Зодчий. Книга Х - Юрий Александрович Погуляй

Черномор просил новых роботов, но пока приоритеты изменились, и все модули Синтеза заняты. Да, придёт время и для них. Однако уже сейчас заготовка руды превышала обработку. Мне нужны новые мощности, новые производства вокруг Константина. Мне необходимо выстроить нормальные логистические цепочки между ними и «Онегинскими мануфактурами», надо возвести конвейеры для обработки ряда металлов до удобоваримого состояния. А ещё Снегов бил копытом, желая отправиться в священный поход против Скверны и уверяя, что добьётся большего, чем «брюквоед».

Мне ещё столько всего необходимо совершить.

Но, наверное, это уже после нового года.

Глава 13

— Ну что, вы думали, что его сиятельство забыли про праздник? — бодрым голосом проговорил крепкий мужчина с собранными в хвост волосами. Он с хищным полуприседом ходил по сцене, разглядывая зрителей. — Очень зря. Ну очень зря! Сейчас я ещё немного потяну время, удерживая ваше внимание, но уже через несколько минут вы увидите нашу красавицу воочию! Ха-ха! Не расходитесь, будет ещё много чего интересного.

Его снимали сразу две камеры. Операторы Челидзе уже приступили к работе, и выступающий на сцене человек откровенно наслаждался их вниманием. Причём это был младший отпрыск графа Маревского, поступивший на службу в отряд Вепря полтора месяца назад. Так что его открытая съёмка уже считалась делом совершенно невероятным в мире шестой поправки. Впрочем, с парнем поговорили сразу, чтобы тот не переживал на этот счёт. Да и по гвардейцам и охотникам весть о особом статусе земель князя Баженова — разошлась. И пока никто не решил бросить всё и срочно покинуть место, где позволили без лишних распросов снимать на камеру аристократов. А Маревский и вовсе отнёсся к идее с энтузиазмом. Мечтал о славе, должно быть. Но это молодёжь. Проблемы будут с дворянами старой закалки.

Однако пока всё шло неплохо. Я переживал, что из рядов моих бойцов случится исход, как в момент принесения Клятвы Рода Вольными, но на сей час никто не собирался бросать фронтир из-за нежелания попасть на камеры. А когда заработает информационная фабрика мечты от Асфане, Князевой и Челидзе — можно, наоборот, ждать рост желающих переместиться в мои края.

Но это будет потом. Я втянул в себя свежий воздух, оглядывая ярмарку. Народу собралось очень много, весь сегодняшний день по округе гремела весть о большом празднике. По местным деревням курсировало шесть автобусов, нанятых в Кобрине. Собирали желающих, отправлялись на ярмарку, затем забирали возвращающихся и катились каждый по своему маршруту. Всё, разумеется, бесплатно для отдыхающих.

Огромная ель, выбранная нами, нашлась совсем неподалёку от места ярмарки. Сейчас пространство вокруг неё было задрапировано временными непроницаемыми панелями. Честно, мне самому хотелось заглянуть внутрь. Однако пока эта роль доставалась детям, прилипающим к щелям между барьерами. Им законы не писаны и они пытались потешить любопытство. Тщетно, конечно же.

Я глянул на экран, на котором Драконов заканчивал последние приготовления в Конструкте. Парень работал как не в себя. Большая часть идей по организации пространства принадлежала ему, и выглядело пока всё очень неплохо.

Отовсюду играла музыка, тянулись запахи. На горке, красиво освещённой прожекторами, катались люди. Охотники разбили неподалёку полевой лагерь, где угощали каждого желающего приготовленной на костре пищей. Напротив них примостилась боевая кухня гвардии, которой заправлял Макар в смешном белом фартуке поверх брони. И туда и сюда стояли очереди желающих отведать внутренней специфической кухни. Здесь было много людей. Очень много людей.

— Михаил Иванович, что-то слышно? — с тревогой спросила Саша. Панова стояла совсем рядом со мной, внимательно изучая человеческие потоки. Мы находились на небольшом склоне, защищающим поляну от ветра. Чуть выше любовался ярмаркой Турбин, а ниже топтались двое гвардейцев, временно переведённых в ряды томашовской полиции.

— Саша, у меня всё под контролем. Я разберусь, постарайся просто отдохнуть, — терпеливо сказал я.

— Да как это вообще возможно⁈ — возмутилась Панова, исполняющая обязанности начальника моей полиции. Хорошо, получается, исполняющая, раз она здесь и встревоженна.

С треском разлетелись во все стороны запущенные кем-то фейерверки, и Саша даже вздрогнула.

— Михаил Иванович, как у вас с ёлкой? — проговорил голос Челидзе в наушниках.

— Мы готовы, — я убедился, что Драконов закончил. — Можете взлетать.

Парень тем временем плюхнулся на складной табурет, который носил с собой, вытащил телефон и набрал меня.

— Спасибо, Андрей, — ответил я сразу, как поднял трубку.

— Всё готово! — выпалил тот и растерянно добавил. — Да, ваше сиятельство. Пожалуйста! Хотя не за что.

— Игнат, отгони людей от барьеров, — передал я в общий канал. Ждущие команды гвардейцы зашевелились, расчищая площадку, и как только всё стало безопасно — стены растворились. Почти сразу же вспыхнули сотни разноцветных фонарей, опоясывающих пятидесятиметровую ель. Зажглись сияющие магические огни, поддерживаемыми несколькими одарёнными. Музыка стала громче, торжественнее. Красочные игрушки на пышных лапах сверкали волшебством.

Пушистая гигантская ель тянулась в небо посреди огромной площадки, заставленной небольшими домиками, где каждого желающего ждало угощение. Это уже идеи Паулины. Её девочки, её охранники и мои гвардейцы следили за порядком в свежепостроенной зоне отдыха, на которую ушло с десяток сфер. Расточительно, разумеется. Ведь поставить подобные здания — дело нехитрое. Совсем другой вопрос сделать это в кратчайшие сроки. Ждать до первого января с главной сценой? Не надо так.

На широких дорожках между деревянными домиками с разноцветными крышами расположились ряженные, изображающие персонажей сказок. Кто-то уже пританцовывал, кто-то входил в роль, разгреваясь. Отдельная статья расходов, отыскать под новый год столько незанятых людей. А под самой ёлкой в свете танцующего фонаря весело отплясывало Нямко, вокруг которого было подвязано красная ткань, на манер плаща. Эти уже праздновали вовсю. Причём в недрах ведра громыхало несколько обломков неодимовой руды. Хитрец быстро раскусил обманки.

Ведущий с восторгом принялся зазывать людей на площадку. Словно в этом мире не было войны, не было Скверны, не было горя. От восторга гостей можно было бы запитываться. Я улыбался, наслаждаясь моментом.

— Михаил Иванович, прошу вас… — взмолилась Саша. Вот всё ей неймётся.

— Всё будет хорошо, — положил я руку ей на плечо, не отрывая взгляда от площадки, на которую хлынул народ.

На сцену высыпали девчонки, озорно запевшие на несколько голосов что-то ненапряжное и очень бодрое. Я же медленно двинулся по склону вниз, к дороге. Турбин тенью проследовал за мной.

Саша нагнала меня уже через несколько мгновений.

— Михаил Иванович, мы очень рискуем. Почему вы так спокойны⁈

Фонарей пришлось наставить огромное количество. Здесь не осталось ни одного тёмного места, несмотря на поздний вечерний час. Машины парковались уже вдоль дороги, так как четыре сотни мест из