Методика выживания - Юрий Анатольевич Здоровеющий

удушья в переполненных лифтах и запертых небольших помещениях. Сара ограбила дядюшкин банк. Обнесла до дыр. А перед сдачей властям, узнав о том, что натворила, она разбросала украденные миллионы по стольким случайным счетам, благотворительным фондам, отделениям «Армии Спасения», ветеранским госпиталям и детским домам, что собрать их назад не представлялось возможным… Вот такая она. А теперь Сару научили еще и стрелять. Трианиты позаботились о ее памяти так, что Сара Мовшан запоминает, причем с первого ознакомления, топографические карты местности абсолютно незнакомых ей регионов. И помнит в мельчайших подробностях. Вообще, запоминает все, на что нацелилась, включая двадцатишестизначные группы цифр личных кодов сотрудников. Можете себе представить такое уникальное явление?

Последнее примечание доктора вызвало внезапное веселье у собеседника.

– Ага! – посмеиваясь, ответил Стас. – Насчет персональных кодов точно могу… Я знаю, что она влезла в мое личное дело. Наверняка, вместе с остальными, она его к этому времени внимательно прочитала. Вот только не знала, что мне сразу приходит уведомление, если кто-то пытается воспользоваться моим кодом или открыть личные файлы. Она думала, что подобное невозможно в пределах чужого сервера, тем более сквозь столько степеней защиты и на таком большом расстоянии. Не говорю уже о влиянии банальных помех. И сделала она это во время нашей с вами задушевной беседы. Помните слабый звук зуммера? Это и было предупреждение.

Картер отреагировал молниеносно.

– И вы, командор, так спокойно взираете на взлом сверхсекретной информации? Это же преступление. И очень серьезное. Она пойдет под трибунал, если станет известно. Ее же попросту… Ее… ее больше не будет!

Взгляд Джонатана Картера стал пристальным, проникновенным и отчасти даже подозрительным. Док закинул удочку. Теперь, как заправский рыбак, ожидал лишь поклевки.

И Родимов хорошо понимал тактический ход доктора. Все же, что бы Картер ни говорил, а к своим исключительным детищам создатель относился весьма трепетно.

– Если бы в Совете стало известно о проникновении, то да, Мовшан бы не поздоровилось. Но ведь не станет, – уверенно возразил Стас. – Вы же никому не собираетесь доносить, профессор? А я тем более. Мне бы все равно пришлось им о себе рассказать. Только рассказчик из меня не очень. Теперь они все знают сами. Пусть. И то, что «Пиксель» сохранила мой личный код, тоже неплохо. Авось понадобится.

Картер удивленно моргал седыми ресницами, но не возражал. Даже просветлел несколько.

– Док, а Сара хорошо видит? Мне показалось, не очень. Она как-то щурилась в процессе разговора со мной.

– Верно! – подтвердил догадку доктор Картер. – У нее дальнозоркость. Чтобы хорошо ориентироваться вблизи, ей нужны очки или линзы. Мы бы исправили, но вы же теперь знаете, почему данная операция невозможна. А привычную коррекцию мы ей сделали. Зрение значительно улучшилось, но не восстановилось полностью.

Прозвучавший ответ вполне удовлетворил любопытство Родимова. Однако оставался открытым еще один очень важный вопрос.

– Скажите мне, пожалуйста, профессор, и скажите мне откровенно: «ведьмы» помнят свое прошлое? С их памятью ничего не сотворили? Не переживайте, я не побегу рвать на себе волосы и писать рапорта с просьбой о переводе.

Услышав тревожный вопрос, Джонатан Картер заметно занервничал.

– Помнят. В том-то и дело. Перед внедрением трианитов мы проводить тотальную очистку не стали. Слишком велика была вероятность полной потери объектом всех навыков и знаний. «Ведьмы» по интеллекту были бы годовалыми девочками. А сейчас применять выборочное очищение памяти поздно, потому что это прямое проникновение в мозг. «Ведьма» умрет. Сразу. Они не перенесут самой простой процедуры зондирования. И не даст она копошиться в мозгу. Потому я вас в начале нашей ознакомительной беседы и предупреждал: возможен сбой. По причине контузии, например. Сильного эмоционального всплеска, скажем, вроде того, в результате которого неделю назад погиб вестовой.

Родимов сосредоточился. Что-то торопливо соображал. Потом развернулся к профессору и ответил, казалось бы, невпопад:

– Вестовой погиб по собственной глупости, можно прибавить и невоспитанность. «Ведьмы» в его смерти повинны не более нас с вами… Скажите, док, если с «ведьмой» случится беда, ее можно остановить без ликвидации? Скажем, подчинением воли? Контроль разума?

Картер вспыхнул наряженной новогодней елкой.

– Пожалуй, – ответил он гостю. – Но я точно не знаю. У нас никогда не случалось проблем. Впрочем, первый командир «Черных Ведьм» погиб. Пилоты транспорта, забиравшие группу после выполнения задания, утверждают, будто его убила одна из «ведьм». Но мы не смогли получить тому подтверждение. В противовес пилотам встала вся группа. Тогда они существовали еще в полном составе.

– И как же они объяснили гибель командующего офицера? – живо поинтересовался Стас. – Потеря боевая, нет? Как наступила смерть?

– В том-то и дело, командор-майор! – подхватил Картер. – Сломана шея. Пилоты заявили, что видели момент, когда одна из «ведьм» нанесла майору удар, после чего тот упал. Правда, один пилот. Второй сказал, что точно не мог разглядеть, так как полный обзор загораживал его товарищ. Но что-то похожее на удар, как ему показалось, он все-таки видел. Девушки же хором твердили, что офицер случайно оступился на куче строительного мусора и неудачно упал. А та, кого обвиняют в убийстве, наоборот, она хотела поддержать командира, но не смогла. И где правда? Детектор показал искренность в словах пилотов с вероятностью 87,9%. А «ведьм» на полиграфе испытывать бессмысленно. Прибор ничего не сможет определить.

– А мы сможем, – уверенно произнес командор. Взглянул на растерявшегося профессора. – Главное, док, не нанести девушкам вред моим мозговым вмешательством.

Словно «по щучьему велению», как говорится в детской сказке допотопных времен, Джонатан Картер разгорелся азартом.

– Если вы собираетесь воздействовать на них своим даром, то вреда я не представляю. Вы же не станете внушать им безумие.

– Нет, разумеется, – улыбнулся Родимов. – Для начала мы их попросим прийти сюда. Вы не будете возражать?

Какой там!? О каком возражении может идти речь вообще, когда доктору, можно сказать, фанатику своего дела, представляется уникальная возможность стать очевидцем применения приобретенного дара управления чужим разумом! И демонстрирует этот дар прямой наследник самого Седорокова.

Станислав осмотрелся по сторонам. Примерно сориентировался на местности, так как хорошо знал: все помещения базы снаружи и между переборками покрывались слоем специальной звукопоглощающей синтетической пены. Еще резиновое уплотнение, гидроизолирующий слой и так далее. Нужен был направленный поток энергии ПСИ.

Минуты полторы стояла полная тишина. Джонатан Картер увидел малюсенькие капельки пота, выступившие на лбу необычного гостя.

– Тяжеловато, док, – сообщил Станислав. – Изоляция слишком мощная. Подождем. Увидим, пробился ли?