Золото Омейядов. Часть вторая - Ортензия

Я вытащил Рамлу на плот, убедившись, что и её закололи, ударив в спину между лопатками.

Девчонки молчали, с ужасом глядя на своих подруг, а у меня в голове вертелась целая каша.

С одной стороны, был ли смысл догонять тех, кто это сделал? Даже ради пистолета, которым дикари не сумели бы воспользоваться. Судя по следам, их было полтора десятка. Понятно, польстились на коров, взрослых убили, а девочку увели с собой. Вырастет и забудет.

У нападавших был огромный запас времени, и отыскать их в джунглях не было никакой надежды.

С другой стороны, оставлять безнаказанно такое деяние было нельзя — батутси меня бы не поняли.

— Возвращаемся, — сказал я и двинулся обратной дорогой.

Вероятно, голос мой был совершенно не располагавшим к длительным разговорам, и ни одна девушка не задала вопроса, а молча последовали за мной.

Геликоптер, который я поднял в воздух, едва мы вернулись, тоже не внёс ясности. Полоса джунглей составляла километров пятнадцать, на глаз, конечно, а потом было небольшое пятно саванны. Точнее, я разглядеть не смог и в какую сторону отправились наши недруги, неизвестно.

Однако оттягивать было нельзя: солнце палило немилосердно, и все следы, по которым мы могли отыскать неприятеля, запросто могли исчезнуть. Это джунгли.

— Чика, — сказал я, — ты идёшь со мной. Дженни, и ты.

— Но Чика ещё прихрамывает, — возмутилась Элен, — а Дженни медлительная.

— Зато они единственные, которые знают местные наречия, — отрезал я.

— Много они помогли тебе с амазонками, — лицо блондинки скривилось, — а я здесь одна останусь?

— Все останутся, — сказал я, — и займёте оборону. Качественную. Рации работают уже нормально, хотя я и не уверен, что они достанут до деревни, которую нам предстоит найти.

— А как далеко она находится? — поинтересовалась Элен.

— Не думаю, что дальше 30–40 километров. Вероятно, они периодически приходят сюда и нападают на тех, кто проплывает мимо. И всегда безнаказанно, поэтому осмелели. Мы здесь стоим на открытом берегу, следите за водой. Если что — открывайте огонь на поражение, не ждите, когда враг подберётся вплотную.

Я перевёл свою речь на язык батутси и принялся готовиться к походу.

РПК, бубен, два коробчатых магазина на сорок пять патронов и два на тридцать. На Дженни напялил автомат, к которому присобачил «Костёр», а себе в рюкзак закинул десять выстрелов.

Чика, хоть и прихрамывала, но и её не пожалел. Навесил подсумок с магазинами и на спину один тубус. Сколько воинов в деревне, я был без понятия, и без артиллерии идти не хотелось.

— Тяжело будет, — сказала Дженни, — тридцать километров.

— Ну вот откуда тяжело? — возмутился я. — На тебе всего лишь около двенадцати килограмм, и на Чике меньше пятнадцати, но она и крупнее, и выносливее, несмотря на ранение в задницу.

Управились за час со всей экипировкой и, ещё раз дав наставление девочкам, мы выдвинулись в джунгли.

Глава 16

Следы коров отчётливо отпечатались на влажной земле. Учитывая, что тропа не разветвлялась, а вела точно на восток, я приблизительно сложил в голове картинку.

Мы прошли около десяти километров, когда закончилась акация и начался аргановый лес. Колючие деревья с широкой, раскидистой кроной высотой до десяти метров, с небольшими яркими плодами. Я точно помнил, что они созревают в июле, то есть для них была самая пора.

Я много вычитал в своё время в интернете про эти деревья. Аборигены добывали из орехов великолепное масло уже несколько тысяч лет, а сами плоды годились в пищу. В двадцать первом веке это было самое дорогое масло в мире, что-то около 300 евро за литр. Где его только не использовали: и мыло, и лосьоны, и разные увлажняющие кремы.

Сразу пришло в голову, что в этой деревне, куда мы направлялись, наверняка должны были быть запасы. Хотя, для чего негры добывали его в семнадцатом веке, пока было загадкой. Вряд ли они научились делать косметику, но вот жарить на нём мясо — нам бы понравилось.

Учитывая, что у нас никакого масла не было, даже ради этого стоило навестить деревню и попросить поделиться.

Это если бы они не зарезали моих девчонок. Теперь, разумеется, что либо оставлять неграм я не собирался.

Тропа затерялась, но ещё около двух километров мы прекрасно видели следы коров на земле, пока не вышли из лесу.

— Камни, тут кругом каменистая площадь, — со вздохом сказала Дженни. — Куда теперь идти? На такой почве мы следов не найдём никогда.

Чика тоже остановилась и, скинув с себя всё вооружение, принялась искать на земле следы.

Я сказал ей осматривать правую сторону, а сам прошёлся по левой. Ничего не обнаружив, я приложил бинокль к глазам и принялся рассматривать равнину.

Увы, если они и пошли прямо, то, вероятно, уже пересекли открытое пространство и углубились в джунгли. А в каком месте? Тут батальона было бы мало, чтобы отыскать след на такой обширной территории.

— Принц Алекс! — Чика находилась метрах в двухстах от меня и интенсивно махала руками.

— Какая ты умничка, — сказал я на русском, приблизившись к ней.

Прямо у её ног лежала небольшая плюшка, и ещё шесть штук размерами поменьше, в метре друг от друга, указывали точное направление, куда шли коровы.

Я дал девчонкам возможность отдохнуть пятнадцать минут, а сам попытался связаться с Элен. Вот именно, только попытался — связи не было никакой.

Примерно через километр оставила след и вторая корова, а ближе к джунглям нашёлся ещё один след, который вёл к широкой прогалине, по которой можно было бы проехать даже на минивэне.

На вскидку мы отшагали не меньше двадцати километров, если прикидывать по пять километров в час, и сейчас нам бы очень пригодился летательный аппарат, чтобы сделать облёт территории и отыскать деревню с воздуха. Но ещё и его таскать с собой желания у меня не было, да и не знал я, с чем нам придётся столкнуться.

Мы прошли по прогалине ещё около часа, когда вдали раздалось мычание.

Девчонки мгновенно встали как вкопанные, и Дженни тихо проговорила:

— Коровы. Мы их нашли.

— Дженни, пристройся около дерева и крути головой в разные стороны. Автомат на одиночный. Чика, —