством поинтересовалась девушка.

Они уже подошли к её купе, и мужчина протянул руку.

— Можете в этом сами убедиться.

Лилиан покрутила мужскую кисть в разные стороны, приглядываясь к коже, но повреждений не заметила.

— Вам было больно? — тихо спросила она, не поднимая глаз, отпуская чужую руку.

— Просто невыносимо, — тихо пробормотал МакЛауд. — Думал, ещё пару мгновений и упаду без чувств.

Лилиан вскинула взгляд. Бирюзовые глаза смотрели на нее с хитрым прищуром и с пляшущими в них золотыми смешинками.

— Ну, и шутки у вас, сэр. Я же поверила и чуть сама не лишилась чувств.

— Чтобы вы лишились чувств, мисс Лилиан, даже не представляю, что должно произойти.

— Считаете, что я совсем толстокожая?

— О, нет. Сегодня я убедился, что у вас невероятно тонкая и нежная кожа. Напоминает шелк.

Девушка вспыхнула, вновь вспомнив осторожные мужские прикосновения к её руке.

— Эта ваша идея... Вы должны были предупредить меня, тогда мы внесли бы некоторые уточнения к нашей клятве.

— Было некогда. Но на будущее можно внести. Сегодняшние ощущения мне не сказать, чтобы понравились.

— Я... не возражаю, — медленно, с запинкой отозвалась мисс Харрис и заметила, как выражение лица МакЛауда изменилось — стало... озадаченным? Взгляд тоже стал другим, в нем все больше проявлялось недоверие. — Сэр?

— Я могу пройти в ваше купе, мисс? — вкрадчиво поинтересовался мужчина. — У меня ещё несколько вопросов.

— Конечно, сэр, — кивнула девушка, искренне заинтригованная тем, что такое решил спросить сэр Родерик.

Когда дверь в купе за ними закрылась, мужчина, не обращая внимания на леди Треверс, которая уже сняла шляпку и, видимо, желала произвести ещё некоторые действия после возвращения с прогулки, медленно проговорил:

— Я только сейчас понял, что ваш «Френсис» не просто лорд Хартфорд. Он — граф Хартфорд, старший сын герцога Сомерсетского и его наследник. В некотором роде тоже «тот самый».

— Верно, сэр, — спокойно отозвалась девушка. — Вы вспомнили недавний скандал, связанный с его именем? — догадалась она и печально усмехнулась.

— Да. А также то, что его оправдали. Полностью. И отец не лишил графа титула и наследства.

— Все верно, сэр.

— Покушение на жизнь герцога... — МакЛауд осекся.

— Милорд? — Лилиан вопросительно уставилась на него.

— Лилиан, это вы помогли Хартфорду?!

— Я была просто невестой Френсиса. Пока шло расследование дела. Примерно четыре месяца.

— А когда его оправдали, вы разорвали помолвку?

— Все так, милорд.

— Лилиан...

— Сэр?

— У меня просто слов нет.

14.1

После того, как лорд Хартфорд тоже стал пассажиром поезда, атмосфера в нем снова изменилась.

С тайным недоумением мисс Харрис наблюдала за своим нанимателем. Лорд МакЛауд великолепно играл роль влюбленного жениха, но эмоционально совсем закрылся от нее.

Казалось, что дальнейшее поведение МакЛауда, его ежедневные действия стали соответствовать согласно четко продуманному мужчиной плану, и в нем искренним эмоциям места не осталось.

С утра сэр Родерик обязательно заглядывал в женское купе, желал женщинам доброго утра и приятного аппетита и уходил к себе. Затем в течение дня лорд обедал с невестой и её тетей, в основном беседуя с леди Треверс. А вот ужинал всегда в мужской компании, в которую входили уже не только лорд МакФер, Пол Дабх, но и граф Френсис Хартфорд.

На долгих станциях сэр Родерик по прежнему приглашал Лилиан на прогулку, иногда к ним присоединялись Дабх и леди Треверс, лорды МакФер и Хартфорд. Последние, на взгляд девушки, стали практически неразлучны.

Но в основном остальные путешественники давали «влюбленным» провести время наедине. Как-то Лилиан даже невольно подслушала, как мистер Дабх делился с леди Мэри: «Как только доберемся до Анвенгана, милорд не сможет проводить с леди Лилиан много времени. Он слишком долго отсутствовал, поэтому накопилась куча дел. И все неотложные».

Когда заговорщикам по договору предоставляли время пообщаться на прогулке вдвоем, они особенно старались показать, как привязаны друг к другу и какие нежные чувства испытывают. И последнее у них вполне себе получалось, так как они предусмотрительно внесли некоторые уточнения в свой первоначальный магический договор.

Только вот легкие прикосновения МакЛауда к обнаженной коже руки девушки стали слишком волновать мисс Харрис, в результате чего Лилиан старалась не забывать надевать на прогулку перчатки.

К теплой мужской ладони на своей спине она уже так привыкла, что без нее порой становилось совсем неуютно.

А когда Родерик МакЛауд словно бы безотчетно заправлял за ее ушко непослушный каштановый локон и «случайно» касался нежной кожи скулы, Лилиан в панике осознавала, что эти касания тоже чересчур волнуют её...

В глазах леди Треверс девушка все чаще читала осуждение, иногда даже тетушка позволяла себе замечания следующего характера: «Лилиан, ты что творишь? Разве я не вижу, что происходит между вами? Но этот лорд МакЛауд — темная лошадка! Ни ты, ни я совершенно не знаем, что нас ждет на его родине. Поэтому, прошу тебя, включи уже голову!»

Лорд Хартфорд с каждым днем становился все более задумчивым, а вот по выражению лица лорда МакФера сложно было что-либо прочитать. Рыжий северянин будто бы не обращал на них особого внимания, вот только Лилиан обмануть сложно. Внутреннее чутье подсказывало девушке, что мужчина лишь напускает на себя безразличный вид, а сам наблюдает за ними пристально и постоянно.

Только Пол Дабх, похоже, искренне радовался серьезным изменениям в жизни своего вождя и открыто обожал его невесту.

* * *

На одной из долгих остановок поезда Лилиан впервые в одиночестве прогуливалась по платформе, чем и воспользовался лорд Френсис Хартфорд.

— Мисс Харрис.

— Милорд.

Лилиан вопросительно уставилась на подошедшего графа, не совсем представляя, о чем тот решился поговорить. Вместе они путешествовали уже целую неделю.

— Неужели я застал вас в гордом одиночестве? — усмехнулся мужчина, с недоверием оглядываясь.

— Как видите, сэр. Сэр Родерик и лорд МакФер отправились в здание вокзала по причине, известной только им. А леди Мэри и мистер Дабх решили пройтись до конца платформы.

— А вы нет?

— А я хотела подумать в одиночестве. — Девушка выразительно уставилась на бывшего нанимателя. Разве он не видит, что она даже специально отошла подальше от других пассажиров поезда?

— Лилиан, к вашему сожалению, я прерву ваше одиночество, так как мне необходимо поговорить с вами.

— Что ж, — мягко улыбнулась девушка. — Я слушаю вас.

— Я очень рад за вас, Лилиан.

— Спасибо, Френсис. — Девушка поняла, что мужчина имел в виду.

— Признаюсь, что когда прочитал в столичной газете известие о вашей помолвке с МакЛаудом, сразу подумал, что у вас новое дело. Когда же от его высочества узнал,