Пернатый страж, или Осторожно, мой ворон кусается! - Лия Юмай

— Вы полагаете, есть и вторая причина? Более... личная?

— Да, — я почувствовала, как нарастает уверенность. — Все три жертвы — не классические хранительницы домашнего очага. Эти женщины сознательно выбрали путь, где им приходилось конкурировать с мужчинами на их территории. Они были сильными. Успешными. Возможно, слишком успешными для кого-то.

— А ведь вы совершенно правы! — Даррен откинулся на спинку стула, его глаза засветились озарением, но в них мелькнула и тень досады, что догадалась не он. — Вы нашли общее, Летиция! Все они ломали стереотипы: глава компании, машинист, помощница судьи! Это не случайность! Как же я сам не подумал?

— Думать — это вообще не твоё, Тенн, — тихо, но отчётливо пробормотал Крау, не глядя на Даррена, а внимательно изучая реакцию на моём лице. — Ты привык ломиться в открытые двери с криком «А вот и я!». Здесь же нужна тонкость.

В кабинете повисла напряжённая тишина. Даррен заскрежетал зубами, но бросив взгляд на сбитые костяшки Крау, благоразумно промолчал.

Аксель смотрел на нас по очереди, словно наблюдая за теннисным матчем, а на лице Нежеля застыла лёгкая, заинтересованная улыбка — ему, похоже, нравилось это внезапное интеллектуальное напряжение в комнате.

— Простите, госпожа Лаиш, — внезапно раздался голос Крау, сменившийся на стальной и беспрекословный, — но в сложившейся ситуации команда должна об этом знать.

Он медленно, с преувеличенной аккуратностью, вытащил из внутреннего кармана сюртука смятый клочок бумаги и положил его на полированную поверхность стола, где громоздились аккуратные стопки дел и бронзовое пресс-папье в виде совы.

«Та самая записка! Он её сохранил!»

Даррен, с любопытством нахмурившись, протянул руку и подхватил бумажку.

— «Если не уйдёшь из полиции, погибнешь», — прочитал он вслух, и его голос прозвучал громко в наступившей тишине. Он усмехнулся, но смешок получился нервным. — Крау, я думал, наш сумасшедший охотится только на женщин. Неужто и тебя в свой список внёс?

— Эту записку подбросили мне. — тихо поправила я, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Все взгляды мгновенно устремились на меня. — Ещё в первый вечер работы. Точнее, я обнаружила её на следующее утро.

— И вы всерьёз полагаете, что её написал наш проклинатель? — Даррен с сомнением повертел бумажку в руках.

— Я не сомневаюсь в этом, — холодно отрезал Рэмонд. — Летиция — следователь. Вы встречали хоть одну девушку-следователя? И по той логике, которую мы только что вывели, госпожа Лаиш — идеальная мишень для этого маньяка. Она не просто женщина на «мужской» работе. Она женщина, которая ведёт его дело. Такая цель должна сводить его с ума. И эта записка — не просто угроза. Это объявление войны.

В комнате повисла гробовая тишина. Даррен побледнел, окончательно осознав серьёзность положения. Нежель перестал улыбаться, а в глазах Аксель читался неподдельный ужас.

И только Крау сидел неподвижно, его глаза были прикованы ко мне, и в них читалась странная смесь яростной гордости и смертельной тревоги.

Даррен прочистил горло и решительно поднялся.

— Я должен доложить Велору. Немедленно. Это уже не просто дело, это прямая угроза жизни сотрудника.

— Нет! — мой голос прозвучал резко и громче, чем я планировала, заставив его замереть. — Прошу вас, господин Тенн, не делайте этого!

Все взгляды снова устремились на меня, но теперь в них читалось недоумение.

— Велор просто отстранит меня от работы. Или вовсе уволит, сославшись на «обеспечение безопасности персонала», — я старалась говорить быстро и убедительно. — И тогда вы лишитесь не просто следователя, а идеальной приманки!

В комнате повисло ошеломлённое молчание. Первым его нарушил Крау.

— Вы с ума сошли, — произнёс он тихо, но с такой силой, что слова показались физически ощутимыми. В его глазах не осталось и следа гордости — только тревога. — Это не игра, Летиция.

— Это и есть игра! — парировала я, поворачиваясь к нему. — И мы наконец-то узнали правила! Он сам их нам объявил. Я соответствую всем критериям. Он уже обратил на меня внимание. Если мы сейчас уберём меня с доски, мы можем потерять единственную возможность выманить его!

— Чтобы он убил вас? — голос Крау сорвался на низкий, опасный рык.

— Чтобы мы поймали его!

Я обвела взглядом комнату, пытаясь найти поддержку. Даррен выглядел озадаченным, но заинтересованным. Аксель мрачно хмурился. Нежель снова улыбался — теперь уже с нескрываемым научным интересом, будто наблюдая за развитием безумного эксперимента.

— Это наш шанс, — сказала я тихо, но твёрдо. — Или мы играем по его правилам, чтобы поймать его, или мы продолжаем гадать и ждать следующей жертвы. Выбор за вами. • ━━━━━ ••●•• ━━━━━ ••

29

В кабинет ворвался запыхавшийся дежурный.

— У нас пропажа! Велор сказал ехать всем! Лично вам, господин Тенн, и команде!

— Что за пропажа? — Даррен резко поднялся, отложив записку, которую Крау тут же перехватил и спрятал в нагрудный карман.

— Маркиз Флоке заявил о пропаже своей молодой жены, Авроры Флоке. Он в кабинете Велора, угрожает дойти до королевы, если мы сегодня же не найдём маркизу, — дежурный выдохнул, вытирая пот со лба.

— Обстоятельства пропажи? — осмелилась спросить я.

Дежурный пожал плечами:

— Велор сказал, маркиз всё объяснит по дороге.

Ехать в одном экипаже с крайне нервным маркизом оказалось испытанием на прочность. Тесная карета раскачивалась на булыжниках, а его запах, дорогой парфюм с нотками сандала, казался слишком уж насыщенным, будто он вылил на себя полфлакона.

Даррен, сжав челюсти, пытался задавать вопросы, чтобы понять картину преступления.

— Милорд, когда вы видели жену в последний раз?

— Вчера вечером мы вернулись с благотворительного бала в честь открытия нового моста, — маркиз начал торопливо, словно отчитываясь. — Всё было прекрасно! Аврора сияла! Я пошёл спать, — он отвёл взгляд, — а она отправилась в детскую. Нашей дочери всего три месяца, и ей необходима мать… Вы должны найти Аврору как можно скорее! — Его голос сорвался на высокую, почти истерическую ноту. Он сжал руки в кулаки, и я заметила, что костяшки двух пальцев на правой руке содраны в кровь.

Крау, молча сидевший напротив меня в тени, медленно провёл пальцем по своей переносице, поймав мой взгляд. Его едва заметный кивок был красноречивее слов: «Он лжет».

Экипаж выехал из города и по тому самому новому мосту, пересёк скованную льдом реку. Серая, застывшая вода внизу казалась безжизненной, а ветер, гулявший по ущелью, завывал вокруг кареты, словно предупреждая.

Родовой замок Флоке возвышался на пологом берегу реки, и, казалось, одним своим видом возвращал нас в далёкое прошлое. Невысокие стены, скорее, обозначали границу, чем могли кого-то остановить. Башни замка, остроконечные и мрачные, упирались в нависающие снежные тучи.

Из множества окон лишь в