Системный тактик 2 - Макс Крынов

Пол выложен белым и серым камнем, стены украшены зеркалами и тонкими наравийскими гравюрами, а под потолком горят артефактные светильники в хрустальных плафонах. В воздухе смешивались запахи шоколада, ванили, кофе и свежей выпечки.

Управляющий встретил нас лично, поклонился Эдвину и сообщил, что синий салон подготовлен, а соседние помещения согласно пожеланию остаются свободными.

Марсден ждал у лестницы. Лакей едва заметно кивнул отцу, подтверждая, что комнаты проверены.

Нас провели через общую гостиную, где за столиками сидели люди высшего света. Некоторых память Корбина узнавала и подбрасывала мне смутные вспышки узнавания: вдова из старого Дома, член торговой комиссии, двое офицеров Арочного квартала… Некоторые люди приветствовали Эдвина, Мира отвечала безупречной светской улыбкой, а я ловил направленные взгляды и вежливо кивал тем, чьи имена успевала подсказать память. Публичная часть выезда работала именно так, как мы рассчитывали. Уже к вечеру по верхнему кварталу разойдётся новость: Корбин Даллос бледен, осторожен в движениях, но ходит! Самостоятельно ходит! И не под себя, а по кондитерским домам!

Синий салон оказался больше малой гостиной в некоторых обычных домах. Стены обтянули синей (вот не ожидал) тканью, в камине горел ровный огонь, у окна стоял диван, а круглый стол покрывала белоснежная скатерть. Серебряные приборы несли герб Валье, фарфор казался невесомым на вид, даже сахар полагалось брать щипцами из резного серебра. Цен в меню не было — в настолько дорогих заведениях на цены не обращали внимания.

Нам подали лёгкий мясной пирог, печёные овощи, свежий хлеб, чай и поднос миниатюрных пирожных, каждое из которых выглядело результатом долгой работы мастера, посвятившего жизнь изготовлению десертов.

Слуга разлил чай и бесшумно удалился. Отец лично проверил дверь, затем прислушался к стене со стороны соседнего кабинета, хотя Марсден уже осмотрел всё до нас. Сам управляющий остался в небольшом «предбаннике» снаружи. Только после этого Эдвин вернулся к столу, и обычный семейный обед окончательно приобрёл вид переговоров, замаскированных выпечкой.

Физическая усталость после тренировки никуда не исчезла, зато дорога дала ногам отдохнуть. Левое бедро продолжало ныть, но уже не дрожало, а Фокус оставался на пяти единицах из четырнадцати. Для разговора с матерью этого должно хватить с избытком (если мне вообще понадобится применять навык).

Мира посмотрела сначала на мужа, затем на меня. Семейный выезд действительно радовал её, однако пустой соседний салон, Марсден за дверью и непривычная серьёзность Эдвина не оставляли сомнений: приехали мы не только ради пирожных.

Мира медленно поставила чашку на блюдце, сохраняя спокойствие, но пальцы, отпустив тонкую ручку, нервно царапнули воздух.

— Собраться здесь предложил Корбин, — сказал отец. — Поэтому и объяснять будет он.

Мать перевела взгляд на меня. В нём уже появилась тревога, но она не закидала меня тысячей вопросов и не потребовала позвать лекаря. За последние дни Мира научилась держать минимальную дистанцию, и теперь настала моя очередь не злоупотреблять ее усилиями.

— Я слушаю тебя, милый.

Я положил ладони на край стола, на мгновение посмотрел на серебряную булавку с гербом Даллосов и начал подбирать слова.

Глава 10

За предыдущие четверть часа Мира успела расслабиться: попробовала мясной пирог, похвалила чай и рассказала, что утром Элина поссорилась с наставницей по вышивке. Вместо положенных по узору белых лилий сестра украсила край салфетки маленьким зубастым драконом, а когда госпожа Лейвен потребовала распороть работу, заявила, что цветы здесь неуместны.

Время и место для признания было выбрано идеально. Однако, когда наступил тот самый момент, признаваться вдруг расхотелось.

Я не стал начинать со слова «Арка», рассказывать о возможном боевом применении навыков или выдавать новость одним предложением. С матерью требовалась другая последовательность: сначала здоровье, затем само событие и лишь потом последствия. По крайней мере, именно такой порядок выглядел разумным, пока я заговорил.

— Мам, сначала самое важное: мне с каждым днём становится лучше. Сегодня Варрен осмотрел меня и не обнаружил новых повреждений каналов, а после занятия провёл ещё одну проверку. Я уверенно восстанавливаюсь, однако… однако после срыва случилось кое-что ещё.

Улыбка Миры выцвела. Она выпрямилась и осторожно спросила:

— И что же именно случилось?

— Это не болезнь и не новое повреждение, — сразу убрал я самое негативное. — Наоборот, новость хорошая.

Я выдержал паузу, позволяя ей подготовиться, и понял, что никакая подготовка не сделает следующую фразу обычной.

— После срыва у меня появилась Система, и я получил класс.

Для любого другого наследника старого Дома известие о классе стало бы поводом открыть лучшее вино и начать подсчитывать новые возможности. Отец того мальчугана с улицы заказал бы шлюх, если бы у него имелись на них деньги. Проблема заключалась разве что в сроках: обычно класс получали более взрослые люди, уже за аркой. Там, по ту сторону перехода, у них перед глазами появлялись окна с выбором классов. Я ещё не прошёл отбор и ни разу не пересекал Арку, но Система почему-то решила не ждать положенного порядка.

Мира несколько мгновений не шевелилась. Только пальцы на ручке чашки сжались сильнее, а с лица медленно ушла краска. Я рассчитывал на потрясение, затем на облегчение и, возможно, на осторожную радость, но последовательность сразу нарушилась: пришло только потрясение. Мать не бросилась обнимать меня, не спросила, насколько редким оказался класс, и даже не посмотрела на Эдвина. Несколько ударов сердца она просто сидела, словно любое движение могло подтвердить, что услышанное действительно произошло.

— Какой класс ты получил.? — спросила она почти шёпотом.

— «Тактик».

Я продолжил прежде, чем название успело породить слишком яркие картины с полями сражений, кровью и знаменами. Объяснил, что Тактик не относится к классам переднего строя и не требует от меня лично размахивать мечом среди противников. Основные способности связаны с анализом сведений, вниманием, планированием, выделением главного и максимально эффективным управлением доступными силами. Навыки не проталкивают через слабые каналы мощные потоки энергии, Варрен уже проверил их воздействие и не обнаружил свежих повреждений. Хорн согласился выстроить постепенную программу занятий, Эдвин открыл мне доступ к учебным материалам, а сегодняшний опыт с Меткой показал, что класс способен помогать даже в восстановлении движений. Я рассказываю всё сам именно потому, что не хочу больше плодить тайны внутри семьи и заставлять её узнавать важные вещи случайно.

Пока что слова выстраивались в правильном порядке. Я заранее выбрал последовательность, убрал всё, что могло напугать мать без необходимости и оставил достаточно подробностей, чтобы признание не выглядело пустой попыткой успокоить. Проблема заключалась в том, что Мира слушала не ученика, получившего полезный