Зодчий. Книга Х - Юрий Александрович Погуляй

Дверь распахнулась, на пороге появился господин Среда. Котелок он держал в руке на манер офицерской фуражки. Ни единый мускул не дрогнул на лице мужчины, несмотря на полуинтимную обстановку. Полумрак, свечи. Я делал вид, будто это всё мой типичный ужин, поддерживая беседу с Лаурой на уровне светской. Алкоголь уже подействовал на Челидзе. Её движения и речи стали чуточку прямолинейнее. В целом, появление её слуги облегчало задачу вежливого отказа. Надеюсь, посланница Императора примет его без обиды. Потому что к чему шло дело было видно даже мне.

И не то, чтобы Челидзе была непривлекательной, отнюдь. Южная кровь, наоборот, добавляла ей шарма. Просто мне такой переход наших отношений казался ненужным и даже опасным.

Плюс почему-то мысли всё время возвращались к Тени, и это уже начинало раздражать.

— Господин Среда, вы не могли бы связаться с госпожой Перумовой в ближайшее время и, желательно, доставить её сюда к полудню днём? — почти промурлыкала Челидзе.

— Разумеется, госпожа, — низким голосом ответил «котелок». — Но мне нужно выходить уже сейчас. Разрешите идти?

— Николь потрясающий специалист по организации праздников, — пояснила мне Лаура. — Думаю, с её талантами вы сумеете спасти новый год!

— И испортить его госпоже Перумовой? — хмыкнул я, пригубив морса. — Кажется, это не самое лучшее решение для идеи новой аристократии.

Челидзе подняла бровь в лёгком изумлении:

— Однако, Михаил Иванович. Однако. Новая аристократия не означает утрату власти. Госпожа Перумова мне должна, поэтому, уверена, с радостью переключится на столь важное задание.

— И всё же я возражаю, — я отодвинул стул от стола и медленно поднялся. — Прошу прощения, но внезапное наступление праздника вносит свои коррективы. Пойду готовиться.

Лаура проследила за моими движениями с недоумевающей улыбкой:

— Михаил Иванович, вы слышали про делегирование? Вы князь. У вас есть дела и поважнее, чем наряжать ёлку для детей, да пригонять на центральную площадь скоморохов. Расслабьтесь. Вы сгорите, если не остановитесь. Перумова лучшая в стране, я вас уверяю. Сделает всё в лучшем виде.

Господин Среда с отсутствующим видом стоял у стола, глядя куда-то в стену, и терпеливо ждал финальной команды.

— Спасибо, но мы как-нибудь сами, — ответил я. — Так будет правильнее.

Челидзе сделала короткий жест:

— Забудьте, господин Среда. Кажется, у его сиятельства вопрос принципа, а если мужчина видит цель, то не стоит вставать у него на пути.

Я поцеловал её руку на прощание, а затем вышел из номера, превращённого в альков. Было уже темно, однако в зале по-прежнему трудились рекламщики Челидзе. Послышался голос Паулины, возбуждённо доказывающей что-то. Я отправился к лестнице и вскоре уже был на первом этаже, в просторном фойе. Девушка-администратор широко мне улыбнулась, провожая взглядом, и я почти дошёл до двери, как заметил слева от входа утопающую в удобном кожаном диване Тень.

Наши взгляды пересеклись.

Телохранительница Князевой была одета в простую, но обтягивающую одежду. С некоторых пор женственности в ней стало сильно больше, чем в первые дни нашего знакомства. Появился макияж, причёска. Девочки Паулины воспитали бывшую охотницу.

Я не удержался и свернул. Связь наших взглядов не разрывалась всё то время, пока я шёл к её дивану.

— Позволишь? — спросил я, указав на место рядом. Тень чуть нахмурилась, но кивнула. Я плюхнулся на мягкую подушку, почувствовав плечом плечо девушки. Отстраниться она не попыталась.

— Думаю, Паулина там до утра, — заметил я. Уловил приятный аромат духов.

— Ничего, я подожду, — тихо сказала Тень, бросив на меня быстрый и немножко испуганный взгляд. — Вы кажетесь обеспокоенным, Михаил.

— На меня обрушился новый год. Оказывается, он уже завтра, — поделился я.

— Странно, что вы его вообще не пропустили, — телохранительница Князевой не отстранялась, а мне чертовски приятно было ощущать её плечо своим. — Это как у коммунальных служб внезапный снегопад в январе.

— Согласен, мог и пропустить, — я перевёл взгляд на девушку-администратора, наблюдающей за нами из-за стойки. — Но у меня дороги чистые в любое время года. Надя, скажите, а что вы считаете самым главным в праздновании нового года?

— Ёлку? — тихонько предположила телохранительница Князевой. — Сложный вопрос, Михаил. Папа считает, что должен быть оливье. Что без него праздник не праздник. Чем больше оливье, тем лучше.

Этот салат, по-моему, любят во всех мирах.

— Ёлка… — себе под нос заметил я. — Ёлок у нас вдоволь.

Наступила тишина. Я размышлял о том, как в течение оставшихся двух дней подготовиться к празднику, а Тень просто сидела рядом. Мне нравилось её тепло.

— Куда отправилась ваша невеста? — вдруг спросила она.

— Кто? — не сразу понял я.

— Графиня Скоробогатова, Михаил, — уточнила Тень. Я почувствовал напряжение в плече. Момент разрушился.

— Куда-то в сторону Тянь-Шаня, — улыбнулся я. — Что-то там выкопали страшное и опасное. Она такое любит.

— Просите за лишнее любопытство, Михаил, — смутилась девушка. — Но у вас всё в порядке?

— В каком смысле?

— Для жениха и невесты вы проводите чрезвычайно мало времени вместе, — выдохнула, словно нырнула в ледяную воду, Надя. — Поездка эта ещё. Вы поссорились?

Мы снова смотрели друг на друга. Я коснулся взглядом её губ, а затем подмигнул.

— Просто у нас у всех очень много дел. Ладно, не стану тебе мешать нести свою ночную вахту. Был рад тебя увидеть. Как говорят: без тебя душа болела, ты пришла, и всё прошло.

Я попытался подняться, но, прежде чем успел встать, Надя схватила меня за руку. Пришлось снова плюхнуться рядом с ней.

— Зачем вы так со мной, Михаил? — спросила она, прищурившись. — Вам нравится надо мной смеяться?

Наши лица оказались слишком близки, и я не удержался, нежно поцеловав девушку. Глаза её распахнулись, и она даже отпрянула, но после с жаром ответила на поцелуй. Через несколько секунд отстранилась, смущённо опустив голову. Девушка у стойки администратора старательно смотрела в свой пустой журнал, изображая всецелую занятость процессом.

— Уходите, Михаил, — попросила Надя, превратившись из телохранительницы в стеснительную девчонку. — Это неправильно по отношению к Светлане. Это всё неправильно. Зачем вы это сделали⁈

— Помолвка со Светланой — это политический шаг, чтобы её не тиранили предложениями со всей округи. — тихо сказал я ей и на этот раз встал без помех со стороны девушки. Тень нахмурилась, словно пытаясь разгадать, обманываю я её или нет. — А вот насчёт зачем я это сделал… Не мог не сделать.

Улыбнувшись ей, я вышел на улицу и остановился, медленно дыша и успокаивая сердце. В голове стучал пульс, мысли скакали обезумевшими горными козлами. Так, соберись. Ты пусть и мальчик внешне, а от простого поцелуя всё равно голову терять не должен. Несмотря на все возможные гормональные выбросы.

Я прикрыл глаза, но передо мной всё