Второй Шанс Старого Рокера - Денис Стародубцев

Я взял гитару, положил в чехол, закинул его на плечо. Взял телефон, ключи, переложил таблетки и пару монет, на которые вчера собирался купить струны. Сумма была не ахти какая, но деньги никогда не бывают лишними.

Мать сидела на кухне, пила чай. Она посмотрела на меня, когда мы пересеклись взглядами, и её глаза расширились.

— Ты… в куртке отца? — спросила она. — А это что, твои старые джинсы? Ты что, их порезал? Коля! Ну хорошие же были джинсы! Давай я тебе их зашью!

— Не надо! — я улыбнулся. — А куртка… Она мне подходит. Я решил, что она будет моей… На удачу! Ты ведь не против?

— Она ему тоже была великовата, — сказала женщина с ностальгией в голосе. — Но он всегда носил её с гордостью. Она была его любимой.

— Теперь она будет и моей любимой, — я подошёл и погладил её по руке. — Ну всё, я пошел. Буду поздно, телефон взял, таблетки тоже. Не скучайте.

— Будь осторожен, Коля, — сказала она. — Я тебя очень прошу! Ты слышишь меня?

Я вышел из квартиры и спустился по лестнице. На улице было солнечно. Суббота. Город гудел. Люди ходили, гуляли — в общем, жизнь кипела. Я направился к метро. Заранее присмотрел на карте города место, куда решил отправиться, и подземка была наилучшим транспортом, чтобы добраться до этой точки.

Я шёл той же дорогой, по которой первый раз пришёл до своего дома, только теперь в обратном направлении. Не знаю, как мне удалось её запомнить, особенно учитывая то состояние, в котором я был, но вышло. Буквально через десять минут я уже добрался до спуска.

Метро было шумным и многолюдным. Люди бежали, толкались, кто-то стоял на эскалаторе и читал электронную книгу, или это был какой-то сайт? Я присмотрелся в планшет соседа, написано было «author.today». Странно. Никогда про него ничего не слышал.

Я спустился вниз, прошёл через турникет и оказался в переходе.

И тут я услышал приятную мелодию.

Скрипка.

Она звучала в переходе и эхом разносилась по стенам, смешиваясь с грохотом поездов и голосами, но была намного объемнее всего остального. Мелодия была живой, энергичной. Я даже остановился, чтобы послушать её. Всегда уважал хорошую музыку, будь то какой-то коллега по цеху или просто уличные музыканты. Особенно мне нравилось, когда играли вживую.

Я повернул голову. В углу перехода, прямо на станции, стояла девушка. С огненно-рыжими волосами, которые падали на плечи. У неё была скрипка. Она играла, закрыв глаза, отдаваясь музыке полностью. Её пальцы двигались по струнам с невероятной скоростью.

Я смотрел на неё и видел, что она… словно живёт музыкой. Девчонка чувствовала каждую ноту. И тут к ней подошёл охранник. Толстый, с красным лицом. Он махнул рукой.

— Эй, ты! — крикнул он. — Ну-ка быстро прекратила! В метро нельзя играть на станциях! Или езжай куда хотела, или вали нахрен отсюда!

Девушка открыла глаза. В них была злость. Я видел, как она сильно сжала смычок. Готов поспорить на сотку (больше у меня и не было), что в тот момент она мечтала засунуть его в задницу этому красномордому. Да поглубже.

— Я имею право, — сказала она. — Никому не мешаю, а многим так вообще нравится!

Охранник усмехнулся.

— Да мне плевать на твои права! — он подошёл ближе. — Как же достали эти малолетки! Насмотрятся своих видео в интернете, и все юристы хреновы! Или ты уходишь, или я вызываю полицию, а там в отделе уже будешь права свои качать, мелкая дрянь!

— Давай, вызывай! — сказала она. — Я никуда отсюда не уйду, пока мне не объяснят, по какому закону я не имею права тут играть!

Красномордого последние её слова очень сильно разозлили.

— Я никому ничего не должен объяснять! — он схватил её за руку. — Я сказал, уходи быстро, или я тебя выведу сам! Считаю до трёх… Раз…

Девушка вырвалась, взяла скрипку, отошла немного в сторону и стала засовывать её в футляр. Она была злая, но не плакала. Она просто сжала губы и стала собираться на выход.

Я подошёл к ней, достал из кармана несколько монет и бросил в её чехол.

— Отличная игра, — сказал я.

Она посмотрела на меня удивлённо, а я пошёл дальше.

Неожиданно для самого себя вспомнил одну девушку, с которой встречался в прошлой жизни. Она тоже была скрипачкой и тоже с огненными волосами. Мы были вместе почти год. Она была прекрасна, что скрывать, но простые свидания с потрахушками ей быстро надоели. Она хотела семью, уют, стабильность, а я хотел сцену, концерты и свободу. В итоге мы расстались. Я тогда сказал: «У меня одна любовь, и это музыка».

Жалел ли я потом? Если честно, то до этого момента даже и не вспоминал об этом. Как-то через общих знакомых узнал, что она вышла замуж и родила детей. В общем, она своих целей добилась, как и я, а значит, это было правильным решением.

Я улыбнулся от легкого чувства ностальгии и пошёл дальше. Сел в нужный поезд, который шёл до торгового центра. Было несколько возможных вариантов, но я выбрал именно этот. Во-первых, он был не сильно далеко от дома: всё-таки имелись некие проблемы с действием таблеток, а к эфиру у меня все еще было непонятное отношение. В любом случае, оказаться в стремном положении — далеко не лучший выбор. Ну и второе: там был большой поток живого трафика, для моих целей самое то. Так что мне предстояло самое интересное.

Сунул руку в карман куртки и нащупал там то, что жгло мне пальцы всё это время.

Медиатор.

Глава 11

Достаточно таки старый медиатор с заметно потертыми краями. Он был флуоресцентно черного цвета, и на нем был изображен бильярдный шар — восьмерка с белой окантовкой. Я повертел его в пальцах. Пластик был сильно гладким от долгого использования. Чувствовалось, что им много играли. Кто-то водил им по струнам тысячи раз, пока он не стал таким. На нем были мелкие царапины. Сразу понял, что он видел очень многое за свой срок жизни.

Интересно: получается, что отец Коли тоже играл? Или просто хранил его на всякий случай, как безделушку, которая напоминает о чем-то? А может, кто-то подарил ему его? Этого уже никогда не узнать.

Я провел по краю большим пальцем и убрал медиатор обратно в карман, где