Зодчий. Книга Х - Юрий Александрович Погуляй

асфальту. Водитель держался середины дороги, намертво вцепившись в руль. Причина понятна, на этой трассе вчера потеряли машину из-за аномалии на выезде из Нарвы. Могучий вездеход скомкало в один бронированный кусок металла, а экипаж выдавило из трещин.

Слева и справа от дороги передвигались бойцы, зачищающие руины старых зданий. В основном пехота, но попадались и элитные специалисты из одарённых бригад. Иоганн Крестовский смиренно перебирал чётки, терпеливо ожидая конца поездки. В брюхе военной машины его растрясло, однако биомант легко избавил себя от симптомов.

Броневик тряхнуло, водитель стиснул зубы и процедил едва слышное проклятье, после чего вывернул руль, уходя от следующей ямы. После чего свернул влево. Иоганн задумчиво глянул в узкую смотровую щель на борту машины и увидел, как пламя огнемёта втекает в останки каменного здания. Боец в тяжёлой броне с трудом держал массивную установку. Пламя бурило и вытекало сквозь прорехи старого дома, словно огненная вода.

Колодец западнее Ивангорода освободили два дня назад. Экспериментальная операция четвёртого Петербургского корпуса, завершившаяся успехом. Без потерь не обошлось, но они были запланированы.

Хотя Иоганну не нравился сам факт, когда самый великий дар на свете может быть забран чужой волей как статистическая погрешность. Бойцы, погибшие при освобождении новых территорий, прежде всего были людьми. Однако в армейские порядки он не лез.

Тем более, что сейчас вояки его послушались и пошли навстречу. Значит, не всё с ними потеряно. Можно как-то смягчить их закостенелость, их приверженность к прошлым войнам, к записанным в уставе порядкам.

Это где-то даже мило.

Энергию Колодца он почувствовал незадолго до того, как вездеход свернул с разбитой дороги прямо на снежную тропу, изрытую колёсами машин разведки, обеспечения и инженерно-магических подразделений. Двигатель взревел, прокладывая путь по фактическому бездорожью.

Через несколько минут они были на месте. Его ждали. Рядом был разбит небольшой полевой лагерь из модульных блоков, обтянутых камуфляжной сеткой, и когда вездеход приблизился — из него вышло несколько военных. Крестовский обратил внимание на молодую женщину среди встречающих. Позади лагеря виднелась странного вида башня. Очередное новшество Зодчества, и дама эта как раз была из нового подразделения Государя.

Многообещающего, так как без участия таких сил они бы не смогли закрепиться на новых территориях. Теперь, получается, не только Баженов мог похвастаться успехами в борьбе с Изнанкой.

Машина остановилась, дверь с гулом отворилась, и Иоганн выбрался на белый свет, смирено улыбаясь встречающим.

— Генерал Басов, — гулко представился один из офицеров. — Как добрались, ваше святейшество?

— Божьей милостью отлично, — тихо сказал Крестовский, оглядываясь по сторонам. Изуродованная брошенной силой округа отталкивала. Скверна без управления несла в себе только разрушение. Однако водяной поток губителен, лишь если не позаботится о плотине. Без самой воды жизни человеку просто не будет.

Так и здесь. Несмотря на популярные мнения о чуждости сил, и яркого примера бездумного использования Скверны в лице европейских элит — Иоганн был мудрее прочих. Нельзя запрещать пистолет, если он выстрелил в руках человека, который не умел стрелять и убил ребёнка.

Пистолет — это инструмент.

— Где? — без лишних раскланиваний спросил биомант.

— Прошу, ваше святейшество, — поклонился генерал и поспешил по протоптанной тропе к модульному лагерю. Офицеры его свиты торопливо последовали за размерено шагающим Крестовским.

Биомант зашептал молитву, прося придать ему сил в разговоре.

Чужую силу он почувствовал на подходе к закрытому модулю, стоящему отдельно от других. В оцеплении пара десятков элитных одарённых различных аспектов. Каждый в самой современной броне, с элементами новшеств от учёных министерства Решалова. Любимчик Императора на месте не сидел и продвигал изобретения в массы в самом оперативном ключе.

Некоторое время назад они как-то даже сдружились на почве недоверия к юному Баженову. Однако сейчас военный министр полностью исключил восходящую звезду из списка подозреваемых.

Иоганн же был уверен, что Баженов не тот, за кого себя выдаёт. Двойной контур приграничной звезды до сих пор не давал покоя.

Ладно, когда Государь с ним наиграется, у Иоганна появится возможность изучить юношу детальнее.

Крестовский даже не замедлил хода, позволяя генералу самому торопливо устранить все преграды, и когда дверь открылась перед биомантом, Иоганн чуть пригнулся, входя в тесный модуль.

За столом боком к нему сидел мальчик, крутящий в руках разноцветную пирамидку, и пытающийся собрать её.

— Здравствуй, малыш, — тихо сказал Крестовский. Ребёнок поднял голову и повернул лицо к биоманту. Возглас тому удалось сдержать. Знакомство должно пройти мягко, хотя изуродованная маска демона вместо второй половины лица, могла повергнуть в шок любого человека, неподготовленного к причудам природы.

— Ты хочешь поиграть со мной? — просипел мальчик. — Другие не хотят поиграть. А я просто хочу поиграть. Поиграешь со мной?

— Давай поиграем, — улыбнулся Иоганн, приближаясь. Он обошёл стол и жестом показал охране, зашедшей вместе с ним в модуль, проваливать. — Во что ты хочешь поиграть?

— Не знаю. Я ничего не знаю. Когда они ушли и я остался один, я просто хотел играть, — сказал Бессмертный Страж. — Я отдал то, что вы хотели, теперь поиграем?

— Поиграем, — Крестовский сел, внимательно изучая осквернённого мальчика. Первое разумное создание Скверны, не пытающееся навредить всему живому. Не захотевшее сражаться и само проводившее опешивших штурмовиков к сосредоточию силы. Не напавшее, когда спало влияние Изнанки. Не мешающее прокладывать путь к новому Колодцу Империи и смиренно ждущее в модуле приезда Крестовского, попутно развлекая себя детской головоломкой.

О, сколько же вопросов можно задать этому чудесному созданию.

— Хорошо, — жутко улыбнулся мальчик. — Я люблю играть.

Глава 15

— Ням, — сказало ведро с ноткой смущения. Черноморы застыли по бокам от него с видом максимально независимым и даже торжественным. Рядом со мной подпрыгивал Светко, а я хмуро изучал мятежное создание, оказавшееся в плену прохода.

— Ня-ням? — не выдержало оно.

— Вот именно, — заметил я. Застрявшее ведро за последние четыре недели доросло до размера, который уже не позволял ему беспрепятственно проникать через привычный ход в шахту с порченым неодимом.

— Ням? — робко спросило оно. Я сформировал вокруг себя непроницаемый пузырь, сделал знак, и шахтёры завели буры. Поднялся грохот, пыль полетела по тоннелю, огибая мой кокон.

Нямко освобождённое вырвалось из каменного плена, в котором застряло около часа назад. Я развеял мусор, придирчиво разглядывая разросшееся ведро. М-да, в домик, собранный на моём дворе, оно уже не поместится. Если так продолжится, то к весне и забор не поможет.

— Скоро меня перерастёшь, — задумчиво сказал я Нямко.

— Ням, — охотно согласилось оно, с какой-то неуместной радостью.

— И в этом нет ничего хорошего, — добавил я.

— Ням… — вздохнуло ведро и слегка попятилось. Чёрт, почему оно